Чтение онлайн

— Понятно, — сказал я. — И вы решили ее сжечь.

— Ну а что с ней делать? — ответил бригадир. — Она вроде как не дышит совсем, сердце не бьется, хотя тело не портится и не застывает. Мы дюжину дней подождали — не проснулась. Вот и… Что вы делаете?

Я как раз дождался слабого сердечного сокращения. Одного-единственного за все то время, что я стоял и держал пальцы на ее сонной артерии. Мне лично этого было достаточно, так что я поднял Сонечку на руки, сняв с погребального ложа.

— А то и делаю, что вас спасаю, — ответил я. — Сжечь жреца Нурана живьем — это же додуматься надо! Вам бы после такого Железный Змий невинным ужом показался. А ну-ка быстро приготовьте ей комнату, да чтобы там тепло было и кровать с чистыми простынями!

По знаку бригадира два гнома помладше видом тут же бросились в сторону барака, стоявшего несколько в стороне и примыкающего к скальной стене. Как это часто бывало, гномы, перед тем, как освоить новое месторождение, селились на поверхности, строя временное жилье, а уже потом, при постепенном углублении шахты, переоборудовали ее верхние этажи под жилые покои.

— Ну во-о-от, — протянул тот гном, что говорил про сорок молекулярных слоев. — Это что же? Ужин ведь готов, эль открыт, по чашам розлит… Куда ж это все теперь? Это ж теперь все выпить и съесть придется!

— А раньше бы не пришлось? — спросил я.

— И раньше бы пришлось. Но тогда повод был. Мы ж не алкаши какие, чтоб без повода пировать-то. Без повода нельзя, никак нельзя…

Его товарищи обеспокоенно закачали головами. Гномы к этому вопросу очень основательно подходят. Несмотря на репутацию выпивох и обжор, для хорошего пира им действительно нужна причина. Да что там для пира, просто для того, чтобы кружку эля выпить — им и то повод требуется.

— А то, что нас посланник Малина от верной смерти спас — это тебе что? Пустая порода? — нашелся Дуг Кобальтбалка.

Другое дело, что если нужен повод, гномы его всегда найдут.

На пиру я засиживаться не собирался, но совсем отказываться от этого мероприятия тоже не стал. Сразу по двум причинам. Во-первых, как не крути, я оказался виновником торжества, и отказываться от приглашения было бы неверно с точки зрения банальной вежливости. Во-вторых, хоть я и предпочитаю не есть на ночь, за день я все-таки порядком проголодался. Конечно, у меня были с собой бутерброды, вот только из-за беспокойства за Сонечку, у меня кусок в горло не лез. Теперь же, убедившись, что с ней ничего страшного не случилось, что она лежит в тепле в мягкой чистой постели, что ей вполне удобно и безопасно, я мог немного и расслабиться. Самую малость. Впрочем, я планировал не просто поужинать и выпить хорошего эля, варить который гномы большие мастера, но и кое о чем договориться. Что я собственно и сделал.

— Да, фургон есть, — подтвердил бригадир, подливая мне в чашу темного хмельного напитка, — даже два. Конечно, нужны, мы на них по хозяйству ездим в город. Одолжить Храму Героев? С возвратом? Да нет, не жалко. Просто думаю, как мы без них. Что? Если чудище опять какое объявится? Что делать будем? Хм. Да, согласен, в фургоне ей удобнее будет. Конечно, это очень важно, да. Сено? Да, найдем. Хорошо, сделаем в лучшем виде. Прямо с утра, ага. Ваше здоровье, фрух [24] Энжел!

От отца мне досталось не так много. Крис на него больше походит, чем я. И внешне, и внутренне. Я же сэра Джая Сувари эр Нурани мало чем напоминаю. Волос у меня скорее светлый, чем русый, а отец был русым, пока не поседел, глаза у меня серые, плечи — сильно уже, фигура не такая коренастая, да и ростом я ему по плечо, не говоря уже про то, что столько мышечной массы мне никогда не набрать. Лицом я, конечно, немного похож, но мне кажется, что тут я больше в маму. Я далеко не столь вынослив, как сэр Джай, тем паче — не столь быстр, у меня нет такого тонкого слуха, столь чувствительного носа и столь острых глаз. Бочку эля, в отличие от отца, я без последствий не выпью, но и от доброй кружки под столом не окажусь, и вообще, пьянею медленно — вполне и гному могу конкуренцию составить. Так что, когда шахтеры запели древний застольный гимн на своем древнем наречии, я был еще вполне трезв, хотя у меня уже и начинало немного шуметь в голове. Поняв, что пир переходит в ту стадию, где мое присутствие более не требуется, я решил, что с меня пока хватит, и собирался опорожнить последнюю кружку, после чего отправиться на боковую. Но тут песня закончилась, и бригадир завел со мной разговор на близкую для него тему: о металлах.

Как истинный сын сэра Джая, я неплохо разбираюсь в оружии, а значит и в том, из чего его делают, так что разговор я вполне смог поддержать, хотя, конечно, мне пришлось больше слушать, чем говорить. Последняя кружка была выпита, я уже собирался вежливо попрощаться и уйти в приготовленную для меня комнату, как вдруг разговор перескочил с металлов на самоцветы и прочий промысловый и поделочный камень. Тут уж я насторожился и решил задержаться, тем более что тема эта была мне по понятной причине интересна.

— А скажите-ка, Прост, вот, к примеру, взять горный хрусталь… Мне тут недавно одну вещицу продали. Так продавец утверждал, что она сработана из хрусталя, что добывают на склонах Ямы [25] .

— Никогда в Тыпонии хрусталь не добывали и не будут, — ответил мне бригадир. — Потому как там его нет, и не было никогда. Я такому продавцу, как ваш, больше и доверять бы не стал. Последнее время развелось прохиндеев…

— Возможно, он и сам не знал, — покачал головой я. — Тогда, может быть, вы посмотрите: вдруг мне и не хрусталь достался вовсе?

Я вынул монету-артефакт из кармана и положил перед собеседником на стол. Тот взял ее в свои толстые, но очень ловкие пальцы, поднес к глазам, покрутил, а затем вернул на то место, с которого взял.

— Хрусталь настоящий и редкий по нынешним временам. Хотя его и раньше, говорят, не просто было достать. Этот хрусталь добыт на горе Танксю, он на всякие магические накопители и амулеты шел хорошо. Да и ваша деньга уж больно на магическую смахивает.

— То есть если меня и обманули, то не в качестве материала, — задумчиво покивал я, пряча монету в карман. Танксю… это вроде бы в провинции Хань?

— Кажется. Вот тут уж не знаю точно, я в заграничных географиях не слишком силен. Другое дело — минералогия. Представляете, мы тут два месяца назад нашли…

Послушав бригадира еще минут пять, я дождался следующего застольного гимна, во время которого и улизнул в свою комнату. Находилась она совсем рядом с комнатой Сонечки, так что если бы она вдруг проснулась ночью, я бы ее обязательно услышал.

Ночью до меня доносились хмельные гномьи голоса, но спать они мне не мешали. Снилась мне девушка, с волосами цвета кунцебургского каштана и ореховыми глазами. Она стояла на пристани и махала мне рукой, а когда я подошел к ней, вдруг обернулась амфидриадой, бросилась в воду, и, обдав меня водопадом соленых брызг, скрылась в морской пучине.

Я проснулась оттого, что корабль резко накренился на левый борт. Нет, к качке я давным-давно привыкла, и она мне спать не мешала, да я ее почти и не чувствовала. «Туфля Кирмиса [26] » — очень хороший корабль, может быть, лучший во всем флоте его величества султана Жарандии Персифа Четвертого — большая трехмачтовая каравелла, да еще и с паровым движителем, дающим возможность идти со скоростью в три узла [27] даже если случится полный штиль, чего, кстати сказать, представить с таким элиах-хуризом [28] как Омар Ол-Фариз просто невозможно. Но уж очень внезапным и значительным оказался этот крен, случись он на правый борт я бы и со своей кушетки упала, так он был силен. Гадая, что бы это могло означать, я вдруг услышала в ночной тишине свист боцманской дудки и топот многочисленных ног — явление и вовсе необычное для ночного времени. После отбоя на судне, всем, кроме вахтенных, полагалось спать, и уставшие за долгий день матросы охотно это правило соблюдали.