Чтение онлайн

– Я был у нее, - признался он.
– Она тебе не очень нравиться, верно?

– Нет, конечно, она мне нравится, - сказала я, наверное, слишком быстро и восторженно, но это было лучше, чем говорить о своих настоящих чувствах.
– Она фантастическая и, вероятно, лучшая из всех живущих. Что тут может не нравиться?

– Ты говоришь так, словно тебя это раздражает.

– Я не это имела в виду. Нет.
– Я посмотрела на него, изобразив самую веселую улыбку, какую только смогла.
– Она замечательная. Я счастлива за тебя. За вас обоих.

– Спасибо, - его слова прозвучали так же неуверенно, как и мои.

– Просто...
– Комок стал в горле, плотный и удушливый, но я продолжила говорить сквозь него, задавая вопрос, который, знала, не должна была задавать. Как только слова вылетели из моего рта, мое сердце мучительно сжалось, и я пожалела, что не промолчала.
– Почему она?

– Почему она, что?
– спросил Ридли.

– Ты встречал многих девушек в своей жизни, и когда я говорю "встречал", я использую это слово в самом свободном смысле.
– Слова продолжали выскакивать, пока я изо всех сил пыталась объяснить, что именно хотела сказать.
– Поскольку ты знал многих девушек и не однажды, получается, что Юни совершенна.
– Я остановилась, вспомнив, что она на самом деле была удивительна.
– Я имею в виду, что она безупречна. Но...
– Я замолчала.
– Я не знаю. Я даже не знаю, что спрашиваю.

Он сразу не ответил, что еще больше меня раздражало. В животе все сжалось, сердце колотилось так быстро, что я почувствовала слабость. Зачем я вообще это говорила? Почему я не могу просто забыть о чувствах, которые испытываю к Ридли? Почему было так трудно не желать того, что, я знала, никогда не получу?

– Все изменилось, - наконец, сказал он.
– Я становлюсь старше, и бег по кругу уже не так привлекателен. Я понял, что больше так не хочу. Я не хочу быть тем парнем, мне надоело жить, словно я беззаботный ребенок. Я думаю о будущем, я ответственный, и хочу быть с одной девушкой.

– В этом есть смысл, - сказала я, хотя не была уверена, был ли он. Я просто хотела закончить этот разговор и движение к чему-то страшному и болезненному.

– Получится ли? Я надеюсь, получится. Иногда я просто несу чушь.

– Я давно подозревала это.
– Я попыталась сохранить легкость тона, обернуть все в шутку, но не была уверена, что получилось.

Больше мы ничего не говорили и, наконец, дошли до развилки. Маленький магазин сладостей в форме треугольника делил дорогу на две - одна вела на запад, где жил Ридли среди особняков, а другая - на восток, где жила я на своем чердаке над гаражом.

– Вот мы и пришли.
– Я остановилась и повернулась к нему лицом, потому что казалось грубым просто уйти, хоть мне этого и очень хотелось.

Ридли оглянулся вокруг, словно ожидал увидеть что-то захватывающее:

– Где мы?

– Точка, где мы должны разойтись.
– Я показала на две дороги.

– Почему здесь? Почему бы не продолжить идти по этой дороге?
– Он ткнул большим пальцем себе за спину на дорогу, которая вела к его дому.

– Здесь дорога расходится, и я пойду по своей.

– Тогда я пойду по этой, - предложил он и показал на мою дорогу.

Я покачала головой:

– Иди своей дорогой.

– Может я не против пойти не по своей дороге. Может мне нравится ходить в обход.
– Он улыбался, но глаза его были серьезны.
– Разве плохо, что мне хотелось бы провести еще несколько минут с тобой?

– Это не плохо. Просто...
– Я остановилась, увидев разноцветные блики на его лице, и подняла глаза в ночное небо к северному сиянию, мерцающему над нами.
– Посмотри.

Переход от ярко-синего к ярко фиолетовому осветил небосвод в форме дуги. Звезды мерцали, как алмазы цвета индиго, словно мерцающие оттенки вымыли ночное небо сочными волнами.

– Ух ты, - прошептал он.

– Это удивительно.
– Я смотрела с благоговением на яркие цвета, танцующие в ясном ночном небе.
– Независимо от того, сколько раз я видела северное сияние, я все еще ошеломлена его красотой.

– Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, - сказал Ридли. В его голосе было что-то такое глубокое и значащее, что заставило меня повернуться к нему, он уже смотрел на меня.

– Что?
– спросила я, смущенная мрачным выражением его лица.

– Раньше, в разговоре, ты спросила, почему она?
– Северное сияние над нами отражалось на его лице, а его темные глаза были полны тепла.
– Или ты спрашивала, почему не ты?

– Нет. Нет.
– Я избегала его взгляда и провела рукой по волосам.
– Я бы никогда. Нет.
– Я с трудом сглотнула.
– Я знаю, почему не я.

– Почему не ты?
– повторил он.

– Потому что это не правильно.
– Я, наконец, встретилась с ним взглядом и попыталась улыбнуться, стараясь задавить растущую боль в груди.
– Есть миллион причин, почему не я, и ты знаешь их все. И ты не... В любом случае, ты даже не хочешь.

Он недоверчиво улыбнулся:

– Я хотел поцеловать тебя с первого дня нашей встречи. Но я знал, ты никогда не позволишь мне этого.

– Как ты мог знать, если никогда даже не пробовал?
– спросила я, слишком взволнованная, чтобы дышать, и испуганная тем, что могло последовать за этим.

Мгновенье он смотрел на меня, а я желала, что бы эти слова никогда не звучали. Я жалела, что не ушла от родителей пятью минутами раньше, чтобы даже не встретить его этим вечером, и мне не пришлось бы играть в эту глупую игру, притворяясь, что мы нравимся друг другу, или что когда-нибудь мы даже могли бы быть вместе. Потому что я знала, что это невозможно, и он знал об этом, так что было бы лучше, если бы он просто ушел. Пусть он просто развернется и оставит меня одну, но мое сердце бешено колотилось в груди и умоляло о поцелуе.

И как раз в тот момент, когда я подумала, что он не решится, а сама собиралась поспешно ретироваться с позором, он наклонился ко мне. Его холодные губы жадно прижимаются к моим. Его пальцы запутываются в моих волосах, притягивая меня к нему. Его щетина царапает мои губы и щеки, но я не возражаю, мне нравится это. Мне нравится в нем все, что ощущается таким реальным, касается меня, держит меня.

Я обвиваю его шею и зарываюсь руками в его волосы. Они длиннее и гуще, чем я думала, и я чувствую, как завитки на его затылке обвивают мои пальцы.

Он силен, гораздо сильнее, чем я думала, а его рука так крепко сжимает мою талию, что я едва могу дышать. Но мне все равно. Я не хочу дышать. Я просто хочу целовать его вечно, ощущать его вкус на своих губах, чувствовать его рядом.

Затем он отстраняется, задыхаясь, но остается лицом очень близко к моему.

И когда мои легкие наполняет воздух, я вдруг овладеваю собой и понимаю, насколько неправильно все это было. Я отпускаю его и отступаю, несмотря на то, что это меня убивает.