Чтение онлайн

–  Я не знаю, - проговорила я, и дрожь в моем голосе вполне можно было принять за испуг.

На самом деле я была убеждена, что Луис не собирался меня убивать. Даже если он знал, что это именно я была тогда в квартире Эмили, то был уверен, что я не представляю для него никакой опасности. Но что Каро станет делать теперь, если узнает, что его ищет полиция, а я один из свидетелей? Спровоцирует ли это его, или я настолько мелкая фигура в этой игре, что и руки марать не стоит? Сможет ли Пхатти защитить меня?

–  Как я уже говорил, госпожа Кун, совпадение или нет - но в следующий раз вам не стоит открывать дверь незнакомцам. А если все же заметите что-то подозрительное, сразу же звоните, - лейтенант протянул мне визитку, после чего мы направились обратно в коридор.

Перед тем как уйти, он спросил, смогу ли я в случае чего письменно подтвердить свои показания. Я заверила его, что, разумеется, буду всячески помогать следствию, но, едва только за ним закрылась дверь, бросилась обратно в гостиную, где оставила телефон.

Я не думала о том, что за мной могут следить. Я боялась только, что Пхатти станет все отрицать.

Когда он не снял трубку после третьего гудка, я в панике перезвонила Нуккиду. Тот отозвался мгновенно.

–  Здравствуй, лиса, - весело проговорил он.
– Что-нибудь случилось?

–  Случилось. Кидо, мне срочно нужно поговорить с Пхатти.

Я вкратце пересказала ему, что произошло, после чего он отложил трубку, чтобы посовещаться с демоном, который был с ним. Я нетерпеливо мерила шагами комнату и искусала себе все губы, дожидаясь ответа. О чем можно так долго говорить, когда все и без того ясно? Наконец, Нуккид снова взял трубку.

–  Встретимся через два часа в офисе.

–  Через два часа?
– воскликнула я.
– Почему так долго?

–  Мы сейчас у Ноя, а это, знаешь ли, неблизко, - раздраженно отозвался Нуккид.

–  У Ноя? Вы нашли что-нибудь?

–  Возможно. Слушай, тут много работы. Через два часа обо всем поговорим.

И он отключился.

А меня ожидали едва ли не самые длинные два часа в моей жизни.

Я смогла оставаться дома не больше пятнадцати минут, после чего схватила сумочку и выбежала наружу. В пять за мной обещал заехать Луис, в пять я должна была встретиться в офисе с Пхатти, в пять возвращалась Суда. Так что в это время я планировала быть как можно дальше от дома.

Я шла по улицам, заходила в магазины, улыбалась продавцам, даже не осознавая, что делаю. Мысли мои были очень далеко. Я снова, в мельчайших подробностях, вспоминала день, когда нашла тело Эмили.

Я позвонила в дверь, и услышала чьи-то шаги. Это Луис Каро, опасаясь быть замеченным, бросился в спальню, разрывая за собой магический круг, чтобы содержавшаяся в нем сила вырвалась на волю, и я не смогла бы пойти за ним, охваченная ужасом и болью последних мгновений жизни Эмили. Но он не знал, что я лиса. Я смогла справиться с этой силой и пошла дальше. Тогда он позвонил Пхатти.

Шорох или шепот, который насторожил меня и выдал его присутствие - это его разговор с Пхатти, который минуту спустя позвонил мне и заставил сбежать оттуда. Но почему Луис не позвонил прямо мне? Этого я не знала, но это и не было настолько важным.

Позже мы встретились с ним у отеля «Ориенталь». Он опоздал на эту встречу, потому что добирался из другой части города, как и я. Когда я уходила, он спал, как видно, слишком утомленный после событий той ночи.

И тогда в отеле я снова почувствовала запах, тот же, что и в квартире Эмили. Я подумала, что это мое воображение сыграло со мной злую шутку, но все могло объясняться намного проще. Запах исходил от одежды Луиса. Я почувствовала его, как только он меня обнял.

