Курс 1. Октябрь
Шрифт:
— Знаю, — Таня ухмыльнулась. — Но должна же я была тебя немного подразнить.
Я посмотрел на Лану, на её сияющее лицо и мокрые, растрёпанные волосы, и понял, что все сегодняшние бури и сомнения того стоили.
Я подошёл к своей красотке сзади, пока она вытирала волосы, и обнял её, сложив руки замком на её животике. Она тут же расслабилась, прислонившись спиной ко мне, и накрыла мои руки своими.
— Пьём? — тихо спросил я, обращаясь ко всем, глядя на стол с закусками и бутылками.
— Ура! А то я уже заскучал! — сразу же оживился Зигги, потирая руки.
— Что? Заскучал? — Таня медленно повернула к нему голову, и её голос приобрёл опасные, сладковатые нотки. Её брови поползли вверх из-за стёкол очков.
Зигги замер с открытым ртом, поняв, что совершил стратегическую ошибку. Его взгляд метнулся ко мне, полный немой паники и товарищеской жалости, словно он искал поддержки у того, кто тоже регулярно ходит по минному полю.
Я только усмехнулся, глядя на его побелевшее лицо, и покачал головой.
— Ты сам себя закопал, брат, — с лёгким сарказмом констатировал я.
Лана тихо хихикнула у меня в объятиях, а Таня продолжила смотреть на Зигги с притворной суровостью, поджимая губы, чтобы не рассмеяться. Атмосфера в комнате снова стала тёплой и по-домашнему беззаботной.
Вне времени
Я устроился на краю кровати рядом с Ланой. Она тут же прижалась ко мне плечом, её тепло и запах были такими… настоящими. Умиротворение. Покой. И вдруг…
БАМ.
Моё собственное сердце ударило с такой силой, что грудь физически вздрогнула. Я едва не вскрикнул. Что это? Паника, острая и беспричинная, сковала всё тело.
И тут же в голове, поверх смеха Зигги и Тани, пронзительно и отчаянно:
«Пощады! Умоляю!»
Чей-то чужой, разрывающий душу крик. А следом — низкий, мокрый, ужасающий звук. Чавк. Словно тупой меч с силой входит в плоть. И снова. И снова.
— Роберт? — встревоженно прошептала Лана. — С тобой всё хорошо? Ты… ты побледнел, как полотно.
Я открыл рот, чтобы сказать, что всё в порядке. Просто устал. Но в тот миг я моргнул.
И комната исчезла.
Теперь я стоял в огромном, роскошном зале с мраморными колоннами и расписными сводами. Но великолепие было осквернено. Повсюду — на стенах, на паркете, на шторах — бурые брызги и лужи запёкшейся крови. В воздухе витал сладковатый, тошнотворный запах смерти.
Я смотрел вниз, на свои руки. В одной я сжимал длинный меч, и он был не из металла. Он был из сгустка пульсирующей, ядовито-розовой энергии, с которой капала та же субстанция, что и на стенах.
Я не управлял своим телом. Я был пассажиром. Захватчик внутри моего собственного разума просто вёл его вперёд, по скользкому от крови полу.
Напротив, у огромного трона, стоял мужчина в императорских одеждах, сжимая в руке древко со знаменем, на котором был выткан алый дракон. Его лицо искажала смесь ужаса и ярости.
— Наша империя процветает уже много веков! — прокричал он, но в его голосе слышалась трещина.
Мои губы растянулись в широкой, безумной ухмылке, и из них вырвался леденящий душу, неестественный смех.
— Хы-хы… Забавно слышать это от того, кто просидел всё это время на троне, утопая в пороках. Только вот Драконхеймы… — я почувствовал, как моя рука с мечом поднимается, указывая на него, — … давно утратили былое величие, погружаясь в ласки падших женщин и забыв о долге.
— Сквиртоник тебе этого не простит! — гаркнул император, отступая на шаг.
— Сквиртоник? — мои губы изогнулись с презрением. — Твой бог давно отвернулся от твоего прогнившего рода, Карнелиус. Как и все остальные великие дома. Они видят, во что ты превратил наследие предков.
Я сделал шаг вперёд. Розовая плазма на мече вспыхнула ярче, освещая залитое кровью лицо императора. Вокруг не было ни солдат, ни придворных. Только мы двое. И приговор, который уже был вынесен.
Император, отбросив знамя, с рывком поднялся и выхватил из ножен у пояса длинный, узкий клинок. Сталь зловеще звякнула.
— Это мы и увидим… — прошипел он, и в его глазах вспыхнула ярость.
Я моргнул.
И снова оказался в комнате. Роскошный зал, кровь и розовая плазма растворились, сменившись знакомыми стенами общежития. Прямо перед моим лицом, в сантиметрах от него, были испуганные алые глаза Ланы. Её пальцы впились в мои плечи.
— Роберт? Всё хорошо? — её голос дрожал. — Ты… ты просто отключился.
2 октября. Вечер. ? Часть 2
Я с усилием заставил свои губы растянуться в улыбку, хотя в висках всё ещё стучало.
— Голова кружится от твоей красоты, — выдохнул я, смотря в её алые глаза.
— Дурак! — с обидой и облегчением протянула Лана и ударила меня кулачком в плечо. — Напугал до смерти!
— У него давление поднялось, — ехидно ухмыльнулся Зигги, наливая себе вина. — Личный разговор, видимо, был очень пылким.
Лана бросила на него грозный взгляд, но я её уже не видел. Перед моим внутренним взором всё ещё стояла та кровавая картина, яркая и пугающая. Я не понимал её, но одно было ясно — это было окно в далёкое прошлое.
Неужели бывший глава культа… тот самый, кто служил Розовому Еноту… свергнул прошлую династию Драконхеймов? — мысленно пронеслось у меня, пока я механически взял Лану за талию и усадил к себе на колени. — Тогда выходит, это он посадил на трон предков нынешнего императора? Но… они же были против культа! Или… стоп.
Новая мысль ударила с силой молнии.
Нынешний император, как все говорят, — далёкий родственник Драконхеймов. А это значит, что их приход к власти мог быть нелегитимным! Узурпация под прикрытием «родственной крови». Но тогда почему они так яростно выступают против Енота? Или… они были против него всегда, а культ просто использовал их как марионеток, а потом они предали его?
Голова шла кругом от этих догадок. Историческая правда, похоже, была куда мрачнее и запутаннее, чем я мог предположить.