Чтение онлайн

В холле веганец от меня отстал. Я поднялась в свой номер, приняла душ, и поставила будильник на инфо-табло, чтобы успеть на тренировку. Отдохнуть мне так не удалось: я периодически проваливалась в сон и быстро просыпалась, а когда прозвучал сигнал, почувствовала себя разбитой.

В таком состоянии и явилась на тренировку. Вальдола велела сначала размяться, потом немного побегать, и только потом собрала нас, чтобы погонять по самим приемам. Она выбирала себе партнера и показывала, как нужно «действовать», как уворачиваться и с какой силой бить. Остальные сначала должны были наблюдать, а потом – повторять те же приемы, пока Вальдола не оставалась довольна.

Курсант, доставшийся мне в партнеры, бил вполсилы и явно щадил меня. И это было разумно, если учесть, что он цент, а я – землянка. Порядком подустав, я начала путаться в движениях, и тогда прозвучало, как гром среди ясного неба:

— Ветрова! Становись в позицию. Отрабатываем прямые удары ногой.

«Поздравляю, Нина. Сейчас тебя вырубят».

Я пропустила предыдущего несчастного и встала в позицию – левая рука и нога впереди, ноги согнуты в коленях. Обычно во время тренировок я пыталась учесть все сразу: и положение противника, и его взгляд, и расстояние между нами. Но сегодня у меня шалили нервы, и сосредотачиваться я не стала. Когда мне показалось, что орионка двинулась, я ринулась вперед и… неожиданно ее опередила. Схватив девушку левой рукой за ногу, я дернула, а правой ударила по шее. Линда упала.

«Поглоти меня Черная дыра!» Впервые за все время тренировок мне удалось быстро и правильно сработать. Розин всегда ругал меня за то, что я слишком боюсь получить удар, и поэтому медлю и сомневаюсь.

Вальдола медленно поднялась.

— Продолжаем.

Второй раз я ударила недостаточно быстро – Линда успела поставить блок, и я получила удар в голень. Боль на пару мгновений ослепила. Шумно вдохнув, я сделала шаг назад. Удивительно, что вообще удержалась на ногах.

— Еще раз, — сказала Вальдола.

Превозмогая боль, я ударила. В этот раз мы были одинаково быстры и ловки. Об очередном ударе Линда предупреждать не стала – я не стала ставить блок, решив увернуться. И, не рассчитав скорость, вылетела слишком далеко вперед, чуть не свалившись.

— Быстрее нужно бить, Ветрова, и резче, — повеселев, сказала Вальдола. — Пока ты будешь телиться, враг уже скончается от ожидания. Рогсон, ко мне. Отрабатываем удары ногой с разворота.

Я отошла в сторону. Редко кому удавалось свалить Линду на землю, или хотя бы застать врасплох. Может быть, сегодня мне просто повезло, и орионка не ожидала, что я не отпряну, как всегда, а решусь на блок. А может, не настолько я ужасный боец?

Вечером меня вызвали в главный корпус. Это меня не порадовало, мягко говоря: я ожидала либо подлянки со стороны альбиноса, либо разбирательств по поводу Тулла. И я угадала со вторым вариантом.

Пройдя в кабинет начальника охраны отеля, я увидела, собственно, хозяина кабинета, котоида Риса, нашего куратора-цента и Солда. То, что он оказался на планете так скоро, означало, что ему позволили воспользоваться услугами по телепортации. Лицо лейтенанта было красным и немного отекшим – обычная реакция организма на условия другой планеты. Помимо старших по званию, в кабинете находился и закадычный приятель Тулла – орионец по фамилии Чанд.

— Товарищ капитан, курсантка Ветрова по вашему приказанию прибыла, — доложилась я куратору-центаврианину.

Он кивнул:

— Что ты знаешь о сегодняшнем инциденте, Ветрова?

— Ничего, товарищ капитан.

Куратор кивнул снова, и кивком указал, куда мне нужно встать. Я подошла к Чанду.

Начальник охраны объявил, что Слагор Тулл спутал хауми с гибридом и попытался его задержать. Мы выслушали сию весть с крайне серьезным видом. После начальника охраны слово взял администратор отеля Рис:

— Да, некоторых представителей нашей расы можно спутать с гибридами, которых выводят спящие, но даже если допустить, что гибриды могли попасть на нашу планету, им никак не удастся попасть на территорию отеля. Мы заботимся о благополучии и безопасности постояльцев! Я хочу, чтобы вы, товарищи практиканты, запомнили: в «Эрмее» не может быть не только гибридов, но даже и ненадежных граждан!

— Уясните, — отчеканил цент-куратор, — что такое не должно повториться. Другие не должны знать о том, что произошло, а что касается вас… Если кто-то посмеет с неуважением отнестись к кому-либо из служащих отеля, будет исключен. Это понятно?

— Так точно, товарищ капитан!

Мужчины отошли от нас и начали тихо о чем-то договариваться, изредка бросая на нас задумчивые взгляды. Наконец, Рис и начальник охраны вышли, оставив нас на растерзание кураторов. Капитан прошелся по столовой, сохраняя на лице отстраненно-вежливое выражение. Провел рукой по поверхности стола (неужели в этот момент его интересует чистота?), и, медленно повернувшись к нам, сказал:

— Слагор Тулл будет в ближайшее время отправлен на Горунд. Как и котоид, на которого он напал.

«Отвратительный день, — подумала я. — Отвратительная практика».

— Если будут спрашивать, почему Тулл депортирован – вы не знаете. Понятно?

— Так точно товарищ капитан!

Мне все это не нравилось. В случае, если курсант наломал дров, и это нужно было скрыть, нас бы просто не вызвали на разговор и не стали напоминать, как важно с уважением относиться к персоналу. Да и Солд бы не прилетал: капитан мог и сам преспокойно сообщить, чтобы мы молчали о том, что Тулл побил местного. Значит, дело не такое однозначное, каким кажется на первый взгляд.

—Вспомните, — подал голос Солд, — замечали ли вы за Туллом странности во время учебы, или изменения в его поведении после перелета.

Повисло гнетущее молчание. Странности и Тулл – понятия несовместимые. Он открытый, но не простодушный, веселый мужчина. Ну, по меркам старших рас – юноша.

— Я жду ответа. Чанд, ты в команде Тулла. Вы пробовали здешние фрукты, или что-то еще? Пробовали как-то расслабиться?

— Никак нет, товарищ лейтенант. Мы не делали ничего того, что не связано с заданиями на практику.

— Уверен? — уточнил Солд у курсанта.

— Так точно, товарищ лейтенант.

— Не уверен! И это промах. Вспоминай хотя бы изредка, на каком факультете учишься. Если нет причины, по которой Тулл «напутал» утром, попадет всем, кто имел отношение к его зачислению. Он был признан психически и физически здоровым, сообразительным и внимательным. Его не раз проверяли. Так как же здоровый курсант мог совершить такой промах?

И снова молчание. На этот раз пауза затянулась минут эдак на десять. Мы стояли прямые и безмолвные, точно каменные истуканы, а кураторы ждали, у кого сдадут нервы. Солд начал прохаживаться, останавливаясь то возле меня, то возле Чанда, тем же занялся и центаврианин.