Чтение онлайн

Я с трудом сглотнула и постаралась думать о чем-то поддерживающем, чтобы сказать:

– Ну, Юни кажется милой.

– Да, это точно.
– тогда он сказал это так, как будто убеждал себя.
– Она очень милая.

– И красивая, - добавила я.
– Потрясающая даже.

Ридли мягко рассмеялся:

– Ты тоже в неё влюблена?

– Нет. Я просто...

Просто что? Пытаюсь убедить себя в том, что рада за него? Я не смогла ни чего придумать, и это повисло в воздухе.

– Неужели ты не помнишь ее?
– спросил Ридли.
– Я имею в виду, вы девушки примерно одного возраста и вместе ходили в школу, а в городе не так уж много людей.

– Нет, конечно, я ее помню. Просто запамятовала имя, - соврала я.

– У тебя было много причин для волнения в последнее время.

Его тон из игривого перешел в задумчивый.

– Из-за этого ты здесь?

– Что?
– Я взглянула на него.

– Ты придумываешь, как собираешься отомстить Константину?

– Что-то вроде этого.
– Пробормотала я, чувствуя, что злюсь на себя, потому что это было не то, что я здесь делала.

Я должна была бы разрабатывать план мести, но вместо этого глупо и по- детски пыталась не думать о том, как красив Ридли этим вечером, его волосы закудрявились к концу дня, полностью победив гель. Не хотелось думать о его щеках, покрытых щетиной, которая заставляла меня желать дотронуться до его лица. С трудом сдерживала я мысль о том, что стоило ему только наклониться для поцелуя, и я могла бы ощутить его щетину своим лицом. Как же сильно хотела я, чтобы его сильная рука обняла мою талию, чтобы он шептал что-то на ухо мне, а не Юни.

– Ты лучше уж посвяти меня в свои планы, - сказал Ридли.

Я внимательно посмотрела на него, испугавшись на секунду, что он может читать мои мысли, но потом осознала, что он имел в виду мои планы на Константина.

– Зачем? Хочешь отговорить меня?
– спросила я.

– Нет, хочу помочь, - ответил он, повернувшись лицом ко мне, и, положив руку на перила, случайно задел мои пальцы. Ощущение холодного металла и его горячих пальцев пронзало меня насквозь.

– Я говорил серьезно. Это и меня тоже касается, я ведь знаю, что этот парень сделал тебе и твоей семье. И могу помочь тебе поймать его.

Я не могла видеть его глаза в темноте, но чувствовала в его взгляде эту необычную напряженность, теплоту, которую я стала замечать с недавних пор, и которая заставляла мое сердце забывать, что надо биться.

Я отвернулась от него будучи не в силах справиться с его взглядом, с тем, как он влиял на мои чувства, да даже с тем, что Ридли был так близко ко мне. Его пальцы, лежавшие на моих, уже охладились от железных перил, но жар внутри меня вовсе не исчез.

И внезапно я не смогла больше терпеть это. Мне не хотелось быть возле него и испытывать те чувства, которым я противилась.

Я отошла от перил, отдернув свою руку от его руки:

– Спасибо, но прямо сейчас в мои планы входит только помощь Линусу в подготовке, и выживание на завтрашней вечеринке в честь годовщины, - я двинулась к двери позади меня, - и это значит, что мне нужно хоть немного поспать.

– Отличное предложение, мне тоже пора ложиться спать, - ответил Ридли.

Я сделала шаг назад, все еще глядя на него, как будто боясь, что он нападет на меня, если я повернусь спиной. Ридли подвинулся ближе, в то время как я пыталась нащупать ручку двери. Балкон был не таким уж и большим, поэтому лишь шага хватило для того, чтобы он оказался передо мной, и вот сейчас он смотрит на меня сверху вниз. Его лицо освещалось светом, проходившим сквозь стеклянные двери, и было неописуемо прекрасным.

