Чтение онлайн

БАПТИСТЕРИЙ (греч.-лат. «крещальня) – так, начиная с IV в. называли церкви в честь Иоанна Крестителя, предназначавшиеся для совершения обряда крещения. Как у православных, так и у ариан, – это были восьмигранные купольные здания, украшенные мозаиками. В куполе было помещено мозаичное изображение сцены «Крещение». Различия касались манеры исполнения. В мозаиках арианского баптистерия, построенного в Равенне ок. 500 г., античные черты сочетались с восточными. Почти классические по красоте крупные лица, величественные позы, энергичные движения были искажены чрезмерной экспрессией и асимметрией, выражавшими страстный внутренний порыв. Контуры фигур приобрели резкие очертания. Мелкие кубики смальты, лепившие лица, отличались большей пестротой. Преобладание спиритуального над материальным ощущалось в широких белых одеждах, превращенных в светоосные потоки.

БАРХАДБЕШАББА (VI в.) – сирийский писатель и церковный историк, епископ Халвана, приверженец несторианства, автор трактата «Причина основания школ» и сочинения «История святых отцов» («Церковная история»). Предполагают, что он учился в Нисибийской академии (Северная Месопотамия), описанию которой посвящены последние две главы «Истории святых отцов». Цель этого сочинения – прославить несторианское вероучение и его создателя – Нестория, труды которого («Книга Гераклита» и «История») были использованы Бархадбешаббой. Писателя не интересуют причины исторических событий. Все, происходящее в мире, он объясняет происками Сатаны, но признает конечную победу Бога над дьяволом.

Автор восхищается добропорядочностью и строгими нравами жителей Сирии и других восточных провинций, противопоставляя им население погрязших в разврате крупных городов византийской империи. При всей своей тенденциозности «История святых отцов», написанная живым и сочным языком, представляет значительный интерес как один из памятников культуры, помогающий воссоздать картину напряженной религиозной борьбы в ранневизантийский период.

«БЕЛЬТАНДР И ХРИЗАНЦА» («Велтандр и Хрисанца», ок. 1350 стихов) – византийский стихотворный роман, созданный анонимным автором в XIII в., до взятия Антиохии турками в 1269 г. В нем рассказано об императоре Родофиле, «всемогущем повелителе всей римской земли», и его двух сыновьях – Филандре и Бельтандре. Красивый и храбрый Бельтандр вынужден покинуть родину «из-за бесконечной ненависти к нему и тяжких упреков» отца. Он странствует по Малой Азии, чтобы узнать свою судьбу, и достигает замка из драгоценных камней – Эротокастрона, украшенного золотыми головами драконов и львов. На воротах замка – слова проклятия по адресу того, «кого ни разу еще не ранили стрелы любви». В одном из великолепных залов Бельтандр встречает владыку любви, восседающего на троне. Он вручает юноше прут из золота, железа и топаза, который тот должен передать самой прекрасной из 40 девушек. Отвергнув 37 претенденток, Бельтандр выбирает из трех оставшихся девушек ту, у которой «брови черные и чудесно очерченные», «жемчужные зубы, губы, как розы», «ее руки белы и нежны, а шея словно точеная». Юноша вручает ей прут, и все исчезает.

В Антиохии Бельтандр устраивается на службу к царю и узнает в его дочери красавицу, которой передал прут. Возлюбленные встречаются по ночам в саду царского дворца, и ничто не может помешать их любви: ни запреты царя, ни тюремное заключение. Убежав из Антиохии, герои попадают после различных злоключений на родину Бельтандра. Его старший брат умер, и отец приветствует своего сына и его возлюбленную. Произведение заканчивается счастливым браком.

Многое роднит этот роман с древнегреческими любовными романами: мотивы судьбы, странствия, вынужденной разлуки влюбленных, их счастливого воссоединения. Но структура произведения, в основе которой лежит символика числа (2, З, 4, 5 и кратных от них), хронологическая последовательность эпизодов, появление второй пары возлюбленных, гибель которых вводится по контрасту с вновь обретенным счастьем главных героев, особая любовная лексика, характерный для византийцев интерес к различным техническим чудесам, отсутствие четкой границы между реальным и фантастическим являются ярким свидетельством средневекового мировоззрения и эстетики.

БИБЛИЯ (греч. «книги») – собрание иудейских и христианских канонических священных книг, созданных на Ближнем Востоке в XIII в. до н.э. – II в. н.э. Она состоит из Ветхого Завета и Нового Завета. В иудейском ветхозаветном каноне – три части: Тора («Закон») или «Пятикнижие Моисея» (книги Бытия, Исход, Левит, Числа и Второзаконие); «Пророки» – исторические книги Иисуса Навина, Судей, Царств, в которых излагается история завоевания Палестины вплоть до VI в. до н.э., а также сборники речей больших (Исайя, Иеремия, Иезекииль) и 12 малых (Осия, Амос, Иона, Михей [VIII в. до н.э.], Наум, Аввакум, Софония [VII в. до н.э.], Авдий, Аггей [VI в. до н.э.], Захария [конец VI – начало V в. до н.э.], Малахия [ок. V в. до н.э.], Иоиль [ок. IV в. до н.э.]); «Писания», составленные из книг Псалмов и притчей Соломоновых, книг Иова, Ездры, Неемии, Руфи, Эсфири, Даниила и «Екклезиаста». Каноническими («богодухновенными») для евреев и христиан являются 39 книг.

