Чтение онлайн

Небо в иллюминаторе потемнело, стало густо-фиолетовым. В чернильной глубине проступили звёзды.

— Сейчас включатся двигатели.

За бортом раздался нарастающий гул. На грудь легла тяжесть, как будто невидимая ладонь вдавила меня в кресло. Лина в соседнем кресле сдавленно вздохнула. Я успокаивающе погладил её руку.

Время ползло медленно, словно струйка тягучего дикого мёда по стволу дерева. Внезапно гул за бортом стих. Давящая ладонь исчезла.

— Невесомость, десять минут. — Фолли взглянул на какой-то экран и поправился. — Одиннадцать. Можете поплавать, только осторожно.

Я немедленно щёлкнул замком ремня и взмыл над креслом, словно ангел над райским садом. Меня охватила лёгкость, которую трудно передать словами. Отчасти это было похоже на погружение в воду. Но вода всё-таки выталкивает тебя вверх. А сейчас я просто висел между решётчатым металлическим полом и гладким пластиковым потолком.

Я осторожно повёл рукой в сторону. Пол и потолок мгновенно поменялись местами. Меня замутило, и я вспомнил предостережение Дина. Медленно повернул голову и взглянул на Лину. Она сидела, зажмурив глаза, и держалась за подлокотники так сильно, что пальцы побелели.

— Вернись в кресло, Ал! Сейчас будет разворот, — сказал Фолли.

Это было не так-то легко. Несмотря на все мои старания, кресло оставалось вне досягаемости. Я принялся отчаянно извиваться всем телом, словно червяк на солнцепёке и повис, почти касаясь головой пола. Фолли недовольно поморщился, протянул руку и легонько подтолкнул меня. Я дотянулся до подлокотника, вцепился в него и подтянул себя к креслу.

Не успел я застегнуть ремень, как почувствовал короткий толчок в левый борт шлюпки. Звёзды в иллюминаторе поплыли в сторону. За ними в поле зрения вплыл огромный изумрудно-фиолетовый шар.

— Вот она, ваша Местрия! — торжественно сказал Фолли. — Нравится?

Не то слово! Я буквально задыхался от восторга, разглядывая извилистые очертания материка и тени от огромных облаков на тёмно-синей глади океана.

Снова гул двигателей за бортом. Тяжесть опять сдавила грудь, мешая дышать.

— Режим торможения. Разворот к шлюзу.

Короткий толчок в правый борт. Местрия уплывала из иллюминатора, скользили яркие точки звёзд в угольной черноте, их место занимал огромный металлический корпус. Мы медленно падали прямо на него.

— Тридцать секунд до стыковки. Двадцать. Десять.

Панели корабельного корпуса раздвинулись, образовав огромный проём. Шлюпка медленно влетела в него. Щелчок. Магнитные зажимы подхватили шлюпку, намертво прижали её к полу бесконечного ангара. Проём закрылся, оставляя звёздное небо за бортом. Словно рассерженная змея, зашипел воздух, уравнивая давление.

На пульте тревожно замигала красная лампочка. Затем она погасла и через мгновение загорелась ровным зелёным светом.

— Прибыли, — будничным голосом произнёс Фолли, отстегнул ремень и поднялся с кресла.

***

Пока мы шли по ангару, я насчитал два десятка шлюпок, стоящих ровными рядами. Блестящие, со скруглёнными обводами, они были похожи на капли, оставшиеся на траве после дождя.

— Для чего так много шлюпок? — спросил я у Фолли, но он не услышал, или сделал вид.

Мы подошли к ряду одинаковых прямоугольных створок в стене ангара.

— Лифтовые кабины, — сказал Фолли. — Сейчас мы поднимемся на исследовательскую палубу. На ней находятся лаборатории и госпиталь.

В этот момент двери одной из кабин раздвинулись. Оттуда двумя шеренгами выбежали люди в одинаковых черных комбинезонах и шлемах с оружием в руках. Их было не меньше тридцати.

— Быстрей, быстрей! — покрикивал человек, бежавший позади группы. На груди его костюма была нашита горизонтальная серебряная полоса.

Я сделал шаг назад. Лина прижалась ко мне. Не обращая на нас внимания, люди с оружием подбежали к одной из шлюпок. Её шлюз открылся, и люди втянулись туда, словно водяная змея под корягу. Я посмотрел на Фолли.

— Это военный корабль, Ал, — сказал он. — На нём всегда есть десантные подразделения.

Фолли вынул из кармана пластиковый прямоугольник и прижал его к датчику. Двери лифта открылись. Мы вошли в просторную кабину. Тихо загудели моторы, и кабина тронулась вверх.

Мы поднялись на исследовательскую палубу. Длинный широкий коридор с множеством дверей уходил куда-то в бесконечность. Я не в первый раз удивился, как огромен корабль. Интересно, как его смогли построить? Я спросил об этом Фолли.

— Такие корабли собирают прямо в космосе, на орбитальных верфях, — ответил он. — Как правило, верфь находится на орбите планеты, богатой металлами. Элементы корабля изготавливают на планете, затем поднимают в космос и монтируