Чтение онлайн

— Фаэрил из дома Сол’Рендан — это не просто жрица, — прищурив светлые глаза, сказал Малаггар, — это жрица, уничтожившая общину шестьдесят лет назад. Один из погибших знал ее имя, потому что, как и я, был свидетелем ее триумфа в Мензоберранзане. Она даже не сражалась с ними, — его тонкие пальцы, отчетливо хрустнув, сжались в кулаки, — она их просто отравила…

Рэндал покачнулся бы, но почувствовал, как сквозь время его обнимает рука матери, услышал шепот ее бледных растрескавшихся губ.

«Вниз по реке стоит белый храм, полный целителей, — дрожащей рукой она указывала на блестящую под луной водную гладь. — Идти придется долго, но ты не останавливайся, мой свет…»

Рэндал был единственным, кто не заболел, и мать обманула его, сказав, что он может помочь. Она знала, что ребенку вовремя не успеть, она просто хотела, чтобы он ушел. И он бежал три дня и три ночи, задыхаясь, падая, теряя сознание от усталости и поднимаясь снова. Он не останавливался даже днем, когда Солнце жгло глаза так сильно, что казалось, будто они горят.

Но когда он упал на пороге храма без сил, в бреду повторяя свою единственную просьбу, оказалось, что никто не знает его языка. Еще сутки ушли на то, чтобы один из священников испросил у Камадара способность понимать языки, а затем еще трое на то, чтобы собрать отряд для помощи общине. Служители этого храма не были воинами, они молились об урожае и благоденствии крестьян, но все же собрали все, что у них было, чтобы прийти на помощь. И, конечно, опоздали.

Когда они вернулись в испачканных копотью белых одеждах, ни один не мог объяснить, что произошло, все что у них было для него — это мягкие улыбки и неловкие объятия. Несколько раз он пытался сбежать обратно, пока не понял по виноватым выражениям лиц и мягким жестам, что в общине больше никого нет. Только несколько лет спустя, когда он начал лучше понимать язык и научился спрашивать, он узнал, что ослабленные ядом эльфы были перерезаны все до единого и все, что оставалось служителям — это сжечь тела и молиться, чтобы богиня беглецов не была слишком строга к ним.

— Вы можете остаться, — сквозь пелену воспоминаний услышал он голос своего собеседника, — если она действительно идет за вами, на этот раз мы будем готовы.

Пробормотав какие-то слова благодарности, на негнущихся ногах Рэндал вышел из кабинета и не успел даже перевести дух, когда почувствовал, как кто-то вцепился ему в руку.

— Быстрее, — утягивая его по бесконечным коридорам к выходу, шипела Дайнис. — Я предполагала, что от твоих спутников будут проблемы, но не думала, что так скоро.

* * *

Свободных комнат в гостевом доме не нашлось, и хотя Трикси добрых полчаса наседала на тавернщика с претензиями типа: «Это потому, что я не черная?!», Лиира была склонна ему поверить. Она давно заметила среди толпы женщину, с которой говорила на кладбище — та сидела, прикрыв лицо капюшоном и слабо ковырялась в своей тарелке, не обращая внимания на шум вокруг. И это означало, что тем, кто не боялся патрулей, понадобилось меньше времени, чтобы добраться сюда из Уотеркрика. Учитывая размеры города, это десятки, а может, и сотни эльфов.

— Ну и ладно, ну и пожалуйста, — ворчала Трикси, снова накидывая на плечи свой рюкзак, — погода нынче прекрасная, не очень-то и хотелось!

Подобрав свои вещи, Лиира поплелась за ней в лес в поисках приемлемого места для ночлега. Мысли словно ворочались в вязком киселе, она знала, что должна думать быстрее, если хочет выжить, если хочет, чтобы выжили ее друзья, но не могла выдать ни одной хоть сколько-нибудь приличной идеи. Все, что она могла сейчас — это делать то, что ей говорят. Они проходили по тропинкам густого леса, на кроны которого медленно опускалась ночь, становилось все темнее и Трикси то и дело просила ее посмотреть налево или направо и описать, что она видит. Наконец, им удалось найти место на краю небольшой поляны, достаточно открытой, чтобы заметить чье-либо приближение заранее, но достаточно уединенной, чтобы мимо нее не ходили постоянно.

