Чтение онлайн

— Дослушай меня сначала, — попросил я. — Песок уже лет десять находится в критическом положении, кровоточа деньгами, пока их Даймё посылает заказы Листу. Камень очень скоро начнёт искать повод, чтобы возобновить полномасштабный конфликт. Облако, как ты сама знаешь, агрессивно готовится к новой Мировой Войне.

— Я знаю об этом. Как это связанно со сдачей учителя на откуп Орочимару?

— Мы можем использовать его, — улыбнулся я, заставив девушку осечься на полуслове. Шизуне смотрела на меня шокированным взглядом, а Орочимару неестественно широко улыбался. — Пусть копит силы. Ищет союзников среди чужих деревень. Когда наступит решающий момент, мы будем готовы. Он будет готов. Из жуткого нукенина он в одночасье сможет стать национальным героем, двойным агентом, что пожертвовал своим статусом, счастьем и репутацией ради деревни, выжидая момента, чтобы воткнуть нож в спину её врагов.

Интересно, Итачи подавится, когда узнает о великой «жертвенности» Орочимару и его «героизме»?

— Какая… Поэтичная интерпретация прошлого и ещё не наступившего будущего, — протянул мужчина, не сводя с меня взгляда. — Но есть одна маленькая проблема. С чего бы мне подыгрывать тебе, Хаку-кун?

— В последние свои моменты Сарутоби Хирузен увидит, что чудовище, что он прикормил и вырастил, будет воспеваться его «семьёй», как самоотверженный герой, даже не подозревая о его грехах. Он увидит, что вы спасли его детище. Подозреваю, что он умрёт сконфуженным и потерянным.

— Ммм… Да, это звучит довольно интересно, — сказал задумчиво Орочимару. — Ты здорово умеешь рисовать картину словами, Хаку-кун. Почему бы и нет? Я согласен.

Слишком быстро. Я наклонил голову.

— У нас нет никаких гарантий, что он последует любой договорённости между нами, — подтвердила мои опасения Цунаде, презрительно хмыкнув.

— Но мне и правда понравился ваш план! — притворно возмутился Орочимару. — К тому же, я действительно хочу устроить совместные исследования с Цунаде. Я даже буду придерживаться… Ох, меня сейчас вырвет… Моральных принципов.

Я не сомневался, что в его словах имелась истина. В конце концов, его интересовали, как и вечная жизнь, так и Шаринган Саске. Обе этих вещи он мог попробовать получить здесь. Сделав своё пребывание в деревне законным, ему откроются новые возможности.

Но он также мог попробовать и взять их силой.

Мне нужен был рычаг.

— Я тут немного пообщался с вашей бывшей ученицей, — произнёс я наконец.

— Ох? Анко-чан? Как она поживает?

— Неплохо, но её всё ещё беспокоит проклятая печать на шее.

— Это ужасные новости, — покачал печально головой нукенин. — Надеюсь, она скоро поправится.

— Я полагаю, что вы какое-то время изучали фуиндзюцу, и секреты Инь, духовной энергии, — продолжил я, игнорируя его кривляния.

— Возможно, возможно.

— Ваш слепок души, что находится в той печати, очень аппетитно пахнет.

Взгляды присутствующих изменились. Шиноби напряглись. Цунаде выглядела ещё более разочарованной в старом напарнике, хотя казалось, куда ещё? Сам Орочимару больше не улыбался.

— Интересное наблюдение. Способное вызвать настоящую тряску среди людей, верующих в такие тонкие материи, — протянул мужчина, не сводя с меня глаз, будто кобра, сконцентрировавшаяся на добыче. — Но, даже будь это правдой, я не вижу, к чему ты клонишь, Хаку-кун.

— Пусть многие не осознают этого, но разделение души на части не создаёт новые или копирует старую, — уточнил я. — Разумеется, между слепком и оригиналом могут и обязательно возникнут различия, чем больше времени проходит, но между ними всегда остаётся невидимая связь. По которой довольно просто найти всё целое. И не только найти, но и воздействовать.

Орочимару застыл, не двигаясь.

