Чтение онлайн

— Ай-ай, птица, видно, ослепла, садится на голову чужеземцу. Кто он такой, чтобы стать нашим падишахом?

Снова выпустили птицу, и снова она села на голову Чинавира.

— Надо отвести его на окраину да спрятать в каком-нибудь доме, а тогда и выпускать птицу, ― решили старики.

Так и сделали. Заперли Чинавира в старом, пустом доме и даже колак 214 закрыли. Опять выпустили птицу. Птица летела, летела, наконец подлетела к этому дому, клювом открыла колак, влетела в комнату и опять села на голову Чинавира. Спорит, шумит народ. Наконец решили:

— Наверное, он сын аги, баглара 215 или падишаха, раз птица в третий раз садится ему на голову.

Так Чинавир стал падишахом.

А мы вернемся к его брату Гулю. Гуль остался в пещере. А тут и ночь наступила. Присел Гуль у самого порога, слышит ― птицы прилетели, сели на дерево.

— Матушка, что это за человек? Почему пещера за ним сомкпулась? Что теперь с ним будет? ― спрашивает одна голубка у другой.

— Дочка, ― отвечает та, ― брат его стал падишахом, а это Гуль, сын падишаха. Моя дочь превратилась в зайца и прибежала сюда, а он за ней погнался. Теперь он не может выйти из пещеры.

— А что с ним будет?

— Я не могу всего предвидеть, но, если он не спит, пусть слушает, а если спит, пусть ему все приснится. В этой пещере есть родник, на дне родника лежит белый камень, пусть он поднимет этот камень, под ним ― бумага. Если смыть с этой бумаги надпись, двери пещеры раскроются, тогда Гуль будет свободным.

Раздался шум крыльев, и голубки улетели. Наутро, когда Гуль поднялся, он пошел искать родник, нашел и видит: лежит белый камень. Поднял он камень, взял бумагу, смыл с нее надпись, и пещера разомкнулась. Вышел Гуль на свободу и вернулся туда, где оставил брата. Смотрит, а том его конь дожидается. Вскочил он на коня и поехал в тот город, о котором говорила голубка Подъехал юноша к городу, а ночь уже окутала землю, стража закрыла ворота. Как ни просил юноша впустить его, стража его и слушать не стала. Весь город окружен каменной стеной. Привязал тогда Гуль коня к дереву, сам лег, укрылся своим капутом и задремал. В полночь поднялся ветер, да такой, прямо ураган. Открыл Гуль глаза, видит ― что-то черное опускается на город, пригляделся получше ― дракон. Выхватил Гуль саблю, бросился на дракона и разрубил его на куски. Потом сложил эти куски в две кучи, лег рядом со своим конем и заснул. А в тот день сторожить город должны были кази и везир. Когда на рассвете они увидели у городской стены два холма, они очень удивились:

— Этих холмов раньше не было у городских стен, откуда они взялись?

Подошли ближе, видят ― дракон разрублен на куски и сложен в кучи. Тут же они увидели и спящего Гуля и задумали злодейство. Кази и везир убили Гуля, положили в мешок и бросили на ту дорогу, по которой голькван гнал телят. А сами вернулись в город и говорят падишаху:

— Будь в здравии, падишах! Сегодня ночью появился тот дракон, который уже несколько лет не дает нам покоя. Теперь он мертв, мы убили его.

Утром голькван погнал телят на пастбище, смотрит ― мешок лежит на дороге, он развязал его, а там убитый юноша.

— Клянусь богом! ― воскликнул голькван. ― Отнесу-ка я беднягу домой, может, он жив, а если мертв ― похороню, как полагается.

Принес он мешок домой, открыл его и говорит:

— Дочка, этого юношу я нашел на дороге. Только он, наверное, мертв.

Подошла к нему дочь гольквана, а юноша так красив, что на него и глядеть невозможно, а в изголовье у него ― мешочек золота. Приложил голькван ухо к груди юноши, слышит ― сердце бьется.

