Чтение онлайн

– Да ладно тебе, рогатка… – начал Керн, потом понял, что что-то не то. Какая она «рогатка» без рогов?

Оборотень перебрался на бревно, уселся рядом, опустив ноги в воду, и хотел приобнять страдалицу, но ладони оказались в земле. Он обтряхнул их о бёдра и всё таки неуклюже прижал рыжую к себе.

– Успокойся, ну. В тебе прорва магии, даже я её чую. Вот и творится всякое. Если хочешь обратно свои копыта, то пожелай и они, наверное, снова появятся. Хотя, по-моему, так тебе лучше. Смотри вон, какая красавица, – поглаживая её по плечу, Керн наклонился чуть вперёд и кивнул на дрожащее отражение.

Красивая. Тёплая. Мягкая. И пахнет вкусно. Добытчица. Человеку бы, наверное, такой запах показался странным, но не оборотню. У Керна заломило в паху. Он зажмурился и сам едва не завыл. Оказывается, способность говорить иногда пропадает даже в человеческом обличии.

– Успокойся, – повторил он уже для себя и снова посмотрел на отражение рыжей. – Так ты и в глаза меньше бросаешься… ну, то есть, на человека больше похожа. В общем, так, правда, лучше.

Чужая рука на плече обжигает. По телу бегут разряды истомы и какого-то совсем иного голода… Его мысли стучаться мне в голову вместе со словами, которыми он пытается меня успокоить. И от этого становится лишь хуже. Потому что… Да срань господня! Меня в суккуба засунули, что ли?! Ах ты ж карга старая, в жопу стаей пчел укушенная!

– Слушай, Керн… – я аккуратно снимаю его руку с плеча, и чувствую, как стихает буря в моем теле, нагло провоцирующая на занятия непотребствами прямо здесь и сейчас. Он-то хочет. Мое тело – тоже. А я? Вот ответа на этот вопрос я не знаю… Быть незаметной учительницей, запихнутой в тело молодой девушки (Особенно такой! У которой все… слишком. Слишком сексуальна, слишком экзальтирована, слишком эмоциональна, слишком… все!) – это сложнейшее испытание для психики, мать его разэтак. И моя уже никуда не годится – это точно. Выдохнув, я смотрю на Керна и качаю головой, перед тем, как встать… И понимаю, что даже это нехитрое движение в исполнении ЭТОГО тела превращается в бенефис грации и эротичной пластики.

– Северный пушной зверек… – негромкие слова сами вырываются из груди. – Прости, но я пока… да блин! Я просто не знаю, что со мной! Да я даже не знаю, кто я, понимаешь?! Говоришь, копыта и рога могу вернуть? Да мне и этого тела не надо…

Злость клокочет внутри… И вместе с ней вокруг становится жарче. А потом… Я понимаю, что источник жара – это я. И рыжие волосы превратились в рыжее пламя, а глаза сверкают, аки раскаленные недра вулкана. Психоделическая картина, отражаемая неспокойной гладью воды. Демоническая… И огонь слетает с кончиков пальцев, оглашая пространство клокочущим стрекотом пожирающей пространство стихии. Из груди рвется рык, но… Я дергаю головой, и пламя гаснет… На мне. А вот подожженное вокруг в вспышке гнева пространство гаснуть не собирается.

Конец ознакомительного фрагмента.