Большинство центральных тем и мотивов Ветхого Завета находят соответствие в различных мифологиях мира: идея единобожия, известная египтянам, представление о мире как о водном хаосе, райское начало, мировое древо, сотворение человека, всемирный потоп как наказание за грехи в шумеро-аккадской мифологии и др. Новым был совершенно иной тип мифологического сознания, закрепивший в 10 заповедях основы личной и общественной морали. Перевод Ветхого Завета с древнееврейского на греческий язык, получивший название Септуагинта (III – II вв. до н.э., в нем на 11 книг больше), стал основой для составления текстов Ветхого Завета у западных христиан.

В Новом Завете были сформулированы основные положения христианства, которые разрабатывались во II – IV вв. (см. Новый Завет). Библия оказала огромное влияние на духовное и культурное развитие христианских народов. Ее сюжеты и образы получили воплощение в византийской, западноевропейской, древнерусской и других средневековых культурах. Они разрабатывались в изобразительном искусстве, музыке и литературе Возрождения и Нового времени.

БОГОМИЛЬСТВО, принявшее форму религиозной ереси, возникло в Византии в XII веке и распространилось преимущественно в церковной и монастырской среде (епископы Климент и Лев, монах Нифонт и др.). Веря в Иисуса Христа как космическое существо, богомилы отвергали «земной», видимый мир и общество, разделенное на классы, видя в них порождение злого духа – Сатаны. Поэтому они отказывались трудиться на богатых. Богомилы жили братствами, во главе которых стояли старейшины, имевшие трех помощников. Несколько братств составляли общину («церковь»), возглавленную «папой». Выделялось три категории богомилов в зависимости от их обязанностей в общине и от их имущественного положения: совершенные, отказавшиеся от имущества в пользу общины, верующие и слушатели, сохранившие свое имущество и обрабатывавшие свою и общинную землю. Совершенные занимали более высокое положение в общине и руководили верующими и слушателями.

Главными центрами богомильских общин были Константинополь, Фессалоники и болгарские города Тырново, София. Большим авторитетом в Константинополе пользовался ересиарх Василий, имевший 12 помощников – апостолов. Ок. 1111 г. он был сожжен на ипподроме, а его последователи были брошены в тюрьму. Богомилы принимали активное участие в народно-освободительных движениях в бывшем Болгарском царстве. Учение богомилов оказало влияние на формирование западноевропейских ересей – катаров и альбигойцев.

БОЛЬШОЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ в Константинополе, выходивший на площадь Августеон, был построен при императоре Константине I (272 – 337), но достраивался и перестраивался на протяжении нескольких веков. Согласно Евсевию Памфилу («Жизнеописание Константина I», IV в.), над входом во дворец была помещена написанная «цветными красками» картина: на ней Константин I низвергал в бездну дракона – олицетворение «безбожников», преследовавших «церковь божию». Над головой императора находилось «спасительное знамение», силою которого был низвергнут в «морские бездны» «тайный враг рода человеческого».

В дворцовый комплекс входили помещения для императорской семьи и его ближайших сановников, окруженные садами и фонтанами, для дворцовой охраны, залы для приемов (Триклиний жемчуга, Эрос, Камелас, Мусикос и другие, описанные в хрониках), термы, церковь, часовня, мастерские и скриптории, малый ипподром, где титулованные лица во главе с василевсом развлекались конной игрой в мяч. В портике дворца находилась библиотека на семь тысяч книг. Основные строения, завершавшиеся террасами и аркадами, спускались уступами к Мраморному морю. Большой дворец сообщался с императорской ложей – кафисмой – на столичном ипподроме, в которую вела торжественная купольная зала – Халка, перестроенная при Юстиниане I и украшенная бронзовой позолоченной кровлей и мозаичными композициями (Юстиниан, его жена Феодора и члены синклита празднуют триумф над побежденными вандалами и готами). Полагают, что в годы правления Юстиниана (527 – 565) было начато создание мозаичных полов во дворе и в интерьерах Большого дворца. Сохранились фрагменты мозаичного пола во дворе дворца; их основной темой был животный и растительный мир, охота, дети, едущие на верблюдах, пастухи и рыболовы. В орнамент мозаичных полов в залах дворца были включены стилизованные головы с точно переданными чертами лица (выразительные глаза, четкий рисунок бровей, носа и рта). Предполагают, что это портретные изображения готских вождей, воевавших с Византией. В многочисленных мастерских Большого дворца изготовлялись знаменитые шелка, одежда, драпировки и занавеси для дворцов и церквей, производились эмали и обрабатывались металлы.

В одном из триклиниев Большого дворца совершалась церемония избрания патриарха. В центре зала устанавливался деревянный помост, покрытый пурпурной тканью, на который ставился императорский золотой трон. Между стеной и царским местом стоял трон голубого цвета, покрытый златотканой материей и предназначенный для кандидата в патриархи. Оба трона были скрыты от архонтов, располагавшихся в триклинии, златоткаными занавесями. После того, как император и кандидат в патриархи занимали места на тронах, занавеси поднимались, император и будущий патриарх одновременно вставали, архонты провозглашали здравицу в их честь. Патриарха подводили к трону императора, который вручал ему золотой патриарший жезл, украшенный драгоценными камнями и жемчугом. Патриарх благословлял его и направлялся к своему трону. Занавеси опускались. Император возвращался в свои покои, а патриарх верхом на коне, покрытом белоснежной или белой с золотыми украшениями попоной, отправлялся в храм св. Софии и устраивал трапезу для архиереев.