— Раба божья, он еще жив! Веди скорей сюда хеким-локмана 216 . Расплатимся с ним мешочком с золотом, ― посылает голькван жену.

Пришел хеким-локман, приложил к ране целебное снадобье, и вскоре Гуль совсем ожил. Каждую ночь у него в изголовье появлялся мешочек с золотом, и голькван скоро так разбогател, что стал богаче самого падишаха. Как-то голькван говорит жене:

— Жена, а ведь даже завтра он может потребовать свою долю.

— Что же теперь делать?

— Принеси топор, наточим его, а почью убьем юношу.

Наточил голькван топор и стал ждать. Когда Гуль заснул, голькван убил его, а тело положил в мешок и бросил на ту дорогу, по которой гнал стадо гаван. Погнал утром гаван скот на пастбище, увидел мешок:

— Наверное, базэрган-баши потерял. Это ― моя доля.

Бросил он скот без присмотра, закинул мешок на спину и понес домой.

— Жена, иди сюда, бог послал нам нашу долю, ― закричал он.

Развязали они мешок, а там юноша необыкновенной красоты и в его изголовье ― мешочек с золотом. Ощупали его, сердце у юноши бьется. Позвали лекаря, тот приложил целебное снадобье к ранам, и уже утром Гуль поднялся на ноги. Стал он жить у гавана. Каждое утро у его изголовья появлялся мешочек с золотом, и гаван так разбогател, что стал богаче гольквана. Говорит он как-то жене:

— Раба божья, когда-нибудь он потребует свою долю, а зачем нам с ним делиться?

— Что же делать?

— Надо его убить.

— Ну что ты, жаль юношу. И богатства эти не наши.

Но гаван больше не гаван и стадо не пасет. Наточил он свой топор и убил Гуля, когда тот заснул. Тело положил в мешок и бросил на дорогу. Утром возвращался со своего судна домой моряк. Увидел мешок, поднял, принес домой. «Может, ― думает, ― это какой-нибудь купец потерял, может, там ценность какая». Развязал мешок, а там красавец, ранен, но жив еще.

— О, да это красивый юноша! К добру ли? ― удивился моряк.

А когда увидел мешочек с золотом, решил привести лекаря. Опять Гуль ожил, стал здоровее прежнего. Моряк и говорит ему:

— Послушай-ка! Нет у меня сына, будь ты моим сыном, ведь я тебя поднял на ноги.

— Хорошо, отец, я твой сын, ― согласился Гуль.

Год прошел, два проходят, три проходят; кто знает, сколько прошло времени, но моряк с тех пор разбогател. Сосватал он Гулю дочь падишаха, калым отдал, стала дочь падишаха невестой его сына. Однажды девушка вышла из дому с хели на лице. Моряк поднял хели с ее лица и воскликнул:

— Вай, какая красавица! Она достойна меня, как я мог уступить ее кому-то?

И решил он избавиться от Гуля.

— Гуль, снеси-ка эти доски на берег моря, ― велел он сыну.

— Зачем, отец?

— Сын падишаха требует сколотить сундук по своему росту. А ростом он с тебя, надо сделать этот сундук.

— Хорошо, отец, ― согласился юноша.

Взял он доски и пошел к морю. Скажу своим почтенным, сделал он этот сундук, обмазал его воском, чтоб вода не проникла, крышку приладил. Моряк ему и говорит:

— Гуль, ну-ка влезь в сундук, посмотрим, поместишься ли ты. Если он тебе подойдет, то и сыну падишаха будет как раз.

Только Гуль влез в сундук, моряк захлопнул крышку, быстро заколотил ее гвоздями и столкнул сундук в море.

Тем временем один рыбак закинул в море сети. Стал вытаскивать, а сети такие тяжелые, что ему одному и не вытащить их на берег. Идет он домой, говорит домочадцам:

— Ступайте и помогите мне. Что-то тяжелое попало к нам в сети, может, какой купец плыл по морю и уронил свой товар.