Чтение онлайн

Особенно таких, как Рэй.

Ощутив на себе мой взгляд, девушка медленно повернулась.

«Что с тобой, землянка?»

«Ничего, принцесса».

Я взяла чистое белье и зашла в душ. С озлобленностью стянула одежду, купальник. Теплая вода, упруго бьющая сверху, не принесла облегчения, хотя и притупила слегка боль в руке, шее, да в ногах. «Слишком резко побежала», – подумала я, вспомнив задание с кодами, и всхлипнула. Ну, что они все, а? Ну, почему бы им просто не оставить меня в покое?

Я росла на Горунде, впитывая центаврианскую культуру, я вела себя так, как принято вести себя. Выезжая из резервации, я всегда одевалась, как одеваются центаврианки. Я делала все, чтобы соответствовать стандартам. Для получения гражданства мне не хватило всего пяти лет… пяти лет.

Я сползла вниз и обхватила колени руками.

Даже если и вернусь на Еву-2, и начну новую жизнь среди «своих», все равно буду сильно скучать по Горунду. Я любила эту планету так пламенно, что даже в детстве на мамины слова о том, что мы с другой планеты, возражала яростно. Дилемма: по рождению я землянка, а по духу – центаврианка. Вот только кто из местных разглядит во мне этот центаврианский дух? Кто вообще понимает, чего я хочу?

«Ли понимает».

Стоило мне вспомнить про Ли, как вся злость и обида на весь мир и на центавриан в частности исчезли. Я поднялась, выключила воду и, накинув полотенце, вышла в комнату.

Рэй заинтересованно посмотрела на мое лицо. Наверное, ее веселили перемены в моем настроении.

— Ты знаешь, почему лучших курсантов и студентов с Горунда приглашают на Хауми? — медленно и томно, будто соблазняя, спросила Рэй. — «Эрмея» находится рядом с заброшенными Домами Жизни. В одном из них Ки Арад инициирует новичков.

«Так вот почему Экри так рвался на Хауми, — подумала я. — И вот что он имел в виду…» Как же все-таки порой Звезды бывают несправедливы: Экри старался, стал лучшим, а в итоге вместо него на Хауми попала я, и инициацию буду проходить тоже я.

— А как проходит инициация? И зачем, раз мы уже «зерна»?

— Ты знаешь, что такое эо-ши? — все так же томно поинтересовалась Рэй.

Я покопалась в памяти и выудила оттуда кое-что про кристаллы, которые выращивают лирианцы в Домах Жизни и на закрытых фабриках. Эо-ши – это своеобразное хранилище чувств, настроений, энергий всех тех, кто когда-либо к нему дотрагивался. Бытует мнение, что кристаллы эо-ши со временем приобретают свою собственную энергетику и могут разрушиться, если их коснется кто-то с несозвучной кристаллу энергией. А еще такой кристалл может плохо подействовать на чужака. В общем, очередная мудреная штуковина лирианцев, которую лучше не трогать.

— Да, знаю.

— Уважающий себя центаврианский Род имеет собственный эо-ши и оберегает его, как большую ценность. Ну, и в общем, если тебя допускают до эо-ши – это означает полное к тебе доверие. Так что сегодня ты коснешься кристалла, подаришь ему частичку себя, и он подарит тебе частичку энергии, которую в себе хранит.

— А если моя энергия не «понравится» эо-ши? Что тогда?

– -- Понравится, — уверенно улыбнулась центаврианка.

Вот эта уверенность меня и обеспокоила. И все, что связано с Ки Арадом, меня беспокоило тоже. Инициация, кристаллы… Может, ну их?

Рэй заметила, что мне это не по нраву.

Мы уставились друг на друга оценивающе. Рэй всегда была собрана, спокойна и серьезна. Этим она мне и нравилась; я видела в ней образец идеальной гражданки Федерации. Интересно, что видит во мне она?

Так и хотелось спросить, но я прикусила язык. Она ко мне с расспросами не лезла, и мне не стоит. Да и о чем разговаривать фермерше с принцессой высокородной?

Оказалось, есть о чем.

— Ты из военной династии?

— Можно так сказать, — удивленно ответила я. — Мой отец был военным.

— Был?

— Он погиб, сражаясь за Союз, — я бы хотела придать своему голосу гордости, с коей подобает рассказывать о подвигах отца, но вместо нее в голосе прозвучала обида. Мама любила отца больше жизни, а он оставил ее, чтобы геройствовать. Нельзя винить за такое, но я не могу себя переубедить.

— Многие сыновья нашего Рода тоже погибли. Вы, земляне, легко относитесь к потерям?

— Почему ты так решила?

— Ты не пожелала ушедшему отцу нирваны.

— А ты – своим родным.

На мгновение в черных глазах девушки я увидела что-то живое, настоящее, то, что принадлежало только Рэй, а не ее Роду. Но она очень быстро снова надела маску и спряталась за вежливой улыбкой:

— Лирианцы не одобряют такое отношение к ушедшим.

— И что?

Рэй выразила взглядом что-то высокомерное с примесью непонимания, и легла на кровать. Типичная центаврианка! Ну, тем лучше. Не так-то сложно приноровиться к центам, если знать, что они с младых ногтей скованы правилами: «приносить пользу», «не показывать эмоций», «быть всегда вежливым и собранным», «не доверять чужим», «полагаться на ум, а не на эмоции», «ценить Род превыше себя».

Зря я в душе расклеилась. Подумаешь, курсант напал. Подумаешь, все меня за слабую держат. Так даже лучше: мне будет легче добиваться своего.

К вечеру курсанты спустились в столовую. От утренних дикарей, бьющихся на пляже за коды, ничего не осталось: все облачились в форму Военной академии, в которой прилетели на Хауми. А форма красит и прибавляет солидности. Правда, у многих лица покраснели от пребывания под светилами, а у кого-то были заметны синяки, полученные в бою за коды. Я покосилась на парней из команды Тулла.

«Слагор, как ты мог оставить меня здесь одну?»

Все разбились по командам или группкам, а я стояла у лестницы одна. Тоскливо, когда не с кем перемолвиться словом. Бывают люди-одиночки, которые легко обходятся без общения, но меня к таким нельзя отнести. Я сложила руки на груди, стараясь казаться отстраненной и невозмутимой.

— Ветрова! — раздалось над моим ухом.

Я подскочила от неожиданности, и оступилась. От падения меня спас Солд: он вовремя схватил меня за руку.

— Никогда не преграждай путь вышестоящему, — сказал куратор. Если бы мы не были на Хауми, и на нас не глядели бы другие курсанты, Солд бы выбрал другие слова и другой тон. А так – ограничился общей фразой с намеком.

— Есть, товарищ лейтенант! — я шмыгнула в сторону.

Солд велел строиться и объяснил, что нам можно повеселиться, но осторожно: если кто уронит честь военных, того скормят котам-охотникам. После этого значительного предупреждения мы направились строем к главному корпусу. Постояльцев собрали на пляже, где мы сегодня искали коды, те, кто постарше, собрались в барах у других корпусов. В общем, вопреки обыкновению, мы не чувствовали себя чужими на празднике жизни.

Банкетный зал был оборудован релаксационными установками цвета и звука. Для нас, практикантов, оформление в зале выбрали с военной атрибутикой: символами защиты, изображениями прославленных героев. Но нас больше интересовала она самая, вожделенная, снившаяся ночами… еда! Для того чтобы мы не скучали за набиванием желудков, студенты из академии Культур пели для нас незамысловатые песни с простыми мотивами. Для тех, кому хотелось представления поинтереснее, хауми-охотники показывали трюки в другой части зала.