Чтение онлайн

Всматриваясь в темноту, где ему померещилось движение, Капитан спросил еле слышным шепотом:

— Малыш, как думаешь, не пора ли тебе уходить?

Он услышал вздох и понял, что его подчиненный борется сейчас с теми же самыми сомнениями, что и он сам. Но, кажется, эти сомнения Малыш сам для себя уже разрешил

— А почему, Капитан? Мне кажется, все проходит нормально. Какой ни какой, но контакт все-таки состоялся.

— Риск, Малыш. Степень риска очень высока. Мы на такую не рассчитывали. Тебя ведь уже два раза могли подстрелить.

— Без вашей страховки — да, а так — что сделано, то сделано. Если мы хотим узнать, что происходит, контакт, считаю, нужно продолжить.

По лицу Капитана, невидимому в темноте, пробежала хмурая гримаса.

— Мы ведь не можем все время быть на подстраховке. Очень скоро нам придется отойти, и тогда риск для тебя станет еще больше.

— Я думаю, здесь достаточно безопасно. Похоже, она тут живет. Здесь спальный мешок, запас продуктов, вода в бутылях, даже спиртовка имеется. Милиция, действительно, если и нагрянет сюда, то еще не скоро.

Темнота во дворе стала практически полной. Ветер с приходом ночи заметно ослабел, а вот дождь все никак не прекращался. Он все шел и шел. Размеренно сеющий, мелкий, но плотный, производя равномерный шум, стирающий из восприятия все прочие слабые звуки.

Опять Капитану показалось, что он не один во дворе. А если так, то в свои действия нужно вносить существенную коррекцию. Достав из кармана глушитель, Капитан принялся навинчивать его на дуло «Стечкина». Больше нет нужды в отвлекающих маневрах. Теперь, если придется действовать, то нужно сохранять скрытность.

— Стась, твое мнение.

Старший оперативник ответил немедленно, что свидетельствовало о его сложившемся видении ситуации.

— Я считаю, Малыш прав. Контакт надо продолжить. Мы отойдем, но будем в пределах слышимости. Если что, вмешаемся.

Капитан почувствовал укол раздражения. Его осторожность воспринималась его подчиненными то ли как черта характера, то ли как признак маячившей неподалеку старости. А ему-то как раз их упрямство виделось проявлением бесшабашной молодости. Но слишком хорошо он знал, чем зачастую приходилось платить за такие проявления.

— Риск чересчур велик. Гораздо выше разумного, — сухо шепнул он.

Это было очевидно, и он знал, что они промолчат, и тогда ему не останется ничего другого, как дать команду на сворачивание операции.

Но тут горячий шепот Малыша, донесенный оперативной связью, разрушил уже нарисовавшуюся в его воображении картину отхода.

— Вот именно, Капитан. Ключевое понятие здесь — риск. Мы знаем, что банальная уличная опасность не вывела бы Алекса из строя. Не та у него подготовка, по определению. Значит, он столкнулся с чем-то по-настоящему опасным. Как мы сейчас. Только он был один, и это его погубило. А нас трое, и шансов у нас на порядок больше.

Капитан не потратил на раздумья ни одной лишней секунды. Когда надо, он умел отбросить сомнения и взять решение на себя.

— Ты считаешь, Алекс столкнулся с тем же, с чем и мы?

— А с чем еще? Тут явно что-то очень крупное. Силы задействованы такие, что одиночке трудно уцелеть. Другое дело — Команда.

— Я согласен с этим. Полностью — тут же откликнулся Стас. — Малыш у нас дока по этой части. Умеет выразить то, что носится в воздухе.

Капитан вздохнул, уже не скрываясь.

— Если сейчас уйдем, — вновь зашептал Малыш, — то второго шанса может и не подвернуться. Я думаю…

— Ладно, — перебил его Капитан. — Обстановка ясна. Продолжаем действовать, как запланировано.

— Кажется, проявилась милиция, — сообщил Стас.

— Значит, нам пора отходить, — сделал вывод Капитан.

Положив «Стечкин» на колени, он принялся накручивать глушитель на «глок».

Где-то в отдалении действительно послышались завывания полицейской сирены.

Шуршание за спиной. Капитан обернулся, одновременно наводя на цель утолщенное теперь дуло «АПС».

Всего лишь пакет. Остатки ветра — скорее уж просто сквозняк, гуляющий в каменном лабиринте дворов — протащили его из предпоследней арки. Той самой, откуда вышел Малыш, благополучно миновав бригадира.

Странно. Очень странно.

Мимолетная усмешка пробежала по лицу Капитана. Если бы кто-то мог видеть ее в почти непроницаемой темноте — что было вполне возможно, обладай этот гипотетический наблюдатель прибором ночного видения хотя бы предпоследнего поколения, — то едва ли ему понравился бы произведенный этой усмешкой эффект: лицо Капитана вдруг стало острым, как бритва, и безжалостно-хищным, если не сказать — кровожадным.

Пакет был новый, не разу не раскрытый. Тот самый, что Малыш купил по дороге сюда.

Почему-то мощные порывы ветра, еще недавно завывающие в тоннеле, как в гигантской печной трубе, не могли его сдвинуть с места, а легкий, едва ощутимый сквозняк без труда поднял и вынес на открытое пространство.

Плавно, но достаточно быстро Капитан поднялся на ноги, с огорчением отметив, как по-старчески хрустнули колени после долгого сидения. Вышел из чернильной тени, в которую был до сих пор погружен, достиг выступа стены, укрывающего от него часть двора. Огляделся. Потом закрыл глаза и прислушался.

Снова еле ощутимый ветерок зашуршал пакетом. Скрипнули ветви дерева. Зашелестели чудом уцелевшие прошлогодние листья.

Хорошо. Все звуки естественные. Их можно исключить.

Шум дождя, мягкий, ровный, миллионноголосый. Исключить.

Пронзительный вой сирены, нарастающий с каждой секундой. Исключить.

Так-так-так. И что мы имеем в этом слабо различимом остатке?

Ослабевший к ночи гул уличного движения, доносящийся, как с другой планеты.

Им можно пренебречь. Но вот это…

Этот почти ритмичный плеск — чух, чух, чух. Кажется, он…

Да, точно — он смещается. Передвигается от арки в глубину двора.

Капитан открыл глаза. Навел дуло на источник звука. Ничего не видно. Темнота у противоположной стены практически непроницаема для взгляда. Точнее — почти.

Что-то там, кажется, сдвинулось. А вот случайный тусклый отблеск на осколке стекла погас, потом снова появился.

Медленно, чтобы не щелкнуть, Капитан сдвинул рычажок регулятора на стрельбу очередями. Для усиления эффекта поднял и правую руку — с «глоком». Теперь он мог с достаточно высокой степенью вероятности поразить невидимую цель.