Чтение онлайн

— Как и ходить в туалет в кусты, товарищ лейтенант.

Теперь я разозлила куратора. Пора брать руки в ноги и бежать... очень быстро. Солд обогнул лавку и встал передо мной.

— Что ты себе позволяешь, Ветрова?

— Ничего, товарищ лейтенант.

— Ничего-о-о? — протянул он насмешливо. — Да, пожалуй, ничего. Разве что шляться по парку и портить лавки в то время, когда нужно быть на инициации, трясти волосами, хотя по Уставу они должны быть убраны, и пререкаться со старшими по званию! Ты здесь не на курорте, Ветрова! И, раз уже тебе выпало счастье проходить здесь практику, я заставлю тебя соответствовать!

Отчитал он меня, как полагается, чтобы не забыла, кто тут матерый волк, а кто – собачонка без права тявкать на старших.

— Позвольте обратиться, товарищ лейтенант, — сказала я, выбрав самый свой безэмоциональный тон.

Привыкший, что его слова разят курсантов, аки оружие спящих, Солд подался вперед, и даже ладонь к уху приложил. Мол, слушаю тебя со всем вниманием, Ветрова.

— Во-первых, до сбора на инициацию еще есть время. Во-вторых, в парке я прогуливалась, чтобы прогнать сонливость. Откуда сонливость? После единственного сытного ужина за последнее время. В-третьих, по лавке я ударила несильно, так что мои действия нельзя засчитать за порчу имущества. В-четвертых, я действительно отрабатывала удар, представляя гибрида. В-пятых, всех гибридов я называю «гадами». В-шестых, мои волосы распущены, потому что лопнула резинка для волос. В-седьмых, я не позволяла себе ничего лишнего и всего лишь заметила, что использовать кусты как туалет запрещено. Если у вас имеются другие замечания к моему внешнему виду и поведению, я с радостью их выслушаю, чтобы соответствовать гордому званию курсантки Военной академии.

Солд улыбнулся. В другое время я бы растаяла от такой улыбки, а то и в обморок бы упала, получив ударную дозу обаяния от орионца.

— Разворот на сто восемьдесят градусов!

Что? Я так удивилась, что растерялась. Но, следуя уже выработавшейся привычке исполнять приказы, развернулась, заметив краем глаза, что мужчина достал лазерный нож. «Он всегда с собой лазер носит?» — задалась я вопросом. Но это был не самый важный вопрос. Самый важный вопрос – зачем он достал лазер?

Затаив дыхание, я насторожилась. Солд подошел ближе и коснулся моих волос.

Так он волосы палить собрался! Мои черные, мои блестящие!

— Не надо, товарищ лейтенант!

— Молчать.

Солд собрал все пряди, зажал, и слегка на себя потянул, оценивая длину. А после начал… заплетать. Это было еще более неожиданным, чем, если бы он их отрезал. Судя по тому, как быстро мужчина справился с заданием, он уже имел дело с плетением кос. Закончив, он перехватил кончик косы эластичным шнурком, которым иногда лазеры прикрепляют к поясам, чтобы не терялись. Так вот зачем он достал лазер…

— Марш на инициацию.

— Есть, товарищ лейтенант!

Я поторопилась уйти, пока не случилось еще чего-то неожиданного. За каких-то две минуты я добралась до места сбора, почти не сбив дыхания. «Зерен» собралось девять человек. Среди них единственными девушками были мы с Рэй. Она же и заметила, что коса у меня орионская – из четырех прядей.

— Красивая прическа, Ветрова.

— Спасибо, — невнятно проговорила я, чувствуя, как начинаю краснеть. В голове была полная сумятица – сначала Малейв удивил, потом Солд… А тут еще и инициация!

