Чтение онлайн

На его глазах молния ударила прямиком во флагманский корабль мерфолков, вырвала из его кораллового корпуса фонтаны ярких искр, и в небо взметнулось пламя. Острое зрение советника эмиссара Содружества заприметило несколько горящих змеехвосток, бросившихся за борт, иных попросту сдуло, как тряпичных кукол, только сверкнули блестящие побрякушки в хвостах. Объятый пламенем флагман целиком погрузился в воду, где его сотряс мощный взрыв, поднявший в воздух бурлящий столб и фонтан брызг.

Нет флагмана — нет и флотилии, — решил Кхыш и больше не оборачивался назад. О своих наблюдениях он доложил Сьялтису.

— Надеюсь, мерфолки плюнут на погоню и с позором уплывут, — сказал иллюмон. — А заодно заберут свою зверушку. А мы-то уж как-нибудь переживём.

Шторм на море продолжал яростно бесноваться. Ощущение было такое, что морские и небесные боги решили немного повздорить между собой и в качестве железных аргументов в ходе ссоры били друг в друга молниями, хлестали ливнями и баламутили море; а в основном доставалось смертным, которые имели несчастье оказаться прямо в разгаре бытового конфликта богов. «Чёрный олеандр» кренился в стороны так сильно, что, казалось, его мачты ложились горизонтально. Очередная молния жгучей змеёй ужалила паровой фрегат в бизань-мачту и отразилась обратно.

— Гигантская волна по левому борту, капитан.

— Проклятье! — выругался Сьялтис, вновь налегая на штурвал.

Однако чёрная гора водяной массы, готовая обрушиться на корабль, неожиданно захлестнулась, столкнулась с незримой преградой и разбилась на мириады острых осколков, окропивших верхнюю палубу. Схватившиеся было за спасительные скобы матросы ринулись обратно на свои посты.

— Магический барьер, — хмыкнул Иезекииль.

— Ну, значит, чародейка ещё держится наверху.

***

Непредсказуемый нрав Кораллового моря и на сей раз показал себя во всей красе: спустя полчаса непрерывной борьбы «Чёрного олеандра» с яростным штормом большая вода, наконец, подумала, что пора утихомириться и оставить смертных в покое. Видимо, она решила, что смертные с честью прошли её суровое испытание. В считанные минуты шквальный ветер поутих, высокие чёрные валы отступили, уступив место пенистым горбатым бурунам, а громоздящиеся на небосклоне тучи вместе с ливнем и грозой остались позади. Сьялтис решил, что корабль попал в самый центр циклона, и эта мнимая тишина вот-вот оборвётся также резко, как и началась, но прошло десять минут, пятнадцать, а море продолжало оставаться спокойным. Наступал ранний вечер, и чернеющее небо вспыхивало искорками далёких звёзд. Заходящее за линию горизонта солнце кровавой полосой растекалось на западе, раскрашивая спокойную гладь моря в тёплые тона.

И только Элизабет ничего из этого уже не видела: в последние минуты шторма эльфийка потеряла сознание: невозможно было что-то взять так, чтобы это где-то не убыло. Элизабет прикоснулась к резервному запасу магии, чтобы сберечь корабль и команду от беспощадной водной стихии, и поплатилась за это. Последним, что чародейка слышала, перед тем как упасть в обморок, были ехидные слова Форсунки: «Стара ты уже для такого, мамаша, стара!» Элизабет сделала бы всё на свете, только чтобы очнуться хотя бы на секунду и врезать рыбнице, но липкая холодная тьма окутала её разум и лишила сознания.

