Чтение онлайн

— Каравелл-паша уже распорядился высечь вахтенных, но, право слово, они не слишком виноваты. Судя по всему, пираты подкрались к нам, воспользовавшись каким-то укрывающим заклинанием. Я и Али вкушали ночной сон, кто бы смог их заметить?

— А отчего мы не отстреливаемся, ведь у нас тоже есть пушка? — спросила я.

— Пушка есть, но наша паровая машина может либо нагнетать для нее давление, либо крутить гребной барабан. Капитан сделал выбор в пользу барабана — нам жизненно важно, чтобы пираты не смогли сократить дистанцию какое-то время. Только не подумайте, что он надеется на то, что пираты устанут и сами прекратят преследование. Если вы подождете минуту-другую, то услышите, а может быть и увидите…

В этот момент где-то рядом с одним из пиратских кораблей громыхнуло, и я, чуть свесившись за борт, увидела яркий огонь, охвативший одного из наших преследователей.

— Немного магии, гномье масло и небольшое количество тайного алхимического состава, — оскалился Омар, — и вот одним преследователем меньше. Каково?

— Так это бочки с «жарандийским огнем [35] »? — догадалась я.

— Конечно.

— А ваш свиток — это управляющее заклинание, которое заставляет их плыть к пиратским кораблям и поджигать их?

— Али недаром восхищается умом и сообразительностью кахины. — Улыбка Омара Ол-Фариза стала еще шире. — Как видите, миледи, все идет не так уж и плохо. Впрочем, не думаю, что они попадутся на этот фокус во второй раз, иначе их маги попросту даром едят свой хлеб.

В этот момент очередное ядро с жутким свистом врезалось в нашу заднюю мачту, разбив ее в щепки на высоте двух человеческих ростов, и, срикошетив, улетело за левый борт, чудом разминувшись с головой одного из матросов. Мачта стала заваливаться вправо, и прежде чем я успела что-либо сообразить, упала за борт, унеся с собой парус и двух матросов, до попадания находившихся на ее верхней рее. «Туфлю Кирмиса» качнуло сначала влево, затем — вправо, а после — снова влево; хорошо было слышно, как ругается на рулевого каравелл-паша, требуя, чтобы тот заставил корабль выровнять ход.

— А вот это — неприятный сюрприз, — сказал маг, утратив вмиг свою веселость, — очень неприятный. Идемте на мостик, миледи, думаю, там будет удобнее нам обоим.

«Туфля Кирмиса», потеряв вместе с мачтой добрую треть парусного вооружения, потеряла вместе с ним едва ли не половину своего хода. Всюду слышались крики отчаянья и проклятия — матросы, в целом довольно дисциплинированные и молчаливые, в этот раз не стали сдерживать свои эмоции. Боцман, оставив в покое свою дудку, во всю глотку орал на них, руганью и угрозами призывая к порядку и спокойствию. Впрочем, надо отдать команде «Туфли Кирмиса» должное — к моменту, когда мы с магом и его учеником достигли капитанского мостика, паника поутихла, матросы уже расчищали от щепок и обломков мачты палубу и чинили бортовые ограждения, сильно пострадавшее при падении мачты за борт.

Капитанский мостик на «Туфле Кирмиса», как и на всяком жарандийским судне, располагался в кормовой части, шагах в шести за сломанной мачтой. Он представлял собой нечто, похожее на открытую садовую беседку, построенную на крыше каравелл-дивана [36] . Стен у этой беседки не было, зато была двухскатная жестяная крыша, укрывающая рулевого от дождя и палящего солнца. Кроме штурвала и стойки с компасом, тут стоял узкий длинный стол с двумя деревянными лавками без спинок. На одной из этих лавок мы и обнаружили каравелл-пашу — долговязого худощавого мужчину, лет сорока, с редкой козлиной бородкой и пышными торчащими в разные стороны усами. Сейчас он был занят тем, что вглядывался туда, откуда били огни прожекторов и курил длинную — почти в локоть — трубку с мундштуком. По выражению его лица, вполне безмятежному, и представить было нельзя, что это он две минуты назад кричал во весь голос на рулевого. Рулевой, конечно же, тоже был тут, у штурвала, и спокойствием своим мог бы поспорить со спокойствием каравелл-паши. Когда вспыхнула и взорвались бочка с «жарандийским огнем» из последней партии, он даже не повернул головы, чтобы проверить, уменьшилось ли количество преследователей еще на один корабль или нет.

— Мимо, — констатировал капитан спокойно. — Жаль. Их маги, видимо, все-таки чего-то стоят.

— Мы предвидели это, каравелл-паша, — заметил маг.

Капитан обернулся на голос, его маленькие темные глазки скользнули по мне, чуть задержавшись на Месяце, торчавшим у меня из-за плеча.

— Доброй ночи. Кахина пришла поучаствовать в морском сражении? Боюсь разочаровать ее, но я надеюсь, что нам удастся избежать битвы.

— Я бы тоже предпочла ее избежать, — уверила я капитана. — Но они, кажется, нас догоняют?

— Увы, после потери бизани, не нам тягаться в скорости с ними, — сказал капитан и крикнул, обращаясь к матросам, что возились возле кормовой пушки, один из которых только что подал какой-то знак капитану: — Стреляй!

Тут только я сообразила, что уже несколько минут не слышу, как гребной барабан молотит своими широкими лапами по воде — видимо капитан отдал приказ переключить паровую машину на нагнетание давления для пневматической пушки.

Матрос, услышав команду, дернул за рычаг, и пушка с негромким свистящим звуком выплюнула в сторону преследователей тяжелый чугунный снаряд. Кажется, он достиг цели, потому что один из прожекторов, светящий на нас, потух, но, по тому, как покачал головой элиах-хуриз, я поняла, что особого ущерба пиратскому кораблю этот выстрел не нанес.

— Отчего ты не хочешь поразить эти грешные корабли молнией о семи зубцов, Омар? — спросил каравелл-паша, поднимаясь на ноги. — Неужели в твоем арсенале не найдется подходящего заклинания? Нашей многоуважаемой гостье наверняка бы по вкусу пришелся такой фейерверк.

— А отчего вы не прикажете вашей паровой машине толкать корабль втрое сильнее? — ответил маг с достоинством. — Впрочем, молнии будут, мой паша, и уже скоро. Я думаю, нам пора убирать паруса.

— Убирать паруса? — удивилась я. — Вы все-таки решились вступить в битву с ними? Но отчего тогда никто не вооружается? Нас настигнут через четверть часа, не позже.

Капитан рассмеялся, перегнулся через бортик мостика и что-то сказал боцману. Тот засвистел в свою дудку, и часть матросов тут же полезла на мачты — снимать паруса, а другая часть вдруг затеяла большую уборку, пряча с палубы все, что можно — ящики, бочки, ведра, куски парусины. Люки и иллюминаторы задраивались, двери закрывались, вдоль бортов растягивались крупноячеистые сети. Смысл этих действий был для меня совершенно непонятен, мне казалось, что сейчас из трюмов должны были доставаться арбалеты, дротики, сабли и прочее оружие, а меж тем никто и не собирался этим заниматься.

— Они настигнут нас раньше, — ответил капитан. — Но не поймают, вот в чем дело. Ведь так, Омар?

— Каравелл-паша может на это рассчитывать, — ответил маг. — Чувствуете? Уже посвежело. Сейчас начнется.

Ветер в последние несколько минут стал заметно холоднее и очень усилился, море разволновалось.

— Вы тащите нас в шторм? — догадалась я.

— Конечно, — подтвердил маг. — Каравелла много устойчивее пиратских бригов на неспокойном море. Когда начнется шторм, им совершенно не до нас станет. Конечно, нас хорошенько потрясет и покачает, но…

В этот момент едва ли не над нашими головами просвистело очередное пиратское ядро. Никого не задев, оно пролетело вдоль всего корабля и упало в море где-то перед самым его носом. В ответ снова выстрелила наша пушка — в последний раз, перед тем как пушкарь зафиксировал ствол чтобы его не болтало во время бури, — но результата ее выстрела я не разглядела. Зато зажегся потушенный ранее прожектор. Впрочем, это особого значения уже не имело — пиратские бриги почти догнали нас. Я хорошо видела их темные корпуса и белеющие полотнища парусов, но погода успела испортиться до такой степени, что даже удерживать нас в лучах своих прожекторов у пиратов уже не получалось.