Чтение онлайн

Он кивнул и поправил узкий галстук:

– Видимо так.

– Ридли, это - брат Эмбер, Финн, - сказала я, представляя их друг другу.
– Финн, это - ректор Ридли. И...
– я указала на Юни, потом симулировала провалы в памяти.

– К сожалению, забыла твое имя, - солгала я, и Тильда странно на меня посмотрела.

– Юни. Юни Скольд.
– на ее щеке появилась ямочка от улыбки.
– Я поступила в школу следопытов вместе с Брин и Тильдой, но вылетела, так что неудивительно, что они не помнят меня.

– Я уверен, что Брин не забыла тебя,- сказал Ридли, пытаясь поймать мой взгляд, но я ловко этого избегала.
– У нее просто была тяжелая неделя.

– Что ж, приятно познакомиться с вами,- сказал Финн, преодолевая нарастающее напряжение.

– Аналогично, - сказал Ридли.
– Так о чем вы говорили, когда я так грубо влез в разговор?

– Финн не понимает смысл Хёдрагена, - сказала Тильда с оттенком горечи. Ее руки были скрещены на груди, и она обернулась к Ридли, как будто ожидала, что ректор сможет ему объяснить.

Впрочем, Ридли не казался сильно беспокойным:

– Трилле используют следопытов для охраны короля и королевы, верно?

Финн кивнул:

– Правильно.

– Вау, ребят, у вас нет охраны?
– спросила Юни, по- настоящему шокированная. Ее карамельные глаза расширились, и она прижала руку к груди, так что браслеты звенели.
– Это так странно и немного страшно.

– Отчего же?
– спросил Финн.

– Программа обучения следопытов очень сложная, я уверена, вы понимаете это, - продолжила Юни.
– Вот почему я ушла. Это не для всех. Но Хёдрагены - это гораздо больше, чем следопыты. Они лучшие из лучших, обученные защищать нас от любых опасностей. Не могу представить, что чувствовала бы себя в безопасности без них в Дольдастаме .

– У вас самое большое племя, хотя вы расселились на территории лишь немногим больше, чем наша, - сказал Ридли, раскрывая точку зрения своей подруги.
– Фьоренинг вполовину меньше Дольдастама. Но у вас больше денег. У вас драгоценностей и самоцветов хоть жопой ешь.

Финн нахмурился из-за бестактности Ридли:

– Не думаю, что я использовал бы именно эти слова, но наше богатство хорошо известно.

– Так почему вы не охраняете его?
– спросил Ридли.

– Мы охраняем, - упорствовал Финн.
– У нас просто не хватает фантазии на дурацкое название или специальную программу для этого.

– Я не понимаю, в чем у тебя проблема с Хёдрагеном, - сказала Тильда, не в силах выносить его презрительное отношение к охране. Она знала, что это значило для нас с ее парнем, а Тильда становилась яростной защитницей, когда она чувствовала, что обижаю дорогих ей людей.

– Эмбер рассказывала о тебе. Я знаю, как важно для вас чувство долга.

– Так и есть, - согласился Финн.
– Я не против работы, которую вы все делаете, но мне кажется, что Хёдраген - это просто еще одна форма элитарности, просто другой класс в системе, которая всех разделяет.

Лицо Ридли окаменело:

– Может, мы и не воевали недавно, но мы уже предотвратили свою долю насилия. Виктор Далиг осуществил атаку на короля пятнадцать лет назад, в результате четверо мужчин погибли.

Его слова были мрачными, как и всякий раз, когда он упоминал нападение Виктора Далига:

– Если бы не эти люди — члены классовой системы, которая тебе непонятна, — Виктор мог бы преуспеть, и разрушил бы королевство.

Юни взяла Ридли под руку и прильнула к нему. Я закусила губу и отвернулась от них.

– Вы думаете, что следопыты не смогли бы остановить их так успешно, как члены Хёдрагена?
– Многозначительно спросил Финн.

– Я думаю, что ты понятия не имеешь, о чем говоришь, - рявкнул Ридли, заставив Юни вздрогнуть.
– Ты никогда не служил в Хёдрагене, и ты никогда не видел их в действии. Ты вырос в мире, где вас учили чтить и служить и никогда не думать самим, так что ты спрашиваешь о том, чего нет ни у тебя, ни у Трилле.

– Это не то, о чем...
– начал Финн, но Ридли его оборвал.

– Этот разговор принимает нехороший оборот, и ты кажешься очень достойным человеком. Поэтому, прежде чем я наговорю чего-нибудь, о чем пожалею, лучше пойду поздороваюсь с именинницей.- Он коротко кивнул.
– Прошу прощения.

Затем Ридли повернулся и пошел прочь.

– Было очень приятно с вами познакомиться.
–

Юни вежливо ему улыбнулась, затем повернулась и пошла за Ридли, ее длинные, темно- каштановые локоны закачались во время ходьбы.

– Что я такого сказал?
– с недоумением от жесткой реакции Ридли спросил Финн.
– Я не пытался оскорбить или обидеть.

– Отец Ридли был Хёдрагеном. Он один из тех четырех мужчин, которых убил Виктор Далиг, - пояснила Тильда.
– И погиб, спасая королевство.

Глава 11.

Безответность

Финн извинился за свои слова, которые могли показаться нам оскорбительными, и я осталась еще немного поболтать с ним и Тильдой, хотя они оба старались больше не поднимать тему охраны. В основном Финн рассказывал о доме, поскольку Тильда казалась удивительно заинтересованной тем, как совмещать семью и работу следопыта.

Но то, как Финну удавалось совмещать заботу о двух детях с его рабочей нагрузкой, не интересовало меня, и я была несколько рассеянна. Часто - и, скорее к сожалению, - мой пристальный взгляд падал на Ридли и Юни, которые, казалось, наслаждались обществом друг друга.

Когда бы я ни посмотрела на нее, она всегда, казалось, над чем-то смеялась. Должно быть, она была одной из самых неунывающих людей, которых я когда-либо встречала, и это было частично причиной того, почему она не была приспособлена к работе следопыта. Не потому, что она была недостаточно жесткой, скорее, она была слишком дружелюбной, слишком доброй для работы, которая требует отсутствия эмоций.

Когда Ридли обнял ее за талию, она прижалась к нему, тепло смеясь; ее темные ресницы выгодно выделялись на бронзовой коже. Волосы рассыпались по спине длинными темными волнами, и платье красиво подчеркивало изгибы ее бедер и груди.

Она, казалось, почти светилась от счастья благодаря способностям Канина, и это тоже было одной из причин, почему Юни покинула школу следопытов. Для большинства Канинов, которые имели способность изменять цвет кожи, она проявлялась только когда они в ярости, подстраиваясь под окружающую обстановку, но девушка сияла от счастья и темнела, когда была расстроена. Несмотря на максимальные усилия, она не могла взять способность под контроль, и это превратилось в проблему.