Чтение онлайн

Как сейчас.

— Во что же я вляпался?

Голос мой изменился, стал чуть дрожащим и сдавленным. Опасность, которая мне грозила, была самой что ни на есть настоящей, и я слишком хорошо понимал, что по крупному счету ни Капитан, ни Стас не могли ее отвратить от меня или, тем более, взять на себя.

Я уже полностью погрузился во все это, погрузился с головой, и избавиться от этого состояния смогу только с окончанием операции.

— Не бойся. Сейчас тебе ничего не грозит.

Невольно из моей груди вырвался смех, нервный, лающий.

— Меня не надо успокаивать. Я не ребенок.

Она тихо сказала:

— Я знаю. Ребенок не смог бы меня защитить.

Мне стало стыдно, но стыд никоим образом не унял моей паники.

— Чего мне еще ожидать от этого города?

— Ты приезжий?

— Приезжий.

— Ты здесь по делу или как?

Неопределенно дернув плечами, я буркнул:

— В общем, по делу.

Она шагнула ко мне.

— Тогда наплюй на все дела и уезжай.

Я помолчал, словно и впрямь прикидывал такую возможность. А потом спросил, сам удивляясь тому, как несмело звучит мой голос:

— А как же ты?

Она опять улыбнулась. И опять это была невеселая улыбка.

— Мне ты не поможешь.

Почему-то к горлу подкатился тугой комок. Я с трудом проглотил его и кашлянул, проверяя, не сел ли окончательно мой голос.

— Как знать… я не такой уж беспомощный, как тебе могло показаться.

Новая улыбка. Кажется, чуть повеселее.

— Я знаю, ты сильный. Не думай, что я не обратила на это внимания. Кстати, откуда у тебя меч?

Вот так-то, парень, а ты думал, это ты сейчас ведешь скрытый допрос «объекта». Во всяком случае, все становится на свои места. Эта женщина вовсе не кинулась безоглядно в новое знакомство, как можно было бы подумать. Возможно, с самого начала она и не воспринимала меня как удачно подвернувшегося случайного прохожего.

«А откуда взялся твой меч, тот самый, что ты носишь за спиной?»

Разумеется, этот вопрос я не задал, не до такой же степени я был дилетантом в своем деле — в секретных операциях по пресечению преступлений, угрожающих интересам государства.

— Это мой меч, — уверенно сказал я, словно мальчишка, на любимую игрушку которого кто-то покусился.

Таким психологическим трюкам нас в изобилии снабжают наши инструкторы по психотехнике и межличностным отношениям. Ты вроде бы отвечаешь на вопрос и в то же время ничего не говоришь по существу. Это важно, если требуется замаскировать тот факт, что ты что-то сознательно утаиваешь.

— Ладно, я у тебя его не заберу, — сказала она с улыбкой.

— И на том спасибо, — в тон ей ответил я.

Мы тихо рассмеялись. И сейчас этот смех вовсе не звучал истерически, скорее, он был освобождением.

Я действительно почувствовал, как с плеч моих сваливается тяжесть. Кажется, полоса опасности действительно осталась позади, и теперь уже можно было немного расслабиться.

Но это состояние длилось лишь несколько секунд.

— А теперь я тебя покину.

— Что?! — воскликнул я с неподдельным испугом.

— Ненадолго, — поспешила она меня успокоить.

— Куда? Зачем? Там ведь опасно.

Я даже схватил ее за руку, но она мягко отстранилась.

— Надо кое-что проверить. Не волнуйся, я скоро вернусь. И, пожалуйста, сиди тихо. Не шуми и не высовывайся в окна. Спички тоже лучше не зажигать — могут увидеть.

— Как же…?

Она перебила меня, мягко, но непреклонно:

— Сейчас не время беседовать.

Потом выключила фонарик, шагнула мимо меня к окну и пластичным кошачьим движением запрыгнула в его зияющее темнотой квадратное отверстие.

Я вдруг вскинулся и порывисто подался за ней.

— Постой… Послушай!

Она уже спускалась наружу, и в темном квадрате чернел лишь ее напряженный торс.

— Что?

По ее тону я понял, что она уже отдалилась, мысленно она уже в другом месте.

— Прости. Я хотел узнать… Как тебя зовут?

Мне не видно было ни ее взгляда, ни выражения лица, но почему-то мне показалось, что она недовольна моим вопросом. Но я ждал, а она слишком промедлила, чтобы просто его проигнорировать. Теперь даже отказ отвечать был бы ответом, свидетельствующим о многом.

Она все-таки ответила:

— Лиза.

Я раскрыл рот, чтобы брякнуть глупейшее присловье насчет того, как мне приятно, но в обрезе окна ее уже не было.

Меня охватила не менее глупая детская обида: она не спросила в ответ, как зовут меня. Она доставила меня в безопасное место, отблагодарив тем самым за свое спасение, но саму ее еще ждут какие-то неотложные дела.

Интересно, какие?

Вздохнув, я прошептал в пустоту:

— Удачи тебе, Лиза.

Знать бы еще в чем.

Разговор Малыша с загадочной женщиной, вокруг которой произошло сегодняшним вечером столько событий, имел — спасибо включенной и настроенной связи — двух внимательных слушателей, о которых собеседница оперативника едва ли могла подозревать.

— Стась, что ты думаешь обо всем этом, — спросил Капитан, когда Малыш остался один.

Стас коротко хохотнул, но в его смехе не было ничего веселого.

— Дамочка непроста, — сделал он вывод. — Совсем непроста.

С этим Капитан, конечно же, был согласен. Вокруг этой женщины, непонятно почему, образовалась зона опасности. То, что эта опасность грозила непосредственно ей, может быть, не имело особого отношения к их собственной операции. С другой стороны, а что имеет к ней отношение?

Может — ничего из происходящего, а может — все.

А значит, у него как командира группы опять должен быть готов ответ на невысказанный вопрос: не пора ли сворачивать участие своей команды в этой непонятно кем проводимой операции.

Риск слишком велик. Как-то вдруг оказалось, хотя вначале об этом не было и речи, что он подставил своего младшего оперативника под пули. А это серьезно. Это уже слишком серьезно. Такие ситуации должны скрупулезно планироваться, а если они возникают спонтанно по ходу работы, то нужно сворачивать свою операцию и уходить. Потому что спонтанности в боевых операциях на самом деле не бывает: то, что тебе представляется случайным, в реальности является чьими-то запланированными действиями. И этот «кто-то» практически всегда — враг.