Чтение онлайн

– Тебе - первый укус, добрый повелитель!

– Ты хоть бы пожарил, прежде чем в рот совать всякую гадость, - поморщился Арнульф, - я не питаюсь тухлятиной. У меня тут найдётся мясо пожирнее! Форни предложи.

Бледный лекарь покачал головой:

– Разные разности видел сын Литте, но такое - впервые! Что за тварей ты призвал, сейдман?

– Шам ты тфарь, - проворчал один из карликов с набитым ртом, - а ты, ковдун, мог бы рашшедритша и на пвашч! Шовковый, небошь?

– Как же вас тут допекли хозяева, добрые ниссе, что вы жрёте постояльцев?
– сокрушённо вздохнул "ковдун".
– Раньше, бывало, нальёшь домовому молочка, угостишь пирожком, и никаких тебе хлопот, живи да радуйся! Видать, какой бонд, такой и ниссе. Всё заржавело. Всё прогнило. Смердит на все девять миров, или сколько их там...

– Ну прямо Weltschmerz, - захохотал домовой, - а за шапку - спасибо. Мы теперь свободны. Парни, двигаем отсюда! Носить - по очереди...

– Погодите, - Арнульф снял свою роскошную шляпу с пером, протянул коротышке, - на вот, прими, как от хозяина - весь этот город теперь мой.

Ниссе недоверчиво принял подарок, понюхал и расплылся в зубастой улыбке:

– Вот это я понимаю, вот это благодарность!

И был со товарищи таков.

– Ты раньше не мог их позвать, колдун?
– буркнул Форни, глядя, как Хравен ест сырую печень.
– Где вас только этому учат?

– Не мог, - чародей поднял на лекаря полные мрака глаза, - учат в Чёрной Школе, но тебе, думается, поздновато.

– Ты тоже посещал это заведение?
– усмехнулся вождь.

– Семь годков, - безразлично бросил Хравен, - от звонка до звонка. Колокольного. БОМММ!!!

Тем временем Кьятви Мясо пришёл в себя. Будто и не пил. Сидел, глядя безумными глазами на побоище, и плакал, словно дитя малое.

– Арнульф, я... боги, как я рад. Это он, Харальд. Он говорил. Он обещ...

Седой врезал побратиму ногой по зубам.

– Насрать. Я не хочу слышать, что обещал Харальд Белый Волк, и сдержал ли он слово. Мне безразлично. Не желаю больше слушать это. Хравен?

– Извольте, Ваше Морское Величество!
– сейдман поклонился, затем достал из-за пазухи коробок с рыболовными крючками, сунул один в рот Кьятви, подцепил толстый неповоротливый язык и высунул его наружу, точно лису из норы. Потом отрезал белёсый кусочек плоти.

И съел его.

– Собственно, я думал, ты на него заклятие какое наложишь, - пробормотал озадаченный Арнульф, - но и так сойдёт. Форни! Займись им. Отведи на пристань, свяжи, приставь охрану. И - сделай так, чтобы он дожил до утра. Чтобы кровью своей поганой не захлебнулся. Ты лекарь, тебе виднее, как это сделать.

Форни только сплюнул под ноги, кликнул братьев Тенгильсонов и с их помощью увёл трясущегося Кьятви прочь. Завыл рог, созывая стаю. Вожак обвёл полным пожара взором своё перемазанное кровью, грязью и потом войско:

– А теперь, братья, мы наконец-то по-настоящему пойдём грабить!

И добавил:

– О, Хаген, какая у тебя красивая кольчужка. Ты в ней такой нарядный...

– Рати, сбегай к Бьёлану, спроси, не нужна ли помощь и что у него там вообще происходит. А ты, Самар, разыщи Ньёрун - с тем же делом. Люди Мара удрали? А и хрен с ними. Нашли его тело? Нет? Искать. Энгуль, Модольф - займитесь!

– Нет больше Энгуля, - тихо обронил Фрости, - повеселился на славу.

– Тогда братья Вестарсоны...

– Нет больше братьев Вестарсонов, - эхом откликнулся Сигбьёрн.

– Кого ещё нет? Орм?

