Чтение онлайн

Пришлось поведать девушке события прошедших дней.

Какое-то время мы сидели молча, пока Цунаде переваривала услышанное.

— …Я плохо помню, что случилось… Кроме отдельных моментов, — призналась она тихо. — Я думала, как хорошо, что я больше не буду обузой на плечах Шизуне. Что мои выходки просто забудут. Что мне больше не нужно будет чувствовать горечь потери и вины. Облегчение, что я ощущала, трудно передать словами.

— Цунаде, — начал было я, но девушка остановила меня, впервые за разговор сжав мою руку в ответ:

— Я знаю, что ты скажешь, Хаку, и я согласна. Это глупые мысли глупой дурочки, что привыкла сдаваться…

— Ты действительно думаешь, что я так тебя вижу? — тяжело вздохнул я. — Нам срочно нужно что-то делать с твоей самооценкой. Я ни в чём тебя не виню. Для любого человека нормально время от времени испытывать подобные чувства. К тому же, тебя к этому подталкивал монах.

— Жаль, что наши с тобой сеансы прервали, — сказала печально Цунаде, прикрыв глаз. — Мне понравилось. Будет сложно продолжать их, будучи мёртвой. Как и наши свидания…

— Я уже говорил, что не позволю тебе умереть, — ответил я чуть раздражённо. Чем она слушала?

— У собственничества должны иметься пределы, знаешь ли, — чуть улыбнулась девушка. — С каких пор тебе подвластно воскрешение? Или ты врал о том, что не знаешь Эдо Тенсей?

— Твоя смерть была неестественной. Сам Энма вмешался в потоки судьбы через своего жреца, — пояснил я. — Пусть он и «исправлял ошибки», его вмешательство нарушало установленные им же правила. И я, как узурпировавший власть над Адом, могу отменить его решение.

— Можешь, но не сделаешь? — предположила Цунаде.

Она всё ещё подспудно ожидала подвоха.

— Могу и сделаю, — отрезал я, внезапно прижав её к спинке дивана, удерживая за плечо. Девушка забавно пискнула и застыла, смотря на меня расширенными глазами. — Тебе от меня так просто не отвертеться, красавица. Боюсь, что даже смерть не разлучит нас.

Лицо Цунаде залилось краской.

— Т-ты… В-вот же нашла на свою голову любовничка… — попыталась было вернуть себе самообладание девушка, но, когда я накрыл её губы своими, отвечать на поцелуй она начала подозрительно резво.

— Серьёзно? Серьёзно, партнёр? Ты разве не спешил? — тяжело вздохнул Биджу. — …Позови, когда закончите спариваться. Не понимаю, чего вы в этом находите…

Прости, Исобу, но Цунаде требовалась моральная поддержка.

А ещё мне было интересно, каково это — заниматься любовью, будучи лишёнными тел.

Опыт оказался религиозным.

Можно даже сказать, душевным.

Или адски горячим.

От него точно захватывало дух.

По крайней мере, думаю, что Цунаде ощущала себя так хорошо, будто родилась заново.

Потому что это было недалеко от правды. Хоть уже и не связано с сексом.

Шизуне рыдала, мёртвой хваткой обняв смущённую наставницу. Между ними одновременно радостно и встревоженно хрюкала Тонтон, оказавшаяся в полном здравии, к вящей радости нашей группы.

Видимо, даже у культистов не поднялась рука на милую свинку. Или я чего-то о ней не знаю.

Темноту комнаты разгоняли расставленные тут и там свечи. Слабый свет позволял рассмотреть тысячи линий, которыми были испещрены стены и пол. Ничего конкретного, лишь одно из множества мест, подготовленное под различные ритуалы. Сейчас эти линии уже не казались мне непонятными. Я интуитивно осознавал их значение. Жаль, но для меня самого они были бесполезны.

Когда мы впервые вернулись в «реальный» мир, нам срочно пришлось снимать Цунаде с ритуального стола. Гёдзя, судя по полученным обрывкам воспоминаний, приготовил всё так, чтобы смерть Цунаде и её кармический вес был съеден Энмой, но лишь частично. Через связь её судьбы с нашей монах хотел убить трёх птиц одним камнем, образно говоря.

Скорее всего, зацепило бы гораздо больше людей, но случайные жертвы к тому моменту волновали монаха в самую последнюю очередь.

Цунаде с тихим изумлением таращилась на вытащенный из своей груди ритуальный кинжал, покрытый её кровью. Рана на груди заросла на наших глазах почти сразу же. Девушка провела пальцем по жидкости, лизнула. С ничего непонимающим выражением лица повернулась на звук моего хихиканья.

— Травма выбила травму, — пожал я плечами, догадавшись, что она хотела спросить. — Или правильней сказать, довыбила? Всё-таки мы довольно далеко продвинулись с тобой. Однако, на будущее, я не рекомендую ритуальную смерть в качестве лечения фобий.

— Это твоё профессиональное мнение? — спросила Цунаде, слабо усмехнувшись.

— Именно.

— Цунаде-сама! Вы избавились от своей гемофобии?! Я так рада за вас! — радостно взвизгнула Шизуне, заметив предмет нашего разговора, но тут же спохватилась: — Стойте-стойте, вам нельзя двигаться! Цунаде-сама, вы не подавали признаков жизни, никакой мозговой активности, ничего! Прошу, не рискуйте лишний раз! Я… Я не могу вас снова потерять…

Последний слова она шептала, вытирая упрямые слёзы.

Не мудрено. Одно дело — слышать о возможности воскрешения от меня, другое — лицезреть его воочию. Для Шизуне эти мгновения навеки застрянут в памяти.

Надо будет и её уговорить на пару сеансов.

Лицо Цунаде смягчилось. Она нежно погладила ученицу по волосам, приобняв и прижав к груди.

— Глупая… Я знаю своё тело лучше всего. Со мной всё будет в порядке, поэтому прошу, не плачь из-за какой-то старухи, хорошо, Шизуне? Мне становится неловко…

— Мы проверили несколько групп жителей, — подал тихо голос Усагин, всё это время стоявший рядом, стараясь, судя по всему, не нарушать атмосферу. — Паника захватила большинство. Многие падали на землю, отчаянно цепляясь за грязь, и плача о том, что боятся сделать неверный шаг.

— Как говорится, добро пожаловать в реальную жизнь, — хмыкнул я невесело. — Где будущее туманно, ничто не гарантированно, кроме смерти, и каждое решение может иметь катастрофические последствия. Уверен, они войдёт во вкус. Когда-нибудь. Наверное.

— Проблема в том, что они совершенно нежизнеспособны в таком состоянии, — покачал головой заяц. — Если вы, юноша, не хотите оставить после себя жестокий финал для этого посёлка, вам придётся вмешаться.

— Ни одно хорошее дело не останется безнаказанным, — цокнул я языком.

— Кстати, забыл поздравить вас с успехом, — продолжил Усагин после паузы. — Смею предположить, что ваши знания из прошлого мира облегчили задачу?

— Можно и так сказать. Я заметил, что вы уже знали, что я преуспел, когда вышел наружу. Что меня выдало?