А потом… потом, строго сказала я себе, я пошла в клуб, где меня и нашел Нуккид. Но бесполезно, стоило мне только подумать о том, что я переспала с убийцей Эмили всего через несколько часов после ее смерти, и слезы обиды сами собой полились из глаз. Насмешка судьбы? Злая ирония? Я переживала из-за того, что Луис задел мою гордость, что он оскорбил меня, и не подозревая, насколько гнусным был на самом деле его поступок. О чем он думал, когда раздевал меня теми же руками, которыми совсем недавно чертил линии на полу, пока в воздухе все еще витал отвратительный запах сандала, амбры и ириса? Смеялся ли он надо мной, над моим испугом, над моими жалкими попытками вырваться из объятий того, в ком сложились силы нескольких человек?

Гатти сказал, что они нашли восемь тел. Интересно, включало ли это число Эмили? Неважно. Луис Каро был в девять раз сильнее обычного человека. Неудивительно, что я не смогла его остановить. Неудивительно, что во время драки никто не сумел его ударить, ведь он был вдевятеро быстрее остальных. И выпить он мог в девять раз больше, потому и сумел ускользнуть от нас, когда никто этого не ожидал.

И я ненавидела его теперь в девять раз сильнее, чем прежде.

Подумать только, из-за него я порвала с Итаном. Я смеялась, говоря с ним. Я позволяла ему прикасаться ко мне. Смотреть на меня. Я приняла от него подарок.

Охваченная внезапным ужасом, я стала рыться в сумочке в поисках проклятой нефритовой подвески, но никак не могла ее найти. Тогда я вывернула сумочку наизнанку и зачарованно наблюдала, как валится на тротуар ее содержимое. Косметика, зеркальце, расческа, кошелек, телефон, еще десяток различных мелочей, которые казались когда-то очень нужными, но сейчас не вызывали иных чувств, кроме раздражения. Слепо шаря по асфальту руками, я наконец наткнулась на подвеску и мне показалась, что она обожгла мне пальцы. Тогда я вскочила на ноги и стала топтать ее, пытаясь попасть по нефриту острой шпилькой. Подвеска подпрыгивала, словно уворачиваясь. Наконец мне удалось попасть по ней, но весь урон, что я смогла ей причинить, - это пара царапин. Пара царапин, как разошедшиеся в насмешливой улыбке тонкие губы.

Отчаявшись, я схватила подвеску, уже не обращая внимания на жжение, и изо всех сил швырнула ее об стену. Слава богам, это была просто стена, а не витрина какого-нибудь магазина. Подвеска бледной тенью отскочила в сторону и попала на проезжую часть, прямо под колеса непрерывно движущегося потока автомобилей. Очень скоро я потеряла ее из виду.

Но стоило ей исчезнуть, и я начала успокаиваться. С удивлением я обнаружила, что стою посреди тротуара и меня окружают удивленно перешептывающиеся люди. У меня под ногами валялась моя сумочка и ее рассыпавшееся по земле содержимое. Я присела, чтобы собрать свои вещи, и обнаружила, что коробочки с косметикой потрескались, а зеркальце разбилось. Они не отличались твердостью нефрита. Поспешно сгребая в сумку все, до чего могла дотянуться: и целое, и битое - я с удивлением отметила, что на руках у меня нет никаких ожогов.

Странно, мне казалось, нефрит должен был выжечь всю кожу на моих пальцах.

Я протолкалась сквозь собравшуюся поглазеть на свихнувшуюся девицу толпу зевак и прошмыгнула в двери ближайшего магазина. Сняв с вешалки первую попавшуюся вещь, я бросилась в примерочную и, только задернув за собой шторку, дала волю слезам.

–  Это нечестно, нечестно, - повторяла я, утирая глаза и размазывая по щекам тушь.
– Почему? Почему, почему, почему?!

Почему он сделал это? Почему он убил Эмили? Хорошую, добрую Эмили? Почему он посчитал себя вправе лишить жизни светлое, ни в чем не повинное существо? Почему он смеялся, когда мы встретились? Почему выбрал именно меня, чтобы утвердиться в своей победе? Вечное почему.