Чтение онлайн

Помойка хранила молчание...

II

Большой, чуть сплюснутый с двух сторон шар безмолвно летел в пространстве.

Безмолвие висело над занесенной снегом страной, занимавшей шестую часть суши большого шара.

В столице шестой части суши стояла тихая зимняя ночь.

Тихо было и в кабинете Первого Демократа. Лишь высокие напольные часы мерно постукивали в углу, отсчитывая секунды.

По обе стороны огромного дубового стола, напротив друг друга сидели два человека.

– Ну, что ж... Секретов у меня от тебя нет, - сказал Микки, прервав длинную паузу.
– Какие секреты, раз ты теперь главный?

Он тяжело вздохнул, глянул на сидевшего перед ним Елку и стал собирать в стопку бумаги, лежавшие на столе.

– Ты, понимаешь, того... Ты больно-то на меня не дуйся, - пробормотал Елка, запустив пятерню в лохматую шевелюру.
– Так уж оно вышло. Объективный, понимаешь, процесс пошел.

Микки молча сортировал бумажки. Разговаривать с Елкой ему не хотелось. Он перекладывал с места на место какие-то бланки, приказы, распоряжения, рассеянно скользил по ним взглядом и вспоминал события последних месяцев. И бездарный бунт, и собственное трехдневное заточение казались ему теперь лишь незначительным эпизодом. Главное началось позже.

Прилетев в столицу и отсидев на собрании Верхнего Совета, где Елка одним росчерком пера ликвидировал партию, Микки весь остаток дня не мог прийти в себя. На следующее утро, войдя в свой кабинет, он понял, что это всего лишь цветочки. Впереди были новые потрясения.

Крючок, Болван, Консенсус и вся компания идиотов заговорщиков сидели в тюрьме. Однако круги от брошенного ими камня с каждым днем расходились все шире. Начальники всех крупных провинций, всех "как-бы-вроде-стран", то ли всерьез перепугавшись, то ли решив воспользоваться моментом, в один голос заявили, что с них хватит, и отказались подписывать договор, совсем недавно с таким трудом согласованный.

Первый Демократ лихорадочно обзванивал провинциальных Начальников, уговаривал одуматься, предлагал новые варианты, стращал, уламывал, соблазнял. Но его уже никто не слушал. Страна разваливалась.

Потратив четыре месяца на бесплодные уговоры, Микки вы-звал к себе Большую Елку. Сделать это ему было непросто. За послед-нее время Президент Центральной провинции сильно возгордился, ходил эдаким победителем и все чаще посматривал на Первого Демократа свысока. Микки с трудом сносил Елкино высокомерие, но изо всех сил сдерживал себя. Ведь если разобраться, индейский вождь имел для этого основания. В конце концов, именно ему Микки был обязан своим освобождением. Он подозревал, что Елка тоже ведет с провинциями какую-то игру, но все ещё надеялся, что сможет его образумить.

Поломавшись пару дней, Елка наконец соизволил явиться. Правда, для пущей важности опоздал на час.

– Слушай, - сказал Микки, подождав, пока великан, не торопясь, обстоятельно устроится в кресле.
– Посоветуй, как быть. Совсем плохи у нас дела.

– У нас?
– спросил Большая Елка.

– Ну, у меня, у нас. Какая разница?

– Разница есть, - многозначительно ответил индейский вождь.

Микки почувствовал, что разговор не клеится.

– Ладно... Давай поговорим начистоту.
– Он проникновенно глянул в глаза упрямца.
– Ты хоть понимаешь, чем все это кончится? Мы же в результате с одной Центральной провинцией останемся!

– Мы?
– спросил Большая Елка.

Это было уже совсем плохо.

– Опомнись, - сказал Микки, пытаясь взять себя в руки.
– Пойми ты. Нельзя провинциям разбегаться. В одиночку никто не вытянет.