– Иринг Алмарец, - сорванным о приказы голосом прохрипел Орм Белый, - Торвид Морж, Ярнсети Днище, Сьярек Селёдка, Берси Китобой... Прочие пока живы.

– Восьмеро за пару-тройку сотен?
– горько усмехнулся Арнульф.
– Я думал, будет хуже! Модольф, Свегдир, отыщите всё-таки Мара и прочих наших павших. А вы, волчата, принесите побольше щитов да копий! Лейф, поди сюда.

Линсеец подошёл, опираясь на сломанное копьё. Через лицо тянулся свежий порез.

– Я гляжу, твоему носу не везёт, - усмехнулся Седой, - как рука? Шевелить можешь?

– Халльдор дал мне лиф-стейн, а Форни положил его в лубок и заговорил, - благодарно кивнул юноша, - перелом меня не беспокоит.

– Это пока молодой. Как Бьярки, держится? На него не находило безумие?

– Копьём тычет, как в бабу, но пену не пускает.

– Это хорошо, что не пускает...
– задумчиво проронил Арнульф.
– Ладно, ступай.

Вот принесли тело Мара Тощего - он по смерти стал ещё худее, - а с ним его оружие и секиру Атли Ястреба. То был добротный твенскегг, короче, легче и ухватистей, чем Хродгарова "ведьма щитов". Его при сноровке можно было держать и одной рукой. Арнульф осмотрел секиру и подозвал Бьярки:

– Ты предпочитаешь меч или топор?

– Я не владею ни тем, ни другим, - честно сказал юноша.

– Тогда держи, - и протянул ему твенскегг, - этой секирой сражался сам Атли Ястреб с острова Клиндтхольм! А ну, сделай свирепую морду. Нет, не так! О, вот это дело. Теперь зарычи...

Бьярки смутился было, но потом понял, что вождь не шутит, и весьма сносно изобразил припадок боевого безумия. Аж губу прокусил. Все глазели да хохотали.

– Сейчас мы полезем в глубокую задницу, - пояснил Арнульф, - в которой водятся черви. Хочу, чтобы ты их перепугал, и нам не пришлось пачкаться сверх меры. Сможешь?

– Думается мне, - проворчал Слагфид из Бьёрндаля, - пачкаться всё равно придётся.

– Охотник!
– ухмыльнулся Седой.
– Скажи-ка, ты можешь стрелять на звук? Там будет темно.

– Сильно темно?
– деловито спросил Слагфид.

– Как в заднице, тебе ж северным языком говорят! Ладно. Хаген, Торкель, Лони, Слагфид, Бьярки, Хравен, Кьярваль - вы со мной. Кетиль, тащи сюда свой плоский зад, он тоже нам пригодится. Прочие - идите на площадь перед хольдом и делайте вид, что вам очень весело. Всем одеть броню и носить щиты. Сделайте вид, что хотите штурмовать цитадель, но не штурмуйте, всё равно ничего не выйдет. Отвлекайте их, пока не дам знак. Тогда ломите в двери, как овцебыки. Все видели овцебыков? Вот так и ломите! Орм - за старшего.

– Я с вами, - заявил Хродгар.

– В другой раз, Тур, - улыбнулся вождь, - от тебя в тесноте толку не будет. Уж поверь.

Хродгар кивнул бритой головой и пошёл искать себе броню по размеру.

– А какой знак, Арнульф Иварсон?
– осведомился Орм.

– А какой знак, Хравен Увесон?
– спросил вождь колдуна.

– А чёрный ворон прилетит и в клювике принесёт, - рассмеялся сейдман.

Эрвингард, как и всякий порядочный город, управлялся советом, громко именовавшимся Эрборгенрад. Избирались туда самые зажиточные и уважаемые люди. Совет заседал в Радасаллире - роскошных палатах на серединной городской площади. Там же возвышался хольд - обомшелая пузатая башня под остроконечной черепичной шляпой. Ныне туда набились, как сельди в бочку, те самые зажиточные и уважаемые советники с домочадцами да вооружённой челядью, дрожа от страха, но больше - от изумления и возмущения.