Чтение онлайн

— Чего днём-то его не проверил? — не выдержала я.

— Так у него же это… жена, ну.

— Ну.

Я хмыкнула себе под нос и отвернулась. Не собиралась жалеть Длинного, но из списка подозреваемых его можно было исключить, слишком болезненное непонимание стояло у него во взгляде. Такие не убивают. Прикрыть похождения старался, как мог, да и то корявенько вышло.

Ночь я провела в углу трактира, прислушиваясь к вялым теориям, которые со временем становились всё скучнее, и даже умудрилась неплохо выспаться, а хозяин позволил мне умыться и привести себя в порядок на кухне. Даже несмотря на то, что за комнату я в этот раз не заплатила, боялась запираться одна, любой замок мог послужить кому-то против меня. Привычный к странным гостям и приезжим всех мастей с большого тракта, хозяин не судил людей ни по виду, ни по слухам о них. Я и моя репутация ему отнюдь не мешали, пока из-за них никто не пытался устроить вместо ужина погром, а таких людей точно не находилось.

Был в моей жизни и ещё один человек, который никогда не судил меня за проступки, только в этот раз я совсем не хотела проверять, где же кончалось его терпение. Сама понимала, что глупость зашла слишком далеко.

— У тебя нет? — привычно спросил брат и окинул меня настороженным взглядом.

— У меня нет, — улыбнулась я и забралась на кровать рядом с ним.

В комнате пахло клеем и кожей, Монти пытался вспомнить, чем зарабатывал на жизнь. Говорил, что память есть даже у рук, потому, если однажды научился, никогда не сможешь потерять навык. Мне такое предположение казалось слишком уж оптимистичным, но я не спорила, не хотела портить его мир, который казался мне во многом лучше — веселее — моего. Возможно, это было именно то, чего моему характеру всегда не хватало, я даже глупости творила с азартом, но в ожидании неизбежного наказания. И оно, увы, приходило.

Я прислонилась к его тёплому боку и обняла за руку. Монти потрепал меня по макушке. В другой раз я бы возмутилась, волосы всегда были отвратительно непослушными, теперь придётся заново переделывать хвост, но отчего-то стало так лениво открывать рот. В конце концов, какое это имело значение. Монти подозрительно покосился на меня сверху вниз, я покрепче прижалась к его руке.

— Рассказывай, — легонько пихнул он меня в бок.

Я задумалась, глядя в стену. Подбирать нужные слова — ещё одно искусство, которому меня никто не научил, поэтому я так часто получала по голове за свои неуместные комментарии. Просто не понимала, когда же наступал тот самый миг, в который пора спрятать язык за зубки, остановиться и не продолжать. Рыла яму, пока та не станет достаточно глубокой, чтобы появился шанс сломать себе при падении шею.

— Ну, — начала я и с грустью подумала об Арни, который тоже всё время нукал. — Я больше не работаю в лавке.

— Ага, — отозвался Монти. Мне хотелось, чтобы он сказал что-то ещё, а я смогла бы по голосу определить, что он думал. Увы, он тоже хорошо это знал и не собирался облегчать мне задачу.

— И, похоже, я больше не собираюсь замуж.

Он глубоко вздохнул, но шевелиться не стал, так что я с облегчением продолжала висеть у него на руке.

— Беон заходил ко мне ещё вчера. В отличие от тебя, он решил, что было бы неплохо хотя бы поставить меня в известность, — с укором поведал Монти.

— Сплетники, — буркнула я, — стоит только отвернуться, как они уже бегут по соседям с любопытными новостями.

Надула щёки и покачала головой, изображая удивлённую тётушку. Монти хмыкнул, но обстановка всё-таки улучшилась. Если он ещё с порога не начал ругать меня за всё, что я натворила с собственной жизнью, значит уже успел обдумать ситуацию и примириться с ней. Впрочем, мне и раньше казалось, что он любил меня гораздо сильнее, чем я того заслуживала.

