Чтение онлайн

Лестер не выдержал и поцеловал жену в порозовевшую от чистого воздуха и солнца щеку.

– - Пойдем, любимая, домой. После обеда погуляем по острову, обещаю. Я знаю, где у нас заросли золотых колокольчиков*. Они как раз сейчас цветут, а пока пойдем!

– ----------------

*Золотые колокольчики – так на острове называли форзицию

– ----------------

И они двинулись дальше, к кирпичной стене, за которой начинались кварталы мастеров.

Домик полировщика линз Таддео Лефрена стоял на вершине одного из холмов. Тропинка от дома вела прямо к морю, которое зеленело внизу.

Они вошли в калитку, которая не запиралась. Двухэтажный деревянный домик, а рядом сарай с сеновалом и поленницей, хлев, курятник и колодец. А позади домика – сад!

Бена сразу заинтересовали цыплята и местная кошка, лениво лежащая на крышке колодца.

А Лестер пошел в дом. Он сразу приметил, что в кухне готовят. Из трубы шел дымок, а входная дверь была приоткрыта, чтобы не было жарко. И через приоткрытую дверь доносились соблазнительные запахи мясного рагу.

– - Мама!
– - Лестер быстро вошёл в дом, но на кухне была не мама.

Молодой парень в расстёгнутой рубахе, завязанной узлом на животе, что-то помешивал в кастрюле на печке, а на столе уже высилась целая гора свежей зелени из парника. Парень двигался грациозно и ловко, волосы его, цвета гречишного меда, были убраны в хвост, а сам он напоминал Лестера, только не побитого жизнью, а совсем молодого, с нежной кожей, золотисто-карими глазами и светлой счастливой улыбкой.

– - Вы ко мне?
– - заметив за спиной Лестера Фалину, юноша приветливо улыбнулся гостям.

– - Я к себе, -- мужчина поставил вещи на пол и обратился к жене, -- раздевайся, чувствуй себя, как дома.

И почему эта лучезарная копия двадцатилетнего Лестера сразу ему не понравилась? Может потому, что сквозь расстегнутую рубашку была видна молодая гладкая кожа без шрамов? Или потому что юноша любил, как и сам Лестер, собирать волосы в хвост? А может потому, что на чужбине он сам разучился быть открытым и гостеприимным, растерял свою красоту, а приветливая улыбка давно превратилась в насмешливую ухмылку?

А если Фалина ещё раз вот так взглянет на этого красавчика, то Лестер точно уйдет ночевать на постоялый двор!

– - Боги... Лестер?!
– - на лице юноши в один момент пронеслась целая буря чувств: недоверчивая радость сменилась восторженным уважением, которое тут же уступило место растерянности, а затем смешению боли и нежности.

– - Неужели это ты, брат?
– - прошептал парень, машинально заправляя рубашку как положено и распуская хвост, отчего волосы медовой волной упали на плечи.

– - Да, это я, -- Лестер печально окинул взглядом свою копию и понял, что за лекарское искусство он расплатился беззаботной молодостью, утраченной красотой, и счастьем прожить лучшие годы на родине рядом с родными.

А пока он думал об этом, парень нахмурился и сердито крикнул:

– - Ну, и где тебя столько лет носило, а?! Где ты был, когда мы все тут во время карантина чуть с голоду не умерли?! Когда мама сильно болела, я был ещё ребенком, а у папы нога отнялась? Где ты шлялся, когда нужно было помогать своей семье?!

– - Мама жива?! А с отцом что?
– - Лестера в самое сердце ужалил упрек.

– - Да все с ними в порядке! Уже...
– - парень прикрыл глаза рукой и покачал головой, -- прости, брат. Совсем не то я хотел сказать при встрече. Хотел сказать, как мне тебя не хватало. Хотел рассказать, как думал о тебе ночи напролет, когда спал совсем один в твоей комнате и смотрел на твои кораблики на полке в темноте. И все думал, что вот на одном таком ты и уплыл от нас... Может погиб где-то. Может и не увидимся никогда с тобой, -- юноша вытер невольную слезу, вызванную тяжелыми воспоминаниям.

В юности слезы приходят легко. И так же легко их сменяет улыбка.

И юноша улыбнулся сквозь слезы, облегчённо вздохнув, -- потому я и избавился от них. От корабликов твоих. Чтобы тебе больше не на чем было уплыть.

– - Ты выбросил мои корабли?!
– - Лестер потрясённо поднял глаза к лестнице, что уходила на второй этаж в его бывшую комнату.

– - Почему же выбросил? Я отправил их ...весной по ручью... в море. За тобой. И вот ты вернулся. Правда, с тех пор прошло...десять лет ... – и парень так светло улыбнулся, что Лестер не выдержал и обнял его.

– - Артур!
– - он обнимал брата и хотел скрыть слезы, что так некстати набегали на глаза, -- ну вот, а я думал, что снова буду спать в своей комнате и смотреть на корабли в темноте...эх!

– - Вообще-то это уже давно моя комната. И моя она даже дольше, чем твоя.

– - Хочешь сказать: "Так что выметайся, братец, туда, откуда пришел?" -- пошутил Лестер.

– - Нет, конечно, ведь с тобой такая прекрасная девушка!
– - и Артур пожал руку Фалины. Пожал как-то по-особенному, Лестер это сразу понял. Понял, что его брат именно из тех, от кого обычно без ума девицы. Изысканность и душевность сквозили в каждом его движении. А это обычно ядовито-гремучая смесь для женских сердец.

– - Ох, Артур, руки пообрываю, это же моя жена, -- снова пошутил Лестер. Однако в этой шутке была лишь доля шутки.

– - Ты сам-то ещё не женат? Вон, стряпаешь сам. Кстати, кормить нас будешь? Мы с дороги вообще-то.

– - Конечно, проходите. Руки помыть ты знаешь где, Лес. Нет, я не женат. И зовут меня обычно Арт.

– - Ясно, Арт, -- Лестер уселся за стол и усадил рядом с собой смущенную жену.

Арт очень ловко наложил им мясного рагу в глиняные миски и достал из печи стопку горячих лепёшек.

– - Мамины?! – и Лес сразу схватил одну, обжигая пальцы.

– - Нет, мама с отцом пошли на рынок. Сегодня же выходной день, потому я сам стряпаю.

– - Ты повар, что ли? Или это так, развлечение по выходным? Чем на жизнь зарабатываешь? Или ты отцу помогаешь в цеху?
– - поинтересовался Лестер, разглядывая в окне, как Бен собрал откуда-то нескольких кошек и пытается всех их усадить на крышку колодца.

– - Я, конечно, помогаю отцу в свободное время, хоть его у меня и не много. Умею шлифовать линзы довольно сносно, но он мне не доверяет чистовую шлифовку. Все больше заготовки на станке режу.