Чтение онлайн

Мой там тоже затесался, как вся фильмография Коюки. Цунаде решила наверстать упущенное… По крайней мере, так она мне это объясняла, под поддакивание Шизуне.

За окнами слышалось пение птичек, мягкий шелест листвы, да периодический стук бамбукового водостока, создавая умиротворённую атмосферу, нехило контрастирующую с напряжением, что висело в воздухе.

Я сидел за длинным столом в центре гостиной, откинувшись на мягкую спинку стула, пока Шизуне, одетая в формальное чёрное кимоно с белым оби, сметала невидимые пылинки со скатерти, и то, скорее по привычке, пытаясь занять себя суетой. Мы не разговаривали. Все слова уже давно оказались сказаны, все предупреждения сделаны. Нам оставалось лишь ждать.

Фуу с утра пораньше отправилась к команде номер Семь, и, скорее всего, не вернётся до полудня. Это было к лучшему.

За две минуты до десяти к столу присоединилась Цунаде, надевшая удобные для движения бриджи и свою любимую тунику с аппетитным вырезом. На её лице не проявлялось никаких эмоций, и лишь глаза выдавали меланхоличный настрой. Технически, сегодня был наш выходной. «Технически», потому что нынче почти каждый день для нас оказывался выходным. Детали моей будущей профессии всё ещё горячо обсуждались, так что пока что я просто довольствовался помощью Цуне и Шизуне. Они же, в свою очередь, паровым катком прошлись по всем травмам и хроническим недугам, что накопились в немаленькой такой Конохе, и могли отдыхать в любой удобный им момент, оставив мелочи на других врачей и медсестёр. Всё равно в случае критических ситуаций те знали, где её найти и как связаться.

Но, необходимо отметить, что свободные часы появились не только у нас одних. Что вылилось в официальный повод пригласить кое-кого к нам в дом, где, по счастливой случайности, никто не мог увидеть, услышать или почувствовать чего-то лишнего благодаря моим Историям.

Более того, учитывая то, на кого гость работал, ни его, ни нас даже не будут особо расспрашивать о деталях. Конфликт интересов.

Ровно в десять раздался мелодичный перезвон фурин, стеклянного колкольчика, оповестивший нас о присутствии гостя.

Шизуне уверенным шагом прошла в прихожую, чтобы встретить его… Или, точнее сказать, их.

Якуши Кабуто прошёл внутрь, как будто его ничего не волновало, включая прожигавшую ему взглядом дыру в спине Шизуне, чьё напряжённое тело выдавало готовность атаковать в любой момент. Уверенная, почти дерзкая поступь, заметная полуусмешка на губах, чуть дрогнувшая, лишь когда парень поймал тень разочарования на лице Цуны, когда та посмотрела ему в глаза.

Выглядел он как обычно — знакомая одёжка шиноби-медбрата, очки, протектор на лбу… Но в руках с собой он нёс врачебную сумку, сейчас отчётливо шевелящуюся.

— Могу я? — спросил он, вежливо улыбнувшись. Его взгляд был направлен лишь на меня, подчёркивая, кого он считал хозяином дома.

Я молча повернулся к Цуне, вопросительно подняв бровь. Она лишь закатила глаза, раздражённая нашими играми.

— Конечно, — произнёс я вежливо вслух.

На стол со шлепком плюхнулась крупная змея. Судя по скривившемуся лицу блондинки, она уже поняла, к чему всё шло.

Змея раззявила пасть. Шире, ещё шире, до невозможности широко. Из пасти вылезла рука, ухватилась за раскрытую челюсть, с влажным звуком подтянулась. Высокая, длинноволосая фигура вылезла, аки Садако из фильма моего прошлого мира, расплескав слизь по скатерти, часть которой потекла на пол.

— Сам будешь убирать после себя, Орочимару, — буркнула Цунаде, не поведя и бровью. Шизуне тем временем встала у неё за спиной, с опаской наблюдая за гостями.

Ответом реплике девушки стал глубокий, с хрипотцой смех.

— После стольких лет разлуки, это первое, что ты мне говоришь, Цунаде-химе? — весело спросил мужчина, отряхнувшись, и, как ни в чём не бывало, по-хозяйски уселся на приготовленный стул напротив нас. Кабуто тенью отзеркалил Шизуне, встав за своим собственным наставником.

— У тебя явно проблемы с памятью, раз ты забыл, на какой ноте мы распрощались, — фыркнула девушка.