— Стоило поторопиться, если ты хотела, чтобы твоя версия была первой.

Я театрально вздохнула.

— И какая же теперь основная?

— Вот это я и хочу услышать от тебя. Беон сказал, что невеста ещё не готова, и сдаётся мне, что он эту формулировку очень долго и тщательно подбирал. Так что натворила?

Мысленно поблагодарив бывшего хозяина, я с удовольствием послала его к лешему, а потом поблагодарила ещё раз.

— Да ничего особенного, просто подумала, что раз ты поправляешься, то мне не обязательно ставить крест на своей жизни, — ляпнула я первое, что пришло в голову.

— Зря ты это, — грустно сказал он. — Люди запомнят. А лучшей партии тут всё равно не найти.

Ох, Монти, люди точно запомнят, только совсем не мою разборчивость. Уйду, окончательно решила я. Дождусь затмения, буду носить брату лекарство столько, сколько смогу, а потом уйду. Чтобы не вспоминали, не шептались за спиной. Чтобы не слушать. Не знаю, много ли лет я смогла заработать для Монти, но омрачать их не стану.

Я снова сжала его руку. Её по-прежнему покрывали черные узоры, хотя на лице и шее их больше не было. Однажды они снова разрастутся, но… я сделала всё, что могла.

— Можешь остаться у нас, — задумчиво проговорил Монти, который давно сложил в уме новости с характером нашей тётушки. Определить последствия было нетрудно.

— Спасибо, — мои губы сами растянулись в ехидной улыбке, — Альба точно будет в восторге.

— Альба потерпит, — неожиданно серьёзно ответил он.

Я была абсолютно уверена, что она, как и всегда, подслушивала сейчас под дверью. Нас с ней никто не обязывал становиться друзьями, но отчего-то она нравилась Монти чуть больше, чем все остальные, и этого было достаточно. Он прощал мне шутки о ней, а я никогда не старалась оскорбить всерьёз.

— Подумаю, — честно ответила я, выдержав его хмурый взгляд.

Чтобы объяснить, какие ещё варианты у меня имелись, пришлось бы рассказывать ему слишком много. Всё то, что он рано или поздно узнает от других, но лучше, если это случится, когда меня здесь уже не будет. Я знала, что брат поверит мне, а не кому-то, просто пока у меня даже не было связной версии для случившегося. К тому же, добрую половину моих мыслей занимал волк.

— Это не значит, что я поощряю твои действия, — пояснил Монти, и мне снова стало тошно. — Но пока я ещё старший в семье и способен тебя защитить. Я всего лишь надеюсь, что ты достаточно взрослая, чтобы понять, как твои поступки отражаются на всех остальных.

Я закатила глаза. Так он не разговаривал со мной очень давно, хотя в детстве любил попытаться надавить на мою совесть. Совесть плохо поддавалась, но я слушала. Знала каждое слово наизусть. Только теперь в его тоне было нечто другое. Раньше он говорил это ребёнку, монотонно повторял в надежде, что рано или поздно истина закрепится в памяти. Теперь слова предназначались человеку, который успел сильно разочаровать его. Настолько, что время сгладит эффект, но забыть навсегда уже не выйдет. Я подняла голову и посмотрела на него, раздумывая о том, насколько много он действительно знал. Теперь, когда чёрные полосы можно было почти полностью скрыть под одеждой, закутать шею в пышный шарф и спрятать руки в карманы.

— Хочешь что-то добавить? — неверно понял меня Монти.

— Нет, не хочу, — закусила губу я. — Можем мы поговорить о другом?

Монти вопросительно покосился на меня.

— Ты помнишь прошлый праздник затмения?

— Не очень, — неспешно отозвался он, как будто не сразу выбрал ответ. — А что?

— Но мы ведь уже жили здесь? — допытывалась я.

— Да. Может мать не ходила на праздник, а может он не был таким впечатляющим. Зачем это тебе?

Мне показалось, что говорить о затмении ему хотелось ещё меньше, чем о моей испорченной свадьбе.