Чтение онлайн

— Согласен. Я переведу аванс немедленно.

— Хорошо, ваше сиятельство, — ответил артефактор.

Российская империя, город Санкт-Петербург

Я стоял в холле нового этажа нашей с Мещериновым клиники, оглядывая результат. Сегодня здесь открывалось педиатрическое отделение — процедурные кабинеты, стационар, лаборатория для анализов и игровая комната для маленьких пациентов.

— Отлично получилось. Лучшее детское отделение в городе, смею утверждать! — Мещеринов стоял рядом, довольно потирая руки.

— Вы не преувеличиваете, Илья Иванович?

— Ничуть. Я видел, что есть у конкурентов. Мы их обошли, можете быть уверены! — широко улыбнулся барон.

Помимо педиатрии, мы открыли аптеку на первом этаже. Теперь пациенты могли получать лекарства, не выходя из здания. Наши эликсиры, разумеется, тоже там продавались.

По сути, клиника была полностью готова. Отделение ауральной хирургии я планировал создать позже — когда обучу достаточно специалистов и разработаю протоколы лечения.

— Гости прибывают, ваше сиятельство, — сообщил помощник.

— Хорошо. Идёмте, барон, проведём очередное открытие, — улыбнулся я.

— Буду только рад! — Мещеринов хлопнул в ладоши.

Торжественное открытие прошло великолепно.

Я пригласил партнёров, представителей Гильдии целителей, нескольких чиновников из городской администрации. И, конечно, прессу.

Хороший пиар. Именно то, что нужно после всех скандалов с Хаммерстайном и нападений на особняк.

После официальной части я провёл гостей по клинике, показывая новые отделения. Мещеринов с гордостью демонстрировал оборудование, объяснял технические детали. Гости кивали, задавали вопросы и выглядели впечатлёнными.

— Отличная работа, граф. Город нуждается в таких клиниках, — сказал один из чиновников, пожимая мне руку на прощание.

— Благодарю. Мы стараемся, — ответил я.

Когда все разошлись, я остался один в пустом холле, глядя на новенькие стены и блестящие полы.

Ещё один шаг вперёд. Ещё одна победа.

Но расслабляться рано. Впереди ещё много работы.

Через неделю в Петербург прибыла вся моя семья — Татьяна, Дмитрий, и наконец-то вернувшиеся из свадебного путешествия Света с Борисом. Оба выглядели загорелыми и счастливыми.

— Юра! Как же я соскучилась! — Света бросилась мне на шею, едва переступив порог особняка.

— Я тоже, сестрёнка. Как путешествие?

— Чудесно! Всё было так романтично, — кокетливо улыбнулась она.

Борис за её спиной смущённо кашлянул. Я усмехнулся и пожал ему руку.

— Рад тебя видеть. Надеюсь, моя сестра тебя не замучила?

— Что вы, Юрий Дмитриевич. Всё было прекрасно, — немного смутился он.

Татьяна тем временем осматривала особняк, цокая языком.

— Здесь очень красиво, Юра. Ты хорошо потрудился.

— Спасибо, мама.

— Только всё какое-то холодное, что ли, холостяцкое. Женской руки не хватает.

— Так ведь я и есть холостяк.

— Ну так, может, пора это исправить? — усмехнулась Татьяна.

— Мама… — вздохнул я.

— Молчу-молчу, — она подняла руки в примирительном жесте, но глаза её лукаво блестели.

Мы расположились в гостиной. Слуги принесли чай и закуски, и вся семья долго слушала рассказы Светы и Бори об их свадебном путешествии. Закончив щебетать о том, как весело они провели морской круиз по Чёрному морю, Светлана сделала паузу, переглянулась с мужем и серьёзно сказала:

— У нас новости.

Все уставились на неё в ожидании. Сестра, стиснув руку Бориса, глубоко вздохнула и объявила:

— Я беременна!

Дмитрий чуть не выронил чашку. Я тоже, признаться, удивился. Быстро же они с Борей успели.

Татьяна вскочила и бросилась обнимать дочь.

— Светочка! Доченька моя! Это чудесно!

— Поздравляю, — Дмитрий пожал руку Борису. — Ты теперь понимаешь, какая ответственность на тебе?

— Понимаю, Дмитрий Игоревич, — серьёзно ответил Строгов.

Я смотрел на эту сцену и улыбался.

Моя младшая сестра станет матерью, надо же. Род Серебровых продолжает расти.

— Юра! А ты когда нас порадуешь? — Татьяна повернулась ко мне.

Я чуть не поперхнулся чаем.

— Мама, у меня полно других дел.

— Дела-дела. Без семьи все твои дела не имеют смысла, — она покачала головой.

— Вы моя семья. Но когда-нибудь у меня обязательно появится своя, — ответил я, мысленно признавая её правоту.

— Когда-нибудь… — Татьяна вздохнула, но больше не настаивала.

Остаток вечера прошёл в разговорах о планах на будущее, о детях и внуках. Семейный ужин — тёплый, уютный, полный смеха и любви.

Я смотрел на своих близких и думал о том, что всё это стоит защищать любой ценой.

Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк рода Серебровых

Следующим утром я получил неожиданное письмо от герцога Каттанео. Причём не электронное, а обычное, написанное на дорогой шелковистой бумаге. Его доставил лично человек герцога, прибывший в Петербург порталом из Рима.

Знак большого уважения. Лоренцо явно старался произвести впечатление.

'Здравствуйте, уважаемый граф Серебров!

Прежде всего, позвольте принести вам свои искренние извинения за недоразумение. Моё решение приостановить наше сотрудничество оказалось ошибочным. Статьи против вас оказались клеветой, и я рад, что правда восторжествовала.

В связи с этим, имею честь пригласить вас на Миланскую фармацевтическую выставку. Это крупнейшее событие в отрасли, и ваше присутствие станет украшением мероприятия.

Выставка — прекрасная возможность представить европейские версии ваших эликсиров и закрепить наше партнёрство. Я готов возобновить поставки на прежних условиях и надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.

С глубоким уважением, герцог Лоренцо Каттанео'.

Я отложил письмо и задумался. Каттанео извиняется, приглашает на выставку и хочет возобновить сотрудничество.

Неудивительно — после того как Хаммерстайна прижали мои друзья в Европе, а мои эликсиры получили стратегический статус в Российской империи, расклад сил изменился. Герцог понял, что ошибся, и теперь пытается это исправить.