Чтение онлайн

— Я — жрец Малина, — ответил я. — Меня зовут Энжел, Энжел Сувари, и ко мне стоит обращаться на «вы». Мне мой вопрос в третий раз повторить?

Гномы тут же немного расслабились, и, кажется, даже обрадовались. Оно и понятно: гномы не столько суеверны, сколько именно религиозны, и в их среде малинопоклонников очень много. Вот уж кто не считает Шефа источником всех проблем, так это они. Наоборот, поскольку гномы не только в недрах колупаться мастера, но еще и попутешествовать, и поторговать не дураки, то Шефа они чтят едва ли не выше остальных богов. Разве что Левшу и Недоперепила уважают не меньше.

— Жрец? — переспросил гном. — Очень вовремя. Ваше преосвященство, мое имя — Прост Зубилодобыча, я тутошний бригадир. Мы здесь собрались, чтобы проводить в последний путь рыцаря Нурана, сэра Соню. Не откажите в любезности, проведите погребальную церемонию честь по чести. Мы уже почти закончили с ней прощаться, но коли вы прибыли, еще раз можем все повторить.

— Только недолго чтоб, — подал реплику один из стоявших за спиной бригадира гномов. — Поминальный ужин остывает, эль открыт и по чашам розлит. А, между прочим, каждую секунду испаряется сорок молекулярных слоев!

Остальная компания поддержала его кивками и одобрительным ворчанием. Я, между тем, подошел к Сонечке и попытался нащупать пульс у нее на шее. Ее кожа была холодной, но вполне упругой. Так, вот и артерия… теперь ждем.

— А это что вы делаете? — поинтересовался бригадир.

— Проверяю кое-что, — ответил я. — Как это случилось?

Я почти не сомневался, что устраивать погребальный костер для Сонечки еще рано. Скорее всего, она просто опять выложилась больше своей меры и теперь спит так глубоко, что ее разум полностью отсутствует в нашем мире, а тело мало отличается от тела мертвого человека. Такое случалось раньше. Вероятно, это случилось и теперь. Немного терпения и я буду знать это точно.

— Да, видите ли, ваше преосвященство, у нас тут, под горой, в шахте чудище завелось… — начал гном.

— Что за чудище? Железный змий? — спросил я.

Сонечка — не человек. Сонечка — химера, которую когда-то давно отец подобрал в логове одного сумасшедшего алхимика. Тот хотел сделать из нее бездушного убийцу, свое орудие, проводника собственной воли. Приди отец на год, на полгода позже, возможно так бы и получилось, но тут ей повезло. Алхимик, прежде чем погибнуть, попытался натравить Сонечку на отца, но та оказалась еще не до конца законченной и просто не справилась с заданием. Отец же не стал ее убивать, а взял с собой в Храм Героев, где поместил ее в отдельную келью и стал заботиться о ней как о собственной дочери. Сонечка оказалась химерой очень интересной, если смотреть на нее с точки зрения алхимической науки. Ее создатель, гонясь за универсальностью своего детища, сделал ставку на полиморфизм и многообразие форм, считая, видимо, что чем больше образцов ДНК в химере будет, тем лучше она сможет приспосабливаться под конкретные условия. В чем-то он был прав, но проблема заключалась в том, что он с многообразием перестарался. Сонечке до сих пор очень непросто контролировать свою форму, которая может спонтанно поменяться под воздействием каких-то внешних угроз или просто по ее настроению. Вторая сторона этой проблемы заключается в том, что смена формы — процедура энергозатратная. Ей приходится быть очень аккуратной и постоянно держать себя под неусыпным контролем, иначе она очень быстро погибнет от истощения. И вот тут ей когда-то очень сильно помог отец. Он не только научил ее себя контролировать, он воспитал ее, сделал из нее человека, вложил в ее голову понятия о добре и зле. Это благодаря ему она выбрала путь рыцаря Нурана. Теперь она — Истребитель, один из лучших охотников на демонов и чудовищ. И видит цель своей жизни в том, чтобы защищать людей. Кроме того, посвятив себя Нурану, Сонечка отчасти решила и проблему со своим питанием — теперь ее поддерживает и Его сила.

— Ага, — слегка удивился гном, — он самый. Он, наверное, тут давно таился. Просто мы раньше так глубоко не зарывались, чтобы на него наткнуться. А как дорылись до него — хоть шахту закрывай. То подпорки поломает, то танкетки опрокинет, а то вот на нас кидаться начал. Ворча вон чуть до смерти не замял, хвостом по голове огрел, хорошо хоть тот в каске был. Мы, после того, в штольню даже в доспехах спускаться стали, а то ведь не ровен час, и до большой беды не далеко. Только что это за работа, если вместо того, чтобы думать, как половчее киркой ударить, прислушиваешься, не ползает ли где рядом Змий? Вот мы и решили специалиста позвать. Ну а кто лучший специалист, если не жрец Нурана?

