Чтение онлайн

Первым делом Курбатов применил стабилизирующее заклинание. Затем остановил кровотечение, которое угрожало жизни больше, чем пневмоторакс. Затем он восстановил работу лёгкого, а на ожоги энергии не осталось. Но с ними можно разобраться чуть позже, с помощью специальных эликсиров.

Матвей застонал и открыл глаза.

— Что?.. — прохрипел он.

— Лежи. Не двигайся.

— Маг?

— Мёртв.

— Хорошо, — Матвей попытался подняться и тут же упал обратно. — Твою мать… Сильно же меня приложило.

— Я ведь сказал — лежи, — велел Иван.

Бой вокруг стихал. Даже превосходящими силами боевики не смогли одолеть опытных гвардейцев, и теперь отступали.

Когда всё закончилось, Иван вернулся к телу вражеского мага.

Перевернул его на спину и осмотрел лицо. Молодой, лет двадцать с небольшим. Азиатские черты, но не местный — слишком светлая кожа. На шее какая-то татуировка.

Иван отодвинул воротник и присмотрелся.

Татуировка. Чёрная роза с шипами, обвивающая змеиный череп. Символ Чёрной касты.

Матвей всё-таки не послушал брата. Он поднялся и подошёл, а когда увидел татуировку, коротко прокомментировал:

— Вот дерьмо.

— Теперь мы точно знаем, что они здесь не просто так. Чёрная каста разжигают войну, — сказал Иван.

— Нужно доложить.

— Я свяжусь с Юрием. У него есть связи в СБИ, — кивнул Иван.

Он достал спутниковый телефон и набрал номер.

Швейцария, город Женева, отель «Империал»

Звонок от Ивана застал меня за утренним кофе.

Я выслушал его доклад, не перебивая. Бой с боевиками, вражеский маг, татуировка Чёрной касты. Матвей ранен, но жить будет.

— Понял. Передам информацию сегодня же. Как Матвей? — спросил я.

— В порядке, жить будет, — ответил Иван.

— А остальные?

— Несколько раненых. Мы справимся, — уверенно заявил Курбатов.

Ситуация, в которой они оказались, мне не нравилась, и даже вызывала небольшое чувство вины. Мой друг и его люди далеко от дома, окружены врагами и пытаются найти что-то по моей просьбе — и никто из нас толком не знает, что же они ищут.

Но они сами выбрали свой путь. Иван решил стать военным целителем и теперь в полной мере испытывает на себе, что это значит.

Мы поговорили ещё немного и попрощались.

После этого я допил кофе и набрал номер Воронцова.

— Юрий Дмитриевич! Рад слышать. Как симпозиум? — голос тёзки звучал непривычно бодро. Похоже, он в хорошем настроении.

— Продуктивно. Но я звоню по другому делу.

— Слушаю.

— У меня есть достоверная информация из Афганистана, которая будет вам интересна. Чёрная каста активно действует в провинции Бадахшан. Их боевой маг командовал отрядом боевиков.

— Это передал вам отряд Курбатовых? — помолчав немного, уточнил Юрий Михайлович.

— Не удивлён, что вы в курсе.

— Я знаю, что они отправились в Афганистан по вашей просьбе. Но не знаю, зачем. Поделитесь?

— Путешествуют. Смотрят местные достопримечательности, — усмехнулся я.

— Ну-ну, — тёзка хмыкнул.

Он явно понял, что я не собираюсь вдаваться в детали. И решил не задавать лишних вопросов.

— Благодарю за информацию, Юрий Дмитриевич. Это может помочь стабилизировать обстановку в регионе. Мы давно подозревали, что кто-то разжигает там конфликт, но доказательств не было.

— Теперь есть. Я перешлю вам снимки, которые сделали мои ребята, — пообещал я.

— Я передам их нужным людям. Берегите себя, граф. И своих «туристов» тоже, — в голосе Воронцова послышалась усмешка.

— Постараюсь, — улыбнулся я.

Я сбросил звонок и посмотрел на часы. Девять утра. Через час — мой мастер-класс с пациентом из Австрии.

Пора готовиться.

Швейцария, город Женева, Дворец Наций

Зал номер семь был заполнен до отказа.

Весть о внеплановом мастер-классе графа Сереброва разнеслась по симпозиуму мгновенно. Пришли все — и те, кто восхищался моими достижениями, и те, кто сомневался.

Хаммерстайн тоже пришёл. Сел в заднем ряду, скрестив руки на груди. Он старался выглядеть спокойным, но явно был напряжён.

Вандерли разместился в первом ряду, рядом с ним — доктор Хофманн и несколько профессоров из разных стран. Дюваль устроился чуть поодаль, наблюдая с любопытством.

Я произнёс небольшую вступительную речь, а ровно в десять двери открылись, и санитары ввезли каталку с пациентом.

Мужчина лет сорока. Бледный, осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. Австриец, судя по документам. Герр Эггер, торговец из Вены.

— Доброе утро, герр Эггер. Как вы себя чувствуете? — я подошёл к каталке.

— Плохо, — он облизнул пересохшие губы.

— Расскажите, что случилось.

— Магическая травма. Несчастный случай на работе. Местные целители не смогли помочь, и я услышал о вас…

Он говорил заученно, словно по сценарию. Я слушал, кивал и одновременно изучал его ауру, а вскоре понял, что дело нечисто.

Повреждения были серьёзными — три энергетических центра деформированы, несколько крупных каналов перекручены. Но главное — налицо следы вмешательства. Свежие, не старше нескольких дней. Кто-то намеренно ковырялся в ауре, создавая видимость тяжёлой травмы.

Причём ковырялся умело. Профессионально. Так, как мог бы сделать только опытный ауральный хирург.

Хаммерстайн.

Я присмотрелся к ауре внимательнее. Да, почерк барона — я видел его работу на симпозиуме, запомнил характерные приёмы. Те же углы надрезов, та же манера работы с узлами.

Но было кое-что ещё.

Скрытое повреждение. Глубоко, почти незаметное. Хаммерстайн перекрутил один из центральных каналов так, что тот медленно пережимал соседние. Прямо сейчас пациент чувствовал себя плохо, но терпимо. Через несколько часов станет хуже. А через сутки-двое…

Я понял замысел барона.

Он рассчитывал, что я начну лечение, увижу «сложный случай» и буду работать с очевидными повреждениями. А скрытое — пропущу. И тогда пациент умрёт прямо во время операции. Или сразу после.