— …Подозреваю, что у вас появились идеи о встрече с Анко. Я не могу вам приказывать, поэтому лишь предупрежу. Это будет весьма опрометчивым и запоздалым решением, — продолжил я после паузы. Наглая ложь, но достаточно правдоподобная, чтобы он не посмел рисковать.

— И мы так мило беседовали, — пожаловался Орочимару, вновь улыбнувшись. — Но ты ведь понимаешь, что такой план тоже не обойдётся без… Необходимых жертв? И как Цунаде-химе отнесётся к ним, хм? — он перевёл взгляд на блондинку. — Учитель умрёт от моих рук, а я, судя по всему, стану национальным героем. Недурно, как скажешь?

Цунаде ничего не ответила, молча смотря на свои руки под обеспокоенным взглядом Шизуне.

— А Джирайя? — продолжил нукенин, не переставая улыбаться. — Только представь его лицо! Увидь он тебя с Хаку-куном, увидь он меня… Как думаешь, учитель призовёт его скоро? Возможно, мы даже скрестим оружие в битве. Ах, я начинаю вспоминать старые добрые времена…

— …Хорошо, — тихо сказала Цуна. Одно слово прозвенело в внезапно упавшей тишине.

— …Что, прости? — моргнул нукенин.

— Я не испытываю слепой любви к учителю, что бы ты не думал, Орочимару, — хмыкнула девушка. — Почему ты так удивлён? Думаешь, я не понимаю, в какой грязи он измазался со своим старым дружком? Не только ты изучал секретные документы. Не только из-за Дана и Наваки я покинула Коноху. Мне будет неприятно, но я переживу его смерть. Но запомни вот что, — она легко ударила сжатым кулаком по столу, заставив дорогое, прочное дерево жалобно крякнуть. — Я буду пристально наблюдать за твоими действиями. Насколько аккуратно ты ведёшь себя. Сколько смертей после себя оставляешь. И если мне покажется хоть на мгновение, что ты переступил черту? Ты узнаешь, что чувствовал Какузу в момент своей финальной смерти.

— …Ох, ты меня прямо засмущала, — помахал себя ладонью Орочимару — Так ли себя чувствуют простые люди после признания в чувствах? Кажется, у меня аж закружилась голова от переполняющих меня эмоций. Принцесса, как я рад, что увидел тебя такой…

— Тьфу. По тебе всегда рыдал театр Кабуки, — скривилась куноичи. — …Пусть Якуши принесёт нам технику и останки. До Экзамена.

— Подожди-подожди, — засмеялся Орочимару, — Жадность — всякому горю начало. Если я так просто всё отдам, то у вас не останется причин мне помогать! Кабуто-кун, меня хотят облапошить!

— Как страшно жить, Орочимару-сама, — спокойно ответил парень, поправив очки.

— Мы согласны и просто на останки Узумаки, — произнёс я.

— Ну конечно вы согласны. Тогда вам останется выбить технику из не особо сопротивляющегося Хокаге и твои цели окажутся достигнуты. Я могу предложить вам лишь сам Эдо Тенсей, исключительно в качестве жеста доброй воли.

— Модифицированный? — уточнил я.

— Интересуешься моими скромными усилиями, Хаку-кун? — лукаво улыбнулся Орочимару. — Однако, вынужден отказать. Мне ведь и самому потом использовать Нечестивый Призыв. Кто знает, что сможет подготовить ужасный Мастер Печатей, если увидит его структуру?

— Тогда передашь нам оригинальное киндзюцу в течение недели, — хмыкнула Цунаде. — Раз уж у тебя уже готова твоя особая версия.

— Ожидайте ещё одного визита Кабуто-куна. Может, он даже не будет стесняться моего присутствия, и вы сможете вдоволь наговориться о чудесах медицины. Разве не замечательно?

— …Мы и так работаем вместе в госпитале, Орочимару-сама.

— Ох? Ну ладно, — разочарованно пожал плечами нукенин. — Если вам нужно будет со мной связаться, ты знаешь, как, Цунаде. Было приятно увидеть тебя вновь.