Чтение онлайн

Но всё же это её внезапное появление в спортивной одежде, когда я почти отключился, сбивало с толку. Хотя, с другой стороны, разве могло быть иначе?

В то же время, пока в моих мыслях была полная каша, но мой член уже насторожился, будто почуяв знакомый, дорогой запах её духов, смешавшийся со свежим запахом её кожи и знаменующий недвусмысленное обещание новой бури.

Она прикрыла дверь, и лёгкий, но чёткий щелчок замка прозвучал в тишине кабинета как выстрел. И затем она приближаясь ко мне неспешными, властными шагами подошла к столу и остановилась прямо надо мной, заслонив собой весь потолок, весь мир.

— Чего молчишь? — спросила она, и её голос приобрёл ту самую, знакомую до дрожи, бархатистую интонацию, в которой звучала и ласка, и приказ. — Неужели не скучал по мне?

Я хотел что-то ответить. Какой-нибудь циничный вздор, отмазку, шутку — свою привычную броню. Но слова застряли где-то в горле, сдавленные её присутствием, этой новой, непривычной спортивной расслабленностью, которая была лишь другой формой её власти.

И всё, что я смог — это хрипло, почти беззвучно выдохнуть: «Я…» Но она не стала ждать. Не дала собраться с мыслями. Она наклонилась. Её пальцы, всё ещё сохранившие прохладу, коснулись моей щеки, мягко, но неумолимо властно повернули моё лицо к себе. И затем её губы — чуть прохладные, влажные, пахнущие мятой — накрыли мои, не оставляя места для вопросов, сомнений или усталости.

Поцелуй не был нежным. Он был властным, влажным, требовательным. Её язык сразу же нашел дорогу в мой рот, ведя себя как хозяйка, возвращающаяся в свои владения. Одна рука продолжала лежать на моей щеке, а вторая рука, тёплая и уверенная, легла мне на грудь.

Я замер, парализованный этой внезапной атакой. Голова гудела усталостью, но тело ниже пояса уже переключилось на автопилот, заведённый одним её запахом. Под её ладонью сердце колотилось, как бешеное. Её рука медленно поползла вниз — по моему животу, едва касаясь кожи через тонкую ткань футболки, преодолевая резинку штанов, и опустилась ниже. Пальцы нашли выпуклость в паху, уже начавшую наливаться тяжестью вопреки усталости, и обхватили её.

Чёрт, — пронеслось в голове сквозь сладострастный туман поцелуя. — Так быстро? Дружок, да ты железный, млять. Или просто прирученный на уровне рефлексов.

Она продолжала целовать меня, всё глубже, всё настойчивее, а её рука в это время работала — не дрочила, а скорее массировала, продавливала, будила через ткань, заставляя кровь приливать с пугающей, животной покорностью.

Затем, не прерывая поцелуя, её пальцы поднялсь выше на моих штанах и ловко, одним движением, пролезли под резинку. Холодок воздуха коснулся кожи, и тут же её ладонь скользнула под ткань трусов, нашла уже твёрдый, горячий ствол и вытащила его наружу.

Она наконец оторвалась от моих губ. Её дыхание было сбивчивым, губы блестели. Она скользнула взглядом вниз, на мой стояк, торчащий из-под спущенных штанов, и её губы растянулись в медленной, удовлетворённой улыбке.

— О-о-о, — протянула она с тёмной, хищной нежностью. — … вижу, скучал всё-таки. И… очень. — её пальцы обхватили член у основания, большой палец провёл по вздувшейся вене на стволе. — Ну что, — прошептала она, глядя мне прямо в глаза. — Ты уже один раз хорошо постарался. И я хочу ещё. — её голос звучал как приказ, обёрнутый в шёлк. — Ты готов?

Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова, но затем, несмотря на то, что горло было пересохшим, хрипло выдавил:

— Конечно, как я могу быть не готов?

Она улыбнулась этой своей ледяной, восхитительной улыбкой, отпустила член, отошла на шаг и начала раздеваться. Медленно, с театральным, властным спокойствием. Её пальцы скользнули к поясу спортивных штанов, раздался тихий шорох эластичной ткани, и штаны, подчёркивавшие каждую линию её бёдер, упали на пол, и она ловко стряхнула их с лодыжек.

Под ними оказались всё те же кружевные трусики телесного цвета, выглядевшие невероятно роскошно на фоне простой спортивной одежды. Затем она сняла топ — одним плавным движением через голову. И вот передо мной предстала она — в том самом сложном, дорогом бюстгальтере, который казался произведением искусства и едва скрывал её пышную грудь.

Я, всё ещё сидя на краю стола с обнажённым, пульсирующим членом, начал скидывать с себя одежду. Футболка полетела в угол. Вставая, я стянул штаны вместе с трусами одним небрежным движением и отшвырнул их ногой.

Мы стояли друг напротив друга: она в изысканном нижнем белье, излучающая властную, хищную красоту, контрастирующую со спортивной простотой её только что сброшенной одежды; я — голый, возбуждённый, уставший до дрожи в коленях, чувствующий себя одновременно добычей и избранным, тем единственным, кто был допущен в её «святилище».

Она снова подошла, прижалась ко мне всей грудью, и наши губы снова встретились. Её руки скользнули по моей спине, впились в ягодицы, прижимая меня к себе. Моя рука сама потянулась к застёжке её бюстгальтера, но она поймала мою ладонь и отвела её в сторону, продолжая целовать.

Вместо этого её собственная рука снова опустилась между нами, нашла мой член и начала надрачивать — медленно, смачно, с таким знанием дела, что по спине побежали мурашки, а в животе закрутилась горячая спираль.

Затем, всё так же не прерывая поцелуя, она своей свободной рукой полезла под чашку бюстгальтера. Я услышал лёгкий шорох, и через секунду её пальцы снова коснулись головки моего члена, не обхватив, а скорее случайно.

Презерватив? — пронеслось в голове. — Она снова достала его оттуда?

В это время Татьяна и её ловкие аккуратные пальчики, отпустив член на секунду, быстрым, отточенным движением раскрыли квадратик, а затем и накатили презерватив до самого основания. Резина туго обтянула кожу, подчёркивая каждую пульсацию на моём возбуждённом до неистовства члене.

Потом она оторвалась от поцелуя, её глаза блестели в полумраке. Она огляделась по сторонам, будто выбирая место, и её взгляд упал на стул, стоящий у стены рядом с дверью.

Она подошла к нему, соблазнительно раскачивая бёдрами, и встала на него коленями. Поза была откровенной, вызывающей и напоминающей мне наш первый раз в её кабинете несколько часов назад. Затем она обернулась, бросила на меня игривый и призывающий к действию взгляд и отвернулась.

Я сглотнул и пошёл к ней, чувствуя себя как во сне.

Кружевные трусики врезались в сочную, идеальную плоть её ягодиц, очерчивая каждую выпуклость. И мои шаловливые руки сами легли на её бёдра, и я тут же почувствовал под пальцами горячую, упругую кожу. Затем я прильнул губами к её шее, вдохнул запах её духов, смешанный с её собственным, возбуждающим ароматом.

Мои губы скользили по её позвоночнику вниз, целуя каждую выступающую косточку. Затем мои пальцы зацепились за тонкую полоску кружева на её бёдрах, и я потянул вниз. Трусики, влажные от её возбуждения, легко соскользнули. Она не помогала, не мешала — просто ждала.