— Друзьям свойственно ссориться и драться время от времени, знаешь ли.

— Значит, ты не обидишься, если я по-дружески попытаюсь тебя пришлёпнуть?

Оба старых напарника некоторое время смотрели друг другу в глаза. Улыбка Орочимару расширилась.

— Знаешь, на удивление, не обижусь, — признался он почти удивлённо. — Возможно, если бы передо мной сидела та разбитая, потерявшая свой путь женщина, которой я тебя запомнил, то я бы разочаровался в тебе заново. Но что я вижу? Ты не просто временно восстановила юность, нет… О нет. Ты расчленила бедного дедушку Какузу, верно? Высосала его внутренности, как мясо аппетитного краба, после чего присвоила его бережно охраняемый хидэн себе, модифицировав своё тело до неузнаваемости. Преодолев рубеж между дорогостоящим притворством и настоящим успехом в борьбе за вечную жизнь. Я аж отсюда чувствую льющуюся из тебя энергию! Меня просто переполняет гордость за тебя, Цунаде. Пусть и разбавленная капелькой зависти…

— Так мерзко я не чувствовала себя боги знают, сколько лет, — хмыкнула девушка. — Ты знал об этом монстре? Как давно? И почему сам не подсуетился, раз знал о свойствах его дзюцу? Или хочешь сказать, что его плачевное состояние прошло мимо твоего внимания?

— Обижаешь, принцесса, — усмехнулся мужчина. — Как я мог пройти мимо «неубиваемой парочки»?

— То есть, ты даже не скрываешь, что всё-таки работал с ними.

— В прошлом. Мы разошлись с Акацуки целями, — уклончиво ответил нукенин. — С тех пор они уже несколько раз пытались меня убить. Совсем не по-дружески, должен отметить.

— Какой же ты… Бедняжка, — монотонным голосом ответила блондинка. — К чему ты ведёшь?

— Ты сама вернулась в Коноху. В место, что уничтожило тебя, — протянул Орочимару с почти незаметной толикой… Тоски? — Цунаде, что я знал, сдалась. Повесила руки. У Цунаде, что я вижу, глаза горят желаниями… Я бы даже посмел сказать, амбициями. Ох, если бы только ты встретила кого-то вроде Хаку-куна пораньше, вместо такого скучного и правильного Дана, когда мы только начинали… Я не могу и представить, каких высот наши совместные исследования сумели бы достичь…

Девушку отчётливо передёрнуло. Я ничем не выдал своих эмоций, но внутренне я напрягся. Её спокойная реакция на негативное упоминание Дана была… Очень говорящей. И не только мне.

— Шутишь, что ли? Во-первых, с чего ты решил, что я бы стала проводить с тобой больше времени, а не наоборот? Во-вторых, наши научные изыскания прервались бы в тот же момент, когда я обнаружила бы твою лабораторию с украденными из приютов детьми.

— Ты, принцесса, такой человек, что всегда хочет поддерживать самых близких людей, — ничуть не удивился реакции блондинки Орочимару. Он почти не скрывал своих эмоций, пусть, наверняка, и неплохо умел — ему просто почти не требовалось этого. Легендарный нукенин во многом лишь выглядел, как человек. Даже его мимика походила на змеиную. Тем временем, он продолжил: — Особенно после Наваки. Не говори мне, что ты бы не пошла на крайние меры, чтобы этого не произошло вновь… Или чтобы ты могла вернуть всё обратно. А дети… Скажи мне, только честно. Если бы это были дети не из Конохи. Ты бы отреагировала так остро?

— Как ты думаешь?

— А вот наша деревня, я думаю, не разделила бы твоих претензий… Хм. Что, если бы вместо них на операционных столах оказались убийцы и насильники? — слова Орочимару тянулись и растягивались, словно он смаковал их. Девушка не ответила сразу, и мужчина улыбнулся. — Уже не такой тяжёлый выбор, правда?

— Если тебя так тянет провести между нами параллель, то я огорчу тебя — выходит до ужаса отвратно, — подняла бровь Цунаде. — Прошлое не изменить, как бы ты не пытался. Когда-то, уверена, ты и начинал с приговорённых к смерти пленников. Но хватило тебя ненадолго. Закончил ты экспериментами на детях. И ты прекрасно знаешь, как я к этому отношусь. К чему эти словесные кружева?