Чтение онлайн

– Вот где оне!
– повторила верхняя голова.

Две остальные хранили молчание.

– Чем могу быть полезен?
– спросил главный врач, приподнявшись над стулом и развернувшись в сторону двери.

– Чо?
– ответила вопросом на вопрос голова вверху.

Хирург Субботин предпринял более решительные действия. Он оттолкнулся ногой от стола, быстро переместился в пространстве и, оказавшись подле дверей, пристально глянул на визитеров.

– В чем дело?
– Голос хирурга был ровен, но суров.
– В чем дело, спрашиваю? Почему не в палате?

Две головы, торчавшие справа и слева, что-то невнятно хрюкнули и тут же исчезли. Верхняя голова дернулась, но осталась на месте.

– А чо?
– вновь переспросила она, снизив, однако, тон.
– Чо, уж и спросить нельзя?..

Субботин поднялся выше и оказался лицом к лицу с вопрошающим.

– Ну, - строго произнес он, - и что у вас за вопрос?

Владимир Гершевич Будкер быстро подплыл к коллеге и тронул его за локоть.

– Погодите, Володя, - сказал он.
– Погодите. Надо же вы-слушать. Возможно, что-то случилось.

– Во, во!
– хрипло заявила верхняя голова, осмелев от неожиданной поддержки.
– Случилось! Устроили, понимашь, хренотень! Ты мне ответь. Ежели теперяча летать можно, то чо ж за порог не пускают? Свобода нынче, едрен шишка, или не свобода?

Голова обращалась непосредственно к Будкеру, изредка косясь на хирурга.

– При чем тут свобода?
– недоуменно спросил главный врач.
– Здесь, уважаемый, больница. Я бы попросил вас не волноваться и выполнять предписание врачей. Что же касается всех этих явлений...

– Явлений?
– Голова в дверях не дала ему договорить.
– Явлений, говоришь? Мы вот ещё разберемся, что вы тут за явления устроили. Чем это у вас тут колют, что народ, понимашь, как мухи, поразлетался... Душа вон вся извелась. Ей покой нужен. Хоть стопаря для покою принять. Ан нет! Обратно взад - лежи и не двинься. Сколько ж терпеть-то?

Будкер висел перед дверью в растерянности.

– Ну чо?
– заявила голова, обретая все большую уверенность.
– Чо народу-то сказать? Народ душу облегчить желает. Хоть по грамулечке принять. А? Это ж вредительство получается какое-то.

– Агась!.. Врачи-вредители!.. Так их, Семен!
– вякнул за дверью писклявый голос.

– Все, начальник!
– грозно произнесла голова в дверях.
– Кончай тянучку! Пущай сестра окно отопрет! А то, гляди...

Владимир Гершевич Будкер тяжело вздохнул и развел руками.

– Ну, знаете...
– начал было главный врач, но тут в диалог вмешался хирург Субботин.

– Брысь отсюда!
– рявкнул он, подлетев на полметра.
– Марш в палату! Завтра же выпишу, к чертовой матери! Марш!!

Дверной проем моментально очистился. В коридоре раздался невнятный шум, кто-то стукнулся о стену, кто-то громко выругался, и через мгновение все стихло.

Оставшись одни, врачи несколько минут молча парили посреди кабинета.

– М-да, коллега, - печально вымолвил наконец Будкер.
– Летальный исход... Извиняюсь за каламбур.

– Ну, это вы как-то уж очень пессимистично, Владимир Гершевич, возразил Владимир Михайлович.
– В конце концов, здесь и не такое бывало. Даст Бог, со временем все образуется. Глядишь, попривыкнет народ. Вон посмотрите на улицу. Видите, летят человечки. И ничего. Летят себе и летят.

Он указал пальцем в окно, где за пыльным стеклом медленно проплыли два силуэта.

* * *

Беня с Кухтиком летели вдоль узкой улицы, изредка задевая ветки придорожных деревьев, с которых на выщербленный асфальт падали желтые листья. В конце улицы над покосившимся ларьком кружила небольшая толпа. Время от времени там раздавались громкие крики.

– Да куда ж ты прешь?
– донеслось до Кухтика.
– Поналетели без очереди, козлы! В хвост, давай в хвост!

– Отвали!
– проверещал чей-то голос.
– Убери мослы, ниже спущайся! Занято здеся!

Толпа заколыхалась, рассыпалась и, разом ринувшись вниз, облепила ларек.

Беня обернулся к Кухтику и кивнул в сторону ближайшего переулка. Они приподнялись над дорогой и, не долетев до гудящей толпы, свернули за угол.

Неожиданно откуда-то сбоку из-за деревьев вынырнула фигура в сером больничном халате. Нескладный человечек с опухшим лицом раскинул руки прямо перед Кухтиком, зацепившись полой халата за ветку.

– Эй, мужики!
– выкрикнул он, взбивая воздух босыми пятками и пытаясь высвободиться.
– Постой! Притормози чуток!

Кухтик остановился и принял вертикальное положение. Беня повис чуть выше.

– Рупь есть?
– спросил человечек в халате.

– Что?
– оторопело переспросил Кухтик.

– Рублишко, говорю, не найдется?

Кухтик часто заморгал. Человек, запутавшийся в ветвях, с сомнением глянул на него и перевел взгляд на Беню.

– Рупь, - повторил он.
– А, мужики?

Беня вздохнул, опустился вровень с Кухтиком и, покопавшись в кармане, достал смятую бумажку.

– Трешка устроит?
– спросил он у мздоимца.

– Ну дык!
– радостно воскликнул тот, высвободил наконец свой халат и схватил Беню за руку.
– Слышь, а может, на троих? А?

Беня отдал ему бумажку и вздохнул.

– Не получится. Дела у нас.

– Жаль, - искренне огорчился тощий проситель.
– Ну да ладно! Покеда тогда. Я в лавку полетел. А то через час вертаться надо, таблетки жрать.

Он отлетел в сторону и резко рванул вверх. Проводив его взглядом, Беня на секунду задумался, потом повернулся к Кухтику.

– Слушай, - сказал он.
– А что вообще происходит?

– Где?
– спросил Кухтик, не поняв, о чем идет речь.

Беня помедлил с ответом, как-то сумрачно огляделся вокруг, дернул сам себя за ворот пиджака и закачался.

– Странно, - тихо произнес он.
– Все-таки это очень странно.

– Что?

Кухтик тоже оглядел улицу, но не заметил ничего странного.

– Да нет, ничего, - сказал Беня.

Он зажмурился, повисел с закрытыми глазами и, снова открыв их, с шумом выдохнул воздух.

– Ничего, ничего. Просто померещилось... Триггер какой-то в башке сработал... Все... Все в порядке.