Летние дни в замке Оберн
Шрифт:
слышала, – что он сам рассказывал, – он теперь с алиорами навеки.
– Это значит, я в самом деле унаследовала Хальсинг-мэнор. – Сестра еще раз на
секунду прижала меня к себе и поправилась: – Мы с тобой унаследовали, потому что мой
дом, где бы он ни был, – твой дом.
Я напряженно пыталась сообразить.
– Подожди-ка. Там было какое-то дикое ограничение – точно помню. Ты можешь
унаследовать владения Джексона, только будучи замужем.
Элисандра снова кивнула. На лице ее расцвела широкая улыбка.
– Знаю. Я приехала сюда, чтобы выйти замуж. И хочу попросить тебя стать подружкой
невесты второй раз за год.
– Замуж! – выдохнула я. – Но…
И тогда наконец посмотрела на ее спутника, который все это время неподвижно сидел
на своей лошади. На нем не было замковой ливреи, и я предположила, что это не один из
королевских гвардейцев, посланный охранять Элисандру в этом поспешном путешествии.
Но я ошиблась. Мужчина оказался гвардейцем, и я его знала. Родерик – личный страж
принца.
Я почувствовала, как от изумления у меня открывается рот.
– Родерик рассказал мне, что вы подружились, так что я не сомневаюсь, ты понимаешь,
насколько он замечательный. – Голос сестры звучал глухо и как бы издалека. Я все не
могла отвести глаз от Родерика, и он с лицом совершенно бесстрастным глядел на меня в
ответ.
– Пусть остальные насмехаются надо мной, но ты поймешь, я уверена.
187
188
Я с трудом закрыла рот и посмотрела на сестру.
– Но как такое случилось? – спросила глупо. – Я никогда не видела вас вместе. Ты даже
имени его не упоминала.
Она прелестно залилась румянцем. Сейчас Элисандра выглядела милой и безумно
влюбленной, как любая деревенская простушка.
– Как-то мы отправились на верховую прогулку – ты и я, – и ты упала с лошади.
Помнишь тот день?
– О да.
– И Родерик прискакал за нами и спас тебе жизнь.
Я еще раз искоса взглянула на молчаливого гвардейца. И, могу поклясться, теперь на
его губах играла едва заметная улыбка, однако он по-прежнему спокойно сидел в седле, не
говоря ни слова.
– Ну, – заметила я, – он отнес меня в замок. Что касается спасения моей жизни…
– И той осенью он сопровождал нас с Брайаном в Трегонию. В пути он был столь
внимателен и осторожен, что с такой охраной я не сомневалась в собственной
безопасности. А еще он однажды спас Брайана и проявил смелость и чуткость, когда
схватили Эндрю. Ох, он сделал столько всего чудесного!
По мере речи сестры мне становилось все яснее. Родерик обладал природным
обаянием, с этим не поспоришь, и истинная правда, что чем больше я о нем узнавала, тем
сильнее он мне нравился. Без сомнения, то же случилось и с Элисандрой. Я просто не
могла представить первые встречи, случайные столкновения, неожиданные беседы,
которые пробудили интерес, переросший в привязанность, а затем и в страстную любовь
между этой совершенно невероятной парочкой. Но как только искра вспыхнула… о,
дальнейшее я представляла прекрасно.
– Потом, полагаю, он стал личным гвардейцем принца, и вы виделись каждый день, –
задумчиво произнесла я.
– Каждый день. Во всевозможных обстоятельствах. И день за днем, неделя за неделей
он проявлял такую силу, такое благородство, я просто не могла в него не влюбиться.
Я вновь покосилась на Родерика. Теперь-то он точно улыбался, хоть и попытался
стереть это выражение, когда поймал мой взгляд.
Мгновение, склонив голову, я изучала гвардейца.
– Значит, Дария была посыльной, от твоего имени передавала ему записки и подарочки.
А я ее подозревала.
Элисандра рассмеялась:
– Нет, не может быть! Ты считала, будто Дария заигрывает с Родериком?
– Это казалось более вероятным, чем истина.
Она шагнула ближе и положила руку мне на плечо:
– Но, Кори… ты ведь понимаешь, правда? Ничто в мире не изменит мои мысли, ничто
не повлияет на мое сердце, но без твоих поддержки и одобрения… Для меня так важно,
чтобы ты приняла его, приняла нас, встала рядом в день нашей свадьбы…
Я расхохоталась и протянула руку своему будущему новому зятю.
– Да он стоит сотни принцев Брайанов! – весело сказала я. – И никого другого я не
хотела бы видеть рядом с тобой.
Элисандра прямо-таки взвизгнула мне в ухо и крепко схватила меня за руку. Этого
сигнала Родерик и ждал. Он спешился, быстрым шагом направился к нам, пробормотал:
– Рад видеть тебя, леди Кори, – и крепко обнял меня, оторвав от земли. – Лишь твое
мнение имело значение.
– Впервые в моей жизни, – выдохнула я, когда он поставил меня на ноги. – Итак!
Пойдемте внутрь, отпразднуем. Нам предстоит обсудить свадьбу.
Дарбин сразу возжелал познакомиться с моей сестрой – как и все, кто находился
поблизости. Они, конечно же, знали мою историю, знали о моем происхождении, так что
188
189
стоило лишь произнести имя Элисандры, как каждый в таверне понял: вот сидит вдова
принца, сбежавшая с простолюдином. Эта весть была из тех, от которых всякий
крестьянин в восьми провинциях переполняется чувством гордости за свою
принадлежность к мужескому полу, потому Родерик с невестой в мгновение ока стали
самой востребованной парой в таверне. Не осталось и шанса, что нам удастся обсудить
свадьбу или хотя бы просто поговорить наедине.
Но Элисандра, как и большинство особ королевских кровей, кажется, об этом даже не
думала. Она просто кивала: разносчицам, что обсуждали свадебный наряд, крестьянам,
заявившим, что знают самое лучшее место для празднества, жене трактирщика, которая