Аромат его одеколона гармонировал со свежим зимним воздухом вокруг нас, превратившись в нечто соблазнительно чистое и свежее, в моём воображении он был заключен в голубой флакон и носил название вроде «Аспен» или «Вечнозелёный». Его грудь почти что касалась меня, я замерла во второй раз, взволнованная и тем, что он возможно поцелует меня, и тем, что он навряд ли поцелует меня.

Затем он подошел еще ближе ко мне, а его рука коснулась моего бока, заставляя меня непреднамеренно дрожать.

– Давай я помогу тебе с дверью, - сказал Ридли с мимолетной улыбкой, открывая дверь. Однако глаза его остались серьёзными и все еще смотрели на меня.

– Спасибо, - пробормотала я, опуская голову, позволяя волосам закрыть мое лицо на случай внезапного румянца. Затем я проскользнула под его рукой и ринулась в дом.

– Если подождёшь минутку, то мы с Юни проводим тебя до дома, - предложил он, а я не могла придумать чего-то хуже, чем прогулка с его девушкой после настолько яркой фантазии о поцелуе с ним.

– Спасибо, но я и сама справлюсь, - ответила я через плечо, спешно минуя коридор и лестницу, чтобы он не смог меня догнать.

Как можно быстрее я отыскала Эмбер и, сославшись на боль в животе, извинилась и попыталась сбежать в ночь. В ту минуту, когда я достигла двери и думала, что совершила отличный побег, меня, с трудом натягивающую пальто, обнаружила Юни.

– Жаль, что ты плохо себя чувствуешь.

Юни казалась действительно сочувствующей, что только сильнее разозлило меня. Конечно же, она жалела меня, хотя я собиралась сбежать только из-за того, что мои чувства к её парню стали слишком очевидны для меня.

– Я буду в порядке, - ответила я, но когда она попыталась сказать что-то ещё, я просто повернулась и вышла на улицу. Наверное, она хотела предложить мне проводить меня до дома, когда я захлопнула дверь перед её носом.

Тотчас мне стало стыдно за мою грубость, ведь я не хотела так себя вести. Мне просто нужно было личное пространство, время без Ридли, овладевшего моими мыслями и эмоциями, чтобы я могла сфокусироваться на том, что было действительно важным.

Когда я достигла моего дома, я почти что бежала. Вместо того, чтобы подняться наверх в свою квартиру, я пошла в конюшню внизу. Много лошадей Тралла заржали в знак приветствия, когда я проходила мимо них, но у меня была конкретная цель, поэтому я дошла до последнего стойла, где «моя» лошадь Блум ожидала меня.

Он не был моим на самом деле, потому что все лошади принадлежали Королю и Королеве, но у нас были особенные отношения. Как только конь меня увидел, то вытянул длинную шею над калиткой и издал восхищенное фырканье. Он уткнулся мордой в мои волосы, когда я открыла дверь стойла.

Поглаживая его, я сказала:

– Рада тебя видеть, приятель.

Его мягкая серебристая шкура словно шелк ласкала мои пальцы. Я взяла уздечку со стены, и он радостно позволил мне надеть её на его голову.

Обычно я вычесывала и наглаживала его дольше, но сегодня слишком уж хотела выбраться отсюда поскорее. Мне было необходимо чувствовать дыхание ветра в волосах. Я вывела Блума из стойла, и он последовал за мной, громко стуча большими копытами.

Я не стала заморачиваться и седлать его, но поводья были необходимы. Длинная грива росла слишком мягкой и блестящей, чтобы должным образом ухватиться, а ещё Блум имел плохую привычку быстро срываться с места и останавливаться. Поэтому коня редко использовали для парадов или запрягали в кареты, несмотря на то, что он являлся одним из самых красивых скакунов Тралла, которых я когда-либо видела. Его тело, словно отлитое из серебра, под лучами солнца превращалось в платину. Грива, прикрывавшая голубые глаза, была такого же снежно- белого цвета, как и хвост.