– Зачем в одиночку?
– неожиданно быстро ответил Елка.
– В одиночку не будем. Я уже, понимаешь, обо всем договорился.

– О чем ты договорился?
– Сердце у Первого Демократа екнуло.

– А мы это... мы тут втроем собрались - Центральная провинция и ещё две, которые покрупнее. И, понимаешь, сообразили.

– Сообразили?
– упавшим голосом переспросил Микки.

– Ну, натурально. Чтоб, значит, контору такую сорганизовать. "Сообщество Совершенно Свободных" называется. Сы-Сы-Сы, ежели сокращенно. Будем вместе жить. Но каждый сам по себе. То есть как бы вместе, а как бы врозь. То есть поврозь вместе. Или нет - вместе поврозь... Ну, в общем, придумали.

У Микки потемнело в глазах.

– И ты, Брут, - прошептал он, откидываясь на спинку стула.

– Я не фрукт, - сказал Елка, насупившись.
– Сам ты овощ. Нечего было хвостом крутить. Понабрал себе болванов, понимаешь. Теперь вот разгребай тут после тебя!

– А как же я?
– спросил Первый Демократ.

– А чего ты?
– Елка развел руками.
– Ты здесь в кабинете ещё денек посидеть можешь, вещички там собрать и все такое. Ну, а потом уж - сам понимаешь...

Большая Елка поднялся с кресла.

– Ты только не переживай. Дело житейское. Соберись не спеша, портретик вон со стенки сыми, - указал он на портрет Автора Идеи, висевший над столом Первого Демократа.
– Я здесь картинку с медведями повешу. У меня целых две есть. Хошь, одну тебе подарю? На даче пристроишь.

Он постоял немного, оглядел кабинет и, махнув на прощание рукой, вышел.

Бронзовые часы в углу пробили несколько раз, скрипнули и затихли. Время остановилось.

* * *

– Новое время начинается, понимаешь, - сказал сам себе Президент Центральной провинции Большая Елка.

Расположившись за дубовым столом, где ещё недавно властвовал Микки, он огляделся вокруг. Кабинет, полученный им месяц назад, оказался местом не самым уютным. Собственно, Елка на это и не рассчитывал. Но ворох проблем, свалившийся на него в этом кабинете, обескураживал Президента.

Конечно, теперь, когда можно было не оглядываться на партию, на опостылевший партийный сходняк, на все, что ограничивало свободу его действий в Центральной провинции, теперь, казалось бы, он мог развернуться. Вот только разворачиваться оказалось трудно. Разбежавшиеся провинции "как-бы-вроде-страны" обрели долгожданную независимость. Елка сам способствовал этому, понимая, что удержать их все равно не удастся. Но бывшие Местные Начальники сразу начали выказывать неожиданный гонор. Никто ни с кем не хотел знаться. Каждый возомнил себя невесть чем, громо-гласно заявлял, что теперь ему никто не нужен, что он прекрасно проживет сам по себе и до соседей ему нет дела. Все провинции обзавелись своими флагами, своими парламентами, а Начальники провинций (то есть теперь - президенты Совершенно Свободных Стран), естественно, новыми автомобилями и прочими атрибутами власти. Разговаривать с ними становилось все тяжелее. А тут ещё и собственные республички в Центральной провинции тоже зашевелились. Там тоже пошли разговоры о свободе и независимости. И там, видать, Начальникам захотелось пересесть в новые автомобили.

Словом, наблюдался полный разброд.

Большая Елка решил пока оставить в покое соседей и заняться обустройством своей страны. Перво-наперво ему предстояло выработать программу действий по выходу из тупика, куда завели его провинцию (да и все прочие) бывшие вожди - начиная от Автора Великой Идеи. Следуя традиции, сначала надлежало бы снести памятники. Тем более что кое-где это уже начало происходить в стихийном порядке. Но с памятниками Елка решил обождать. "Пущай постоят пока, - сказал он своему помощнику.
– Черт с ними. Пущай постоят. Есть не просят".