Вы хотите спросить меня, о какой силе я веду речь, если в богов, в том числе и в Нурана, я не слишком верю? Но дело не в том, верю я в него или нет, дело все в том, что в Нурана верят множество других людей. Верят, что если случится беда, то придет Он сам или, что скорее, пошлет своего паладина, и тот принесет справедливость, восстановит мир, защитит. Верит в это и Сонечка. Но веря в Нурана, она верит и в себя. В то, что Его сила помогает ей. И, соответственно, в это же верят и все вокруг. А я уже говорил, что вера — штука вполне материальная.

— Ну, стало быть, написали письмо в Ицкарон, чтобы нам помощь прислали, — продолжал гном. — Вот сэр Соня и приехала. Мы-то, конечно, сначала засомневались, что она справится. Девка же, хоть и Истребитель. А у чудища — плоть стальная, нервы стальные, хватка стальная. Когти, опять же. А она ничего так оказалась. Истребителем, хоть и девкой. Выспросила у нас, где Змия последний раз видели, сказала в шахту за ней не ходить, да и полезла в штольню-то. И что вы думаете, ваше преосвященство?

— Справилась.

— Ага. Часа через четыре вылезла из шахты. Сама помятая, левая рука сломана, на бедре рана здоровенная, но сама — как есть живая. И голову Змия приволокла. Вон она, кстати, в ногах у нее лежит, полюбуйтесь! Мы-то обрадовались, ясен самородок. Сэра Соню перевязали, да пир готовить стали, чтобы отпраздновать-то. А она возьми и помри. Я вот так думаю: Змий ей что-то внутри в организме повредил все-таки.

— А я вот думаю, что это она яблоками отравилась, — подал голос один из гномов. Среди своих товарищей он выделялся очками на носу и длинной белой бородой.

— Вечно ты, Дуг, всякую ахинею несешь, — фыркнул бригадир. — Вот вы, ваше преосвященство, человек умный. Вот вы скажите, как можно яблоками отравиться, если их все грызли, и никто от них даже не почесался?

— Да очень даже просто! — не сдавался седобородый. — Там в косточках — синильная кислота, чтоб ты знал. Это ж яд!

— Ой, да сколько его там? — отмахнулся бригадир. — Не слушайте вы его, ваше преосвященство. Это — Дуг Кобальтбалка, мой кузен, он у нас так-то мужик умный, но как иногда что скажет, так хоть скважину бросай и новую бури.

— Ну, сколько не есть, а все же есть, — настаивал Дуг Кобальтбалка. — Ежели бочонок яблок сразу, в один присест умять, то чего удивительного, что она траванулась? Она, видите ли, ваше священство, попросила перекусить что-нибудь, пока пир не готов. Ну, мы ей то одно принесем, то другое. А она — даром что маленькая, а ела столько, сколько и горному троллю не снилось! Куда только в нее это лезло? Нам-то не жалко, не подумайте. Кто его знает, может у нее организм растущий. Но подносить ей харчи на блюдах мы все-таки приустали. Тогда Дроп ее в кладовую с фруктами и отвел. Кто ж знал, что такая беда получится?

Случается, что Сонечка, слишком надеясь на себя, в бою тратит сил больше, чем может себе позволить. В этом случае после боя она попросту старается съесть как можно больше и впадает в спячку до тех пор, пока не восстановит потраченные силы. Не могу определенно сказать, как ей это удается. Может быть, ее создатель встроил в нее некий механизм пассивного поглощения энергии из окружающей среды, может быть дело как раз в том, что ее напитывает сила Нурана, ну и, конечно, плотная трапеза играет тут определенную роль. Спустя какое-то время Сонечка восстанавливается, просыпается и возвращается домой. Проблема лишь в том, что пока она спит, она беззащитнее ребенка. Не знаю, быть может, если она почувствует, что ей грозит реальная опасность, она проснется, и тогда мало не покажется никому, но я потому сюда и торопился, что не хочу проверять эту догадку на практике. А вы сможете спокойно заниматься своими делами, зная, что человек, которого вы любите, попал в подобную ситуацию? Я вот лично спать спокойно не смогу, зная, что моя маленькая, моя хрупкая Сонечка лежит невесть где, свернувшись калачиком, и не может даже пошевелиться. А ведь, между прочим, еще только март на дворе, холодно. Кто даст гарантию, что она не в какой-нибудь канаве окажется? Так что дела подождут. Дел много, а Сонечка — одна.