— Нужно найти Рэндала и Зеймара, — тяжело опускаясь на траву, проговорила Лиира, хотя явно не была готова к еще одному рейду по окрестностям.

— И ты, конечно же, имеешь ввиду «тебе, Трикси, нужно их найти», — проворчала полурослица, разворачивая спальник, — нетушки, стоит мне отвернуться и тебя на куски разорвет. А парни сами о себе позаботятся.

— Ну, Зеймар, допустим, да, — устало протянула Лиира и потерла глаза, — а Рэндал…

Усевшись на спальник, Трикси исподлобья посмотрела на Лииру, нервно почесывая руку. Пауза затягивалась, и когда Лиира уже подумала, что это просто очередной «Я убью тебя!» взгляд, к которому она давно привыкла, Трикси, наконец, произнесла:

— Когда он призвал духов, я видела ангела.

— Я думала, ты уже прошла этот этап, — слабо улыбнувшись, Лиира прислонилась спиной к дереву, ожидая очередной порции полуросличих нежностей. Сама она стычку с инквизицией пропустила, но была абсолютно уверена, что там было на что посмотреть.

— Да нет же, настоящего ангела у него за спиной!

Открыв рот, Лиира хотела переспросить, не слишком ли сильно Трикси в том бою отхватила по голове, но снова встретилась с ее взглядом и передумала. Чисто гипотетически, такое возможно, но статистически — ни одно божество не станет приставлять по хранителю к каждому жрецу, попавшему в неприятности. Где Рэндал, и где сиятельное воинство Камадара! Наверняка у ангелов найдутся дела поважнее…

— Если бы ты была… — Трикси покрутила рукой в воздухе, подбирая нужную аналогию, — ну допустим, главой преуспевающего синдиката. Ты бы стала приставлять могущественного наблюдателя к клерку, который абсолютно не важен и в будущем ни для чего серьезного не пригодится?

Если бы Лиира была главой преуспевающего синдиката, она никогда не стала бы зашивать в своих клерков бомбы замедленного действия! Но речь, конечно, не о культе Змеи. Камадар — радикальный поборник света, он развязывает кровавые войны просто потому, что хочет, а Рэндал достаточно юн, чтобы поверить в то, что это и есть добро. Лиира в его возрасте верила во все, что говорил Нараэ…

— Ты думаешь, у Него, — она подняла палец вверх, осторожно указывая в ночное небо, — планы на Рэндала?

— Надеюсь, что нет, — опустив плечи, вздохнула Трикси и тут же встрепенулась снова. — Так что там с культом Змеи и почему мы не можем просто ткнуть инквизиторов носом в ваше — прости — их логово?

Ну вот и начались неудобные вопросы, всего-то и нужно было, что положить пол-Уотеркрика, чтобы правила неписаного кодекса наемников перестали работать! Вздохнув, Лиира осторожно предположила, что после всего произошедшего инквизиция вряд ли проявит доверие хоть к кому-то из них, а анонимное донесение и вовсе затеряется в канцелярии среди жалоб на соседку-ведьму, околдовавшую коров, и доносов на якобы демонопоклонников, шумящих под окнами по ночам. Но Трикси было не так-то просто переспорить, она не без оснований считала, что культ нужно остановить, пока это возможно, но катастрофически недооценивала его силу.

— Я никогда туда не вернусь, — наконец вздохнула Лиира, — неважно, что…

Среди деревьев пронесся жуткий звук, напоминающий медвежий рев и волчий вой одновременно. Лиира замерла, широко распахнув глаза и схватилась за сумку с ингредиентами.

Трикси побледнела, она прекрасно знала, что это такое.

Как только над его головой сомкнулись кроны деревьев, стало немного легче, но сердце все еще глухими ударами разгоняло по венам кровь, готовя тело к сражению, которого нет. Темные эльфы в поселении не угрожали ни ему лично, ни его спутникам — они разговаривали с соседями, играли с детьми, ухаживали за животными, строили дома, работали и принимали гостей. И Зеймар уговаривал себя, что это вовсе не те же самые парни, что спустили с него шкуру в его собственном доме, но ярость слов не слушала, она вскипала каждый раз, когда он вспоминал девушку, танцующую на площади. Скольких она зарезала во славу Ксалисс прежде, чем поклониться Тиэли? Сколько рабов загнал для жестоких матрон тот парень в лесу прежде, чем подняться на поверхность и подружиться с волками?