Чтение онлайн

Стоило мне приблизиться к телу Каэля, как верховная мать будто подпрыгнула со своего трона и ринулась на меня, крича во всю глотку:

— Убийца!

Она тыкала в меня крючковатым пальцем, её лицо перекосилось от ненависти и горя.

— Ты убила моего сына! Он доверился тебе, поверил, что ты — та самая, а ты нагло заманила его на свою землю и убила!

— Это ложь! — я отшатнулась от неё.

— Молчать!

— Я никого не убивала! Ваш сын доверился мне и оказался прав! Он — настоящий генерал, он дракон...

— Заткнись! Я не могу слышать твою гнусную ложь в стенах нашего священного храма!

— Но я говорю правду! — отчаяние захлестнуло меня с головой. Они обвиняли меня в убийстве человека, которого я любила. Человека, который погиб, защищая меня. — Это ваш муж убил вашего сына! Генерал Торвек! Он вонзил меч в грудь собственного...

— Заткните ей рот!

Женщина была убита горем — это я видела. Но она не хотела верить моим словам. Её можно было понять: ей проще принять ложь из уст родных, чем правду от врага. Я не могла с ними спорить, не могла доказать обратное. Замкнутый круг.

Ярость поднялась во мне — настоящая, всепоглощающая, такая, какой я никогда раньше не испытывала. Моё рычание заполнило стены этого священного храма, где ложь ценилась дороже правды, а убийцы восседали на тронах, украшенных с такой безвкусицей, что хотелось разобрать их на кирпичики и швырнуть каждый в физиономию этих высокомерных тварей.

Я закрыла глаза и представила Каэля. Его улыбку. Его глаза — сначала алые, потом золотые. Наше утро под сенью деревьев.

Жар охватил моё тело.

Вот оно. Да. Получается!

Что-то пробуждалось внутри меня — несмотря на толщу камня над головой, несмотря на отсутствие солнца. Сила текла по венам, разгоралась в груди, рвалась наружу.

Я открыла глаза и увидела напуганное лицо старухи.

— Да как ты смеешь? — она отпрянула назад, и в её голосе впервые прозвучал страх. — Решила колдовать под землёй? Ну что ж, я вижу — у тебя есть сила.

Она ловко отскочила к своему трону и громко рявкнула:

— Зирнак! Угомони её!

Фигура, сидевшая рядом с генералом Торвеком, оторвалась от трона и выпрямилась, хрустнув костями так громко, что звук разнёсся по всему храму. Это был худощавый тёмный эльф с впалыми щеками и плотном кожаном жилете. Лысый череп блестел в тусклом свете, но густые чёрные брови топорщились над глазами как у всех его сородичей. Он улыбнулся — медленно, предвкушающе — и поплыл в мою сторону, двигаясь так плавно, будто ноги его не касались пола.

А потом он вытянул обе руки.

Из его ладоней вырвался чёрный поток — густой, клубящийся, похожий на дым от пожара. Он нёсся ко мне, поглощая свет на своём пути, и я поняла: это не просто дым.

Это смерть.

Чёрная дымка обволокла меня со всех сторон, и на плечи навалилась свинцовая тяжесть. Я пошатнулась, чувствуя, как ноги становятся ватными, как мысли путаются и расплываются. Чужая магия — сильная, древняя, беспощадная — вцепилась в меня и тянула вниз, в беспамятство.

Но я не сдалась. Напряглась всем телом, оживила воспоминания в голове — и мой взгляд упал на тело Каэля, лежащее на холодном камне. Гнев разлился внутри меня с такой силой, что я взревела — громко, яростно, по-звериному. Внутри будто произошёл взрыв. Ладони обожгло огнём, затылок вспыхнул болью, перед глазами заплясал яркий свет — и всю усталость как рукой сняло.

— Нет, этого не может быть! — взвизгнул женский голос с трона. — Убей её!

— Я пытаюсь, — процедил колдун.

Мои глаза привыкли к яркому свету, и я увидела его — худой эльф с впалыми щеками стоял передо мной, вытянув руки в мою сторону. Густая чёрная дымка снова ударила в меня, но разбилась о мой защитный щит, рассыпавшись искрами. Ну что, не ожидали? Я усмехнулась ему прямо в лицо.

Колдун попятился, и в его взгляде мелькнула растерянность. Его руки скользнули к поясу, пальцы нащупали рукоять кинжала. Лезвие вспыхнуло зелёным пламенем — ядовитым, потусторонним — и колдун взмахнул оружием. Поток зелёного дыма вырвался из клинка и обрушился на меня. Этот дым оказался куда жёстче чёрного — я почувствовала, как он жадно впивается в мой щит, разъедая его. Противный запах ударил в нос, вызвав приступ кашля, от которого заслезились глаза.

Неплохо, неплохо. Но недостаточно.

Я пошатнулась, ушла в сторону. Колдун снова взмахнул руками, и зелёный луч вырвался из кинжала, нацелившись мне прямо в грудь. Но я перекатилась по каменному полу, вскочила на ноги и рванула прямо на него. Он даже не успел сообразить, что происходит — а мой кулак уже впечатался ему в лицо с хрустом, от которого мне самой стало не по себе. Колдун рухнул на пол, зажимая разбитый нос руками, и больше не шевелился.

— Убейте её! — старуха заревела с новой силой, вскочив с трона.

Все, кто сидел, поднялись как один. На меня обрушились шестеро тёмных эльфов — среди них я узнала генерала Торвека и его драгоценного сынка Валерика. Мой щит принял дюжину ударов подряд, и каждый отзывался болью во всём теле. Я закрылась руками, отступила к стене. Напор был слишком сильным — об атаке не могло быть и речи. Я едва сдерживала защиту, чувствуя, как вражеские клинки рвутся к моему горлу.

Но я уставала. По щиту прилетело ещё несколько ударов, и под их мощью я опустилась на одно колено. Они напирали, их атаки не утихали, а становились только яростнее. Я слышала их крики, их вопли, их безумное желание убить меня прямо здесь, на этом холодном камне.

Мне хотелось исчезнуть. Провалиться сквозь землю. Просто взять и убежать отсюда — но я не могла. Внутри меня больше не было страха, он испарился вместе со смертью Каэля. Осталась только ненависть — такая сильная, что мои кулаки сжались до хруста костей. От боли я взвыла и запрокинула голову...

И увидела нечто странное.

Свет.

Яркий, почти ослепительный, он лился с потолка храма.

— Этого не может быть! — в женском голосе зазвенел ужас. — Убейте её! Немедленно!

Я вдруг поняла: их мечи больше не доберутся до меня. Сколько бы они ни били — им не сломить мой щит. Он стал твёрже камня, крепче стали, непроницаем как сама ночь. Я подняла глаза и увидела корни священного дерева, оплетающие стены храма живыми венами. Каждый корень начал загораться изнутри — сначала тускло, потом ярче, ярче, ещё ярче. Древние руны вспыхнули золотым огнём, и весь храм озарился светом, ярким как полуденное солнце.

Тёмные эльфы отпрянули, закрывая глаза ладонями, воя от боли. Их вопли смешались с визгом старухи, с криками воинов, с грохотом падающего оружия. Паника захлестнула их — они не понимали, что происходит, метались по храму как слепые котята.

Слева кто-то зарычал и обрушился на меня, ударив мечом по щиту с такой силой, что искры посыпались во все стороны. Я присмотрелась — Валерик! Он успел натянуть повязку на глаза и теперь бросался на меня с животной яростью, желая убить любой ценой.