Собрали нас у пятого корпуса, самого отдаленного. Сопровождать нас должен был покрытый рыжей шерстью хауми, и в нем было столько от кошачьих, что мозг отказывался принимать тот факт, что у него роста два метра, руки, а не лапы, и говорит он ничуть не хуже людей. Как только подошел последний курсант – десятый, хауми повел нас к вместительному кару. Мы уселись, и кар двинулся по дороге в сторону моря; хауми начал объяснять, куда мы едем, и что мы будем делать. Котоид говорил так же изящно и витиевато, как Рис, но, в отличие от администратора, его речь не была такой четкой и правильной.

— Вы зьнаете, что «Эрмея» стоит на заповедной земле и земля эта хранить много тайн. Сегодня вы будете посьвящены в одну из тайн. Мы проведем вас в Дом Жизьни, где вы прикоснетесь к прекрасному и таинственному. Ки Арад доверяеть своим «зернам», и доверие это нельзя предавать, — хауми значительно на нас посмотрел. — Вы будете держать в секрете все, что вам сегодня откроеться?

— Так точно!

Хвост хауми нервно дернулся – не поверил? Какое-то время мы ехали молча, многие запоминали путь от отеля до храма (сложная задача, если учесть время суток). Но привезли нас не к самому храму, а к побережью. Вслед за провожатым мы вышли из кара в темень – ночные светила планеты давали мало света. Курсанты начали было включать фонарики на инфо-браслетах, но хауми запретил:

— Светь вам не нужен!

«Может быть вам, кошачьим, он и не нужен, а людям – еще как», — подумала я, стараясь различить хоть что-то. Но видела я только темноту, в которой еще большей темнотой выступали неясные очертания то ли скал, то ли валунов. Из кара вышел еще один хауми, водитель. Его огромные глаза светились красным в темноте.

Я держалась как можно ближе к Рэй. Меня нервировало все: и темнота, и неизвестность, и два котоида, шепчущихся о чем-то своем. Пугало даже море, в шепоте которого чудились угрозы.

— Мы пойдем в темьноте, — обратился к нам провожатый, закончив шептаться с водителем. — Вы должны принять решение сейчас: идьти или не идьти. Энергетика храма столь сильна, что вы можете почувствовать себя плохо. Мы не можем дать каждому гарантии, что инициация пройдеть успешно. Если вы принимаете решение идьти, сдавайте инфо-браслеты, платежные браслеты, оружие, если имееться, и ТПТ-устройства. Если сомневаетесь, возвращайтесь в кар.

Все без возражений сняли браслеты и ТПТ. И ладно браслеты, но ТПТ! Люди настолько привыкли к тому, что их разум всегда защищает это маленькое полезное устройство, так привыкли к тому, что не нужно учить другие языки, а можно просто включить режим перевода… В общем, отправляться куда-либо без ТПТ мало кто отваживался. Это то же самое, что выйти на улицу голым.

Водитель собрал наши устройства и унес в кар. А хауми позвал:

— Идемьте, «зерна».

Идти в темноте неизвестно где – то еще развлечение. Наплевав на то, кто кому друг, а кто кому враг, мы взялись за руки и таким манером начали осторожно идти за котоидом. Моя догадка оказалась верной: мы подошли к скале. Хауми объяснил, что впереди проход, и первым туда втиснулся. Пригнувшись, мы залезли за ним. Теснота и мрак убедили меня в том, что инициация – это плохая идея. А когда проход расширился, и впереди, в темноте, мы увидели две пары кошачьих глаз, стало страшно.

И, думаю, не мне одной.

Рыжий котоид куда-то ткнул, плита грузно отъехала в сторону. Так тупик превратился в еще один проход, и наш кошачий эскорт активизировался.

— Мы направляемся в Хранилище эо-ши. Хранилища строились так, чтобы чужие не могли дойти до кристаллов, — загадочно молвил котоид, и издал серию звуков, напоминающих одновременно хихиканье и мурлыканье.

Говорят, людской смех нервирует представителей других рас. Так вот «мурхиканье» хауми нервирует не меньше.