Чародейка потихоньку приходила в себя. Сначала она пошевелила пальцами левой руки, потом хвостом. Они слушались плохо. Ощутила, что лежит в нижнем белье. Тошнота хватала за горло и нестерпимо сводила желудок. Вскоре затуманившееся сознание прояснилось, а шум, гуляющий в голове, поутих. Серокожка разлепила веки и приподняла голову. Первые секунды ей казалось, что она проснулась в спальне собственной башни, на мягкой перине роскошной двуспальной кровати с шёлковым балдахином, а вся эта история с Сотой Альянса, с Миряной Первой, Форсункой, Иезекиилем и «Чёрным олеандром» всего лишь тревожный сон, неожиданно завершившийся во время морского шторма…

Но нет. Эльфийка находилась в небольшой каюте, на сухой и тёплой кровати, которая, впрочем, на её мягкое ложе совсем не походила. На столике у изголовья кровати стояла маленькая лампа-кенкетка и миска, из неё выглядывала плитка чёрного шоколада, составленная из одинаковых квадратиков. Элизабет уронила голову на мокрую от пота подушку и попыталась подвигать затёкшей правой рукой. Ничего не вышло: рядом с ней, тесно прижавшись, спала Аврора, её голова как раз лежала на руке матери и не давала пошевелить ею. Элизабет вздохнула, убрала с вспотевшего лица рыжие волосы и снова смежила веки.

Значит, всё-таки не сон… Уж не знаю, рада я или огорчена этому открытию…

Спать она не хотела, хотя была глубокая ночь — это было заметно по звёздчатому полотну, которое виднелось сквозь наглухо задраенный иллюминатор.

Значит, выбрались, — проскочила в её мозгу мимолётная мысль, и от этой мысли Морэй стало ещё теплее и комфортнее, почти так же, как в родной кровати. Она перевернулась на бок, обняла и теснее прижала к себе спящую Аврору. Та причмокнула губками и уткнулась носом в конопатую щёку удрализки.

Но приятная тишина продлилась недолго. Скрипнула дверь, и в помещение кто-то вошёл. Шай’Зу, точно. Её легко было узнать по частому стуку копытцев, хотя дриада, когда желала, могла двигаться совершенно бесшумно. Она будто почувствовала, что Элизабет пришла в себя, поэтому решила проведать её.

— Твоя жертвенность достойна похвалы, — шёпотом сказала кентаврица, усаживаясь перед ложем чародейки и запуская перебинтованную руку в сумку на боку. — К счастью, корабельному медику не составило труда тебя откачать, но ты порядком нас напугала. Особенно девочку, — Шай’Зу кивнула на спящую Аврора, которая с негромким мычанием перевернулась на спину, широко раскинув руки в стороны.

— Что случилось с кораблём? — с трудом проговаривая слова, спросила удрализка.

— Наш-то фрегат крепок, выскочили из шторма. Попали мы, правда, в полосу слабого ветра, тащимся на паровой тяге, хотя я честно пыталась создавать ветры и дуть в паруса, но… Я не так хороша в стихийной магии, как ты. Аврора тоже не смогла сплести нужное заклинание из-за дрожащих рук, и Сьялтис велел ей присмотреть за тобой. Так что капитан ждёт тебя, ждёт, когда ты очнёшься и снова заступишь на пост. Он велел накормить тебя изумрудной икрой, потому что доктор сказал, что она повышает гемоглобин в крови. У тебя случилась гипоксия из-за излишнего перенапряжения организма, ты упала в обморок. Если бы не Форсунка, тебя бы точно смыло за борт, как… Некоторых эльфов. Очень жаль их. Но ты всё равно спасла множество жизней, когда решила возвратиться наверх. Я горжусь тем, что у меня такая боевая подруга, и хочу быть похожей на тебя!

Дриада выудила из недр сумки странный сундучок с завинчивающейся крышкой, потом достала складную десертную ложку. Внутри сундучка оказалась та самая изумрудная икра — настоящий деликатес, пюреобразная кашица, добываемая из летучих головёшек. По приказу Сьялтиса матросы сбросили на воду шлюп и после часовых попыток выловили несколько таких шустрых рыбин, только чтобы снабдить ослабевшую чародейку необходимыми витаминами. На этот раз Виолетта не только не вставляла палки в колёса рыбакам, но и самолично загарпунила одну головёшку.