Чтение онлайн

— Ага! — воодушевленно воскликнул Роберт и, подбежав к распростертому на полу герцогу, осыпал его чесночным порошком.

Вампир затих и замер. Это была победа! Победа! Тотчас же во всем замке вспыхнули сотни свечей и факелов, и не помнящий себя от радости Лиддел помчался искать свою жену.

Он нашел ее полуодетую и плачущую в уютно обставленной комнате западной башни. Она взглянула на мужа, отвернулась, и стон ужаса и горя сорвался с ее губ, а плач стал еще сильнее. Роберт не смутился, решив, что Дженни просто слишком потрясена случившимся и измотана долгим пленом. Он сгреб ее в охапку и потащил вслед за собой по увитыми черными розами коридорам.

Дженни не кричала, не сопротивлялась, а только рыдала, не в силах совладать с невыразимым горем.

Когда Роберт выскочил во внутренний двор, битва за замок была почти окончена. Не в пользу нападавших. Жалкие остатки пехотинцев, сгрудившиеся спина к спине, пытались отбиваться от осатаневших от ярости волков. Вдруг все увидели Роберта и Дженни. Вмиг волки замерли, поджали хвосты и отступили. Коршуны поднялись высоко в небо, и в их клекоте слышалась скорбь. А выжившие воины-люди огласили окрестности победными воплями. Они подхватили на руки своего лорда, невесть откуда нашли что-то вроде пледа, чтобы укрыть возвращенную пленницу, и с радостными песнями вышли за ворота.

На внутреннем дворе остались только сотни мертвых тел — людей и волков. Холодный предрассветный ветер звенел в лежащих доспехах, гонял упавшие полотна знамен, шелестел в кронах обагренных кровью деревьев.

Хайрок пал, так же, как и его хозяин.

Глава XLIII. Все изменилось

Еще на подходе к холмам Хайвуд Эрик, Элли и Браун поняли, что случилось что-то непоправимое. Земля была сплошь изрыта следами лошадей и осадных орудий. В воздухе пахло кровью и деревом. Флагов на шпилях замка не было.

— Господи, помилуй, — выдохнул Браун. — Только не это.

Но сомневаться, к сожалению, не приходилось. Два разборных моста, перекинутых через ров, горы трупов и обрушившиеся ворота говорили только об одном.

— Нет, — в ужасе закрыла глаза руками Элли. — Нет!

— Мы не успели, — голос сэра Эрика задрожал. — Боже, Боже, мы не успели!

Браун снял шлем и склонил голову, глядя на лежащие на земле знамена Уотерхолла. Эрик в ужасе и бессилии припал на одно колено и устремил взор в небеса. Элли заплакала.

— Мы так хотели увидеть эту картину когда-то, — тихо сказал Браун. — И один только Господь свидетель, как страшно мы ошибались.

Не в силах двигаться дальше, все трое молча смотрели на последствия ужасного сражения. Они не заметили, как к ним подлетел старый черный ворон, поэтому почти одновременно вздрогнули, когда он вдруг заговорил.

— Не в добрый час пришли вы в Хайрок. Сегодня в этом замке день скорби.

— Кто вы? — первой опомнилась Элли.

— Меня зовут Гундорк, — представился ворон. — Я хранитель флага. А вы?

— Элли Лиддел, дева озера Райн.

— Эрик Лиддел, эсквайр, баронет Хантервилльский.

— Курт Браун, рыцарь дома Уотерхолл и слуга Господень.

— Понятно, — тихо каркнула птица. — Все сплошь высокородные. Зачем шли вы в этот дом?

— Мы хотели помочь сэру Ричарду защитить его, — сказал Эрик. — Но не успели.

— Да… — ворон отвернул голову. — Не успели. И мы не справились. Ну, то есть, не то, чтобы совсем. Мы отбили атаку, но он выкрал Дженни. И сильно ранил Господина.

— Так герцог жив?

— Если так можно выразиться, — ответил ворон. — Проходите в замок, я покажу вам, где он.

Все трое побежали за Гундорком. Хранитель флага летел медленно, а в коридоре и вовсе едва шевелил крыльями. Он приземлился рядом с лежащим на блестящем полу сэром Ричардом и кивком головы показал на него.

Элли, ни слова не говоря, одним движением подскочила к герцогу, взяла его за руку и начала быстро-быстро говорить заклинания. Нортроп пошевелился, и с его губ сорвался тихий стон.

Обрадованная волшебница возвысила голос, и таинственные слова полились еще быстрее. Сэр Ричард открыл глаза.

— Кто вы? — тихо спросил он заплетающимся языком.

— Тихо, — скомандовала Элли. — Мы пришли спасти вас.

— Меня… не надо. Спасите Дженни!..

— И до нее дело дойдет, — сказал Эрик, приседая к вампиру. — Как вы себя чувствуете?

— А, Эрик, это вы, — радостно вздохнул Нортроп. — Я знал, что вы поймете смысл моего письма к вам.

— Это было не так-то просто, — улыбнулся юный лорд. — Но все же мы здесь. Хоть и с опозданием.

— Все не так плохо, — сэр Ричард попытался подняться, но тут же рухнул на пол снова. — Хотя кто знает. Дженни он утащил?

— Да. Но замок почти не пострадал. Вам просто придется поставить новые ворота.

— Я же говорю, что не все так плохо, — подобие улыбки показалось на лице герцога. — Вы можете отнести меня в гроб?

— В родном гробу и стенки помогают? — спросил Эрик, подавая вампиру руку.

— Пожалуй, что так. Хотя лучше крышка. Черт возьми, как перед дамой-то неудобно, — сказал Нортроп, повисая на руках Эрика и Курта. — Но что поделаешь. Это был почти равный бой.

— Почти равный? То есть… Вы знаете? — спросила Элли.

— Еще как, — кивнул вампир. — Это не было для меня сюрпризом. В молодости я увлекался черной магией, некромантией и прочими темными делами, которые, впрочем, позволили мне сохранить цветущий вид до вполне почтенных лет. Так вот, я знаю то, о чем вы тоже успели проведать. Положение, прямо скажу, скверное. Но не безвыходное. Хуже всего то, что Дженни необходимо вернуть сюда как можно скорее, иначе она умрет. Да-да, не смотрите на меня так. Клянусь всем, что мне дорого, я полюбил ее. Самой искренней любовью, какую только знала история человечества. Сначала она была для меня лишь орудием мести, костью в горле Лидде… неважно, впрочем. Но потом я возжелал крови Дженни. Она стала для меня самым дорогим, самым чудесным лакомством на свете. И в тот же день узнал, кто на самом деле стоял за похищением моей невесты, крошки Тессы. И мы… я… Словом, я укусил ее, и часть яда вампира попала в ранку. С того дня она медленно начала превращаться в не-умершую. Вчера перед нападением Дженни попросила обратить ее, и я почти сделал это, но тут ваш братец огорошил меня залпом из требушетов. И вот теперь она наполовину человек, наполовину вампир, оказалась среди людей. Если в ближайшее время — предельный срок две недели — я не укушу ее снова, она угаснет, как свеча на холодном ветру. Дженни еще не умеет и не способна пить кровь, а обычная еда уже не сможет насытить ее. Если бы я не укусил ее вчера, все было бы проще — яд со временем уходит из тела. Но теперь обратного пути нет. А я, как назло, выбит из строя на неопределенное время!

В воздухе повисла тишина. Эрик почесал затылок и нахмурил брови. Элли теребила прядь волос около уха, глядя куда-то вдаль. Браун и вовсе не в силах был поднять голову.

— Что нужно, чтобы помочь вам? — спросила волшебница, отряхнувшись от оцепенения.

— Немного свежей крови и несколько дней покоя, — ответил Нортроп.

— Кусайте меня, — сказал Браун. — Я хоть и стар и невкусен, зато в жилах моих огонь.

— Благодарю, — усмехнулся вампир. — Не бойтесь, много не выпью.