Чтение онлайн

– Вот увидишь! – продолжал успокаивать юношу Санпонджи.– Не сегодня, так завтра, прибежит посыльный и скажет, -«Саданага-сама, пора в бой!». Тогда-то и настанет твой звёздный час, если конечно будешь держаться меня!

Шибата лишь хмыкнул и отвернулся. Саданага налил себе ещё сакэ и так же, посмаковав, выпил. За несколько лет, этот самурай обзавёлся густой чёрной бородой и небольшим животом, что придавали его могучей фигуре грубоватый вид. Теперь он напоминал Какидзаки или Иробэ, которые частенько отпугивают людей своими, внешностью и поведением. Только те двое были намного лучшего телосложения, а Санпонджи, похоже, слишком злоупотреблял чревоугодием. Ещё, впечатление о нём портили, чрезмерная болтливость и хвастовство.

Именно поэтому, Нагаацу больше не надеялся отличиться и оправдать себя перед Кагеторой. Единственное, в чём он мог проявить себя, так это напиться со своим соратником до беспамятства и пойти под военный трибунал.

В конце концов, Шибате надоело размышлять о злом роке и вдыхать перегар своего собеседника и он решил выйти на свежий воздух. Дом, в котором они обосновались, был брошенным жилищем одного из селян деревни, где стоял их отряд. Здесь стояло не больше шести, семи домов, а жители, как это водиться, убежали в горы, завидев подходящую армию. Никто не хотел прислуживать, быть обобранным или битым, воинами, пока они изнывают от скуки и безделья. К тому же, если бы в деревни находились молодые или не совсем старые, женщины, большинство этих бравых молодцов не преминули бы удовлетворить свои природные инстинкты. А бывали случаи, что воины могли «позабавиться» и с молодыми мальчиками. Так уж бывает. На войне ничем не брезговали. Хотя, в армии Этиго за такие поступки наказывали и очень строго, порой даже казнью. Всё потому, что Кагетора не любил угнетать людей, не простых не каких либо ещё. Он запрещал мародёрство, насилие, грабёж и убийство, по отношению к простолюдинам. Многие, конечно, находили способ, обойти эти запреты и у них даже получалось. Но, если кто-то попался, то ничто его уже не могло спасти от справедливого суда даймё Этиго.

Нагаацу вышел за ограду. Весь их отряд, в три с небольшим сотни, был рассредоточен вокруг дома командующих. Командиры- гасира и всадники, тоже обустроились в домах, только поменьше и победнее, а вся пехота, сутками напролёт, проводила под открытым небом. Это лето выдалось достаточно прохладным, особенно по ночам, поэтому костры не затухали. Шибата огляделся вокруг и хотел было прогуляться по лагерю. Всё лучше, чем слушать небылицы Саданаги. Однако, едва он сделал пару шагов, как часовые подняли тревогу. Через недолгое время, Нагаацу узнал о прибытии гонца от рейдового отряда Каджи Харуцуны. Юноша, в предвкушении, закусил нижнюю губу.

Осада горы, продолжалась уже больше часа. Никто из отряда Косаки Масанобу не мог взобраться наверх, ровно, как и от туда никто не в силах был спуститься. Гора была похожа на шапку-эбоши, с крутыми, скалистыми склонами, округлой, удлинённой вершиной и одной единственной узкой тропой. Те, что ограбили обоз Такеды, решили укрыться на вершине и тем самым, подписали себе смертный приговор. Сдаваться они не хотели, но и с боем вырваться не могли. Косака, тоже не желал кидать своих воинов на вершину, поскольку, на узкой тропе гору легко можно было оборонить. Поэтому, он последний раз предложил грабителям сдаться, отдать украденное и тогда он гарантирует им мгновенную смерть. Если же нет, то он закидает гору огненными стрелами, а поскольку растительности на вершине было достаточно, то и результат был очевиден. Для убедительности, воины Такеды начали разжигать костёр. Грабители обещали подумать. Косака, снизошёл до них и дал им время в четверть часа. Солнце в это время начало опускаться к закату.

Масанобу был далеко не глуп и догадывался, что сие грабители могли являться людьми Нагао, которые, как и армия Такеды, страдали от недостатка припасов. Видимо они не пошли лёгким путём, чтобы ободрать местных хейминов, а прикинувшись разбойным отрядом, ограбили обоз своего противника. Как думал Косака, это был достаточно умный ход, хоть и рискованный и его господин поступил бы также, в сложившейся ситуации. Но, у Харунобу-самы положение сложилось несколько лучше. Помимо того, что он владел почти всей огромной провинцией Синано, так у него ещё были союзники в лице Ходзё и Имагава. Правда, на поставку уходило много средств, но их у Такеды было достаточно.

Масанобу взглянул на солнце, медленно спускающееся к лохматым вершинам далёких гор. Скоро начнёт смеркаться, а грабители всё ещё сидят на горе и тянут время. Не иначе, как они ждут подкрепление. Они вполне могли послать гонца вперёд с просьбой о подмоге, когда заметили его преследующий отряд. Нужно было действовать быстро.

Косака встал у начала тропы, ведущей на гору, и посмотрел на её вершину. Он был невысок, но его тёмного цвета доспехи и маска наполовину лица, предавали ему мужественный вид. Дело в том, что Масанобу в свои двадцать девять лет, обладал весьма тонкими и нежными чертами лица, что очень мешало ему руководить мужественными и иссечёнными шрамами, воинами. В отличии от своих учителей, Ямамото и Санада, которые своим видом уже внушали страх, Косаку просто не воспринимали всерьез. Поэтому, по совету одного очень хитрого человека, Масанобу, во время боевых действий стал носить маску и не снимал её даже во время переходов и привалов. Это действительно помогло, поскольку голос у Косаки был весьма мужской, а пытливый ум, боевые навыки и умение командовать, поставили его в один ряд с именитыми бусё клана Такеды.

–Ваше время вышло!– набрав побольше воздуха, прокричал Масанобу.– Сдавайтесь или сгорите заживо!

–-Мы спускаемся!– раздался грубый голос предводителя.

Через некоторое время на тропе показалось несколько воинов. Возглавлял их высокий худощавый мужчина с необычной юношеской причёской, с опущенной чёлкой и очень кривым лицом. Образ его дополнял весьма длинный меч, который он нёс на плече. Не дать, не взять, а самый настоящий разбойник-акуто.

–Оружие бросьте на землю!– скомандовал Косака, недоверчиво глядя на приближающуюся группу. Всё его нутро твердило, что где-то должен быть подвох.

Разбойники подошли ещё ближе, но оружие не бросили. У некоторых из них были луки. Масанобу занервничал. Его желваки заметно заходили под маской. Решение принимать нужно было быстро.

–Убить их!– неожиданно закричал он своим людям.

Лучники в один миг послали залп стрел в тех, кто недавно стоял на тропе. Но, разбойники бросились в рассыпную, едва Косака закончил фразу. В этот же момент, послышался звон тетивы, но совсем с другой стороны. Масанобу обернулся. Это было подкрепление Этиго, Косака узнал их по знамёнам. Они ударили внезапно, в тыл и самого неожиданного места,– из заросшего кустарником оврага. Пока воины Такеда были заняты мнимой сдачей грабителей, их подмога смогла незаметно зайти им в тыл и атаковать вкупе с теми, кто был на горе. Косаке пришлось быстро собраться и расставить воинов так, чтобы их не взяли в «клещи».

После того, как лучники Этиго проредили первые ряды, в бой пошла пехота. Стрелы отряда Такеды не переставали «петь» на лету, пока дело не дошло до рукопашной схватки. Ожесточённые и озлобленные друг на друга, отчасти из-за учинённого грабежа, а отчасти из-за длительного застоя, обе стороны жестоко схватились на краю оврага. Для умелого манёвра ни у одной из сторон не было места, поскольку мешали, раскиданные в беспорядке деревья и кустарники. Бой закипел в полном хаосе. «Грабители» из армии Этиго, большей частью спустились с горы и тоже вступили в схватку. Их предводитель с длинным мечом, сражался яростней всех. Своим дайто, в три сяку длинной, он разрубал вражеские копья и кидался вперёд, отрубая руки, круша черепа и проламывая шлемы. Остальные его товарищи шли за ним и не давали противнику зайти к нему с флангов. Задние их ряды, поддерживали соратников стрелами, стреляя почти в упор.

Косака уже давно понял, что сил у него больше, чем у противника, но внезапное нападение могло и обернуться для него плачевно. Он приказал своим самураям седлать коней, чтобы переломить ход боя. Всадников у него было около сорока и они легко могли обойти основное поле боя, ударить по подкреплению лучников Этиго, стоявших у оврага и скинуть их вниз. Масанобу даже почти воплотил свой план в действие, но когда до противника оставалось около тридцати шагов, он услышал боевой клич, доносившийся совершенно с другой стороны.

Санпонджи Саданага, хоть и был простаком и хвастуном, всё же знал как нужно вести бой в горной, лесной местности. Там где он жил, в замке Фудосан, почти на границе с Эттю, преобладала именно такая местность. Да и вся провинция Этиго была прекрасной ареной для тренировок в любых условиях.

Когда он почти добрался до горы, где укрылись Каджи и Амакасу с припасами, послал им весточку о своем приближении, надеясь, что они их поддержат. Саданага отправил молодого Нагаацу в обход горы, через обширный и заросший овраг, дав ему лучников и копейщиков, а сам, с пятнадцатью конными и дюжиной пеших самураев, обошёл с другой стороны. Как он и рассчитывал, Каджи вышел из своего укрытия и дал сигнал к бою. Первым напал Шибата, успешно пройдя по логу, а когда Косака хотел изменить ход схватки, подоспел и Санпонджи. Он прекрасно выделялся среди своих воинов, весь в белых доспехах, шлеме момонари(1) с полукруглыми кувагата по бокам тульи и вооружённый бисэнто, копьём с массивным, длинным изогнутым наконечником, снабжённым дополнительным, малым клинком на обухе. Этим-то оружием он и снёс первого всадника из седла, когда ворвался во вражеский строй.