Чтение онлайн

— Я боюсь, Ойра, я так боюсь оставлять тебя хоть на минуту, — бормотала она ему в плечо, обжигая дыханием. — Мне кажется, что они найдут способ и что-нибудь с тобой сделают, — они ведь так этого хотят! И я не смогу — у меня опять не получится! — тебя защитить, как не получилось с Беанной! Я…

Ее уязвимость привела Лила в себя.

— Я смогу, — с невероятной нежностью проговорил он. — Ты больше не одна, Ариана, и поверь мне, пожалуйста, я не дам тебя в обиду. А слово дракона — сама знаешь — непоколебимо.

Но она качнула головой и в полумраке нашла его взгляд.

— Ты не понимаешь… — начала было она, но Лил взял ее за голову, отринув все свои страхи: разве можно бояться, когда ей так страшно? — и постарался говорить как можно убедительнее:

— Ты не понимаешь, Ариана! Ты сказала, что я тебе нужен, и теперь со мной ничего не может случиться. Не мучай себя из-за меня, пожалуйста. Иначе я начну жалеть, что тебе удалось меня спасти.

Ариана шмыгнула носом, но почему-то не освободилась.

— Только ты мог сказать подобную глупость, — с напускной сердитостью проговорила она. Лил усмехнулся и опустил руки.

— Надеюсь, — пробормотал он.

Ариана вздохнула. Сделала шаг назад и укрылась в своем коконе.

— Извини меня за слабость, — сдержанно проговорила она. — Доброй ночи! — и вышла из сарая. А Лил долго еще смотрел на закрывшуюся дверь и не мог успокоить колотившееся совсем не по-драконьему сердце.

Лил проснулся с ощущением необыкновенной светлой радости — такой, какой не испытывал с детства. Впервые за несколько недель он по-настоящему выспался, да еще и на почти настоящей кровати. Ночные завывания ветра нисколько не беспокоили его, как не беспокоили и угрозы Тилы: после пятидневного ожидания мучительной смерти эти вещи казались совершенно не заслуживающими внимания.

Лил с удовольствием потянулся и неожиданно понял, что перевязанная спина почти не болит. Нет, он помнил, конечно, что раны имеют свойство затягиваться на нем гораздо быстрее, чем на людях, но даже с учетом этого выздоровление казалось чересчур скорым. Видимо, Ариана не пожалела вчера для него какой-то чудодейственной мази. Впрочем, в ее доброте он никогда не сомневался.

Подушка и одеяло пахли ее руками, и всю ночь Лилу казалось, что Ариана обнимает его, как обняла вчера, забывшись от страха и усталости. Он слишком хорошо понимал, что никаких отношений между человеком и драконом быть не может, — вызубрил правила, составленные жизнью. Да только усмирить собственное тело оказалось совсем не просто. Тем более когда новые, неведомые ранее ощущения были такими острыми, такими яркими, что так и тянуло совершить какое-нибудь безумство. Давно ли он стоял, связанный, на эшафоте и ждал, когда особо меткий стрелок оборвет его мучения? А сейчас уже грезит об Ариане, в сотый раз вспоминая ее вчерашнюю нежность и почти не веря, что это происходит с ним.

Чтобы хоть как-то вернуть себя на грешную землю, Лил вышел из сарая и с удивлением обнаружил, что ночью выпал снег. Да не просто припорошил участок, а лег толстым слоем, засыпав двор по щиколотку и при этом игриво поблескивая в лучах восходящего солнца.

Лил поежился: в одной рубахе было довольно прохладно, но зайти в дом, где царила совершеннейшая тишина, он не решился. Что бы там Ариана ни говорила про него сестре, сам он чувствовал себя даже не гостем, а попрошайкой, пригретым по доброте душевной хозяйками, которым теперь должен отплатить той же монетой.

Вспомнив, что в сарае хранили разный инструмент, Лил разыскал там лопату и принялся чистить дорожки, стараясь не слишком шуметь. Потом натаскал из колодца воды, наполнив кадку доверху, и только после этого рискнул осторожно постучать в двери дома. Через пару минут на пороге появилась Беанна.

— Тебя-то мне и надо, — не здороваясь, заявила она и пропустила Лила в гостиную. Там, склонив голову на стол, в самом неудобном положении перед окном крепко спала Ариана. Рядом с ней на лавке лежала недошитая рубашка. — Ну, и что это такое? — поинтересовалась Беанна. Лил, ничего не понимая, пожал плечами. Беанна хмыкнула. — Тогда я тебе скажу. Эта дуреха всю ночь караулила дверь в сарай, чтобы никакие злые вороги не вздумали тебя побеспокоить, — ехидно объяснила она. — А теперь вот отсыпается, хотя самое время заняться хозяйством. Да разве ее теперь добудишься?

Лил слушал Беанну вполуха, глядя на ее сестру с такой нежностью, что Беанна даже позавидовала. Да если бы хоть какой-то мужчина так смотрел на нее, словно жизнь был готов отдать за одну улыбку, она бы, наверное, тоже бросилась за ним и в огонь, и в воду. Но будущие воины видели в Беанне только дочь Хедина, которой можно похвастаться перед такими же дуболомами, как они, но совершенно не замечали девушку, которой так хотелось настоящей, непоказной любви. И как это Риане — невзрачной, нелюдимой Риане — удалось ее найти? И за какие такие достоинства этот дракон выделил ее и… кажется, влюбился?..

— Я сделаю все, что нужно, — негромко, в отличие от Беанны, проговорил Лил, чтобы не разбудить подругу. — Только можно… я перенесу ее на кровать? Ей здесь совсем неудобно…

Беанна открыла было рот, чтобы возмутиться, но потом только фыркнула и махнула рукой, соглашаясь. Лил очень осторожно, стараясь даже дыханием не потревожить Ариану, взял ее на руки. Ее головка прижалась к его груди, и Ариана прошептала что-то неразборчивое, а потом улыбнулась. У Лила занялось сердце: ее личико преобразилось, словно наполнившись светом, и ему хотелось смотреть на него, не отрываясь, представляя, что именно из-за него…

— Энда вас побери! — пробормотала Беанна, и Лил опомнился. Быстро уложил спящую Ариану в постель и, уже уходя, всего на секунду сжал ее пальчики. Они были длинные, тонкие и казались такими хрупкими, что невозможно было представить, как Ариана занимается тяжелым физическим трудом. Как хорошо, что теперь Лил может снять с нее хотя бы часть забот.

Выходя из комнаты, он напоролся на обвинительный взор Беанны.

— Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что она не должна об этом знать? — напрямую спросила она. Лил не стал делать вид, что не понимает, о чем речь.

— Не нужно, — спокойно ответил он. — Я дракон уже двадцать лет. И вряд ли в ближайшее время что-нибудь изменится.

— Отлично, — удовлетворенно заявила Беанна. — Теперь можно и делами заняться. Только сначала переодень рубаху — эта выходная.

Лил послушно стянул с себя праздничную рубаху Хедина, но надеть рабочую одежду не успел. Беанна, закатив глаза при виде бинтов, усталым голосом усадила его на лавку и принялась их разматывать, не переставая причитать по поводу свалившегося на нее несчастья в виде беспомощного инвалида. Впрочем, делала она это так, что Лилу почему-то совершенно не было обидно, а только забавно, и он старательно давил в себе смех, пока Беанна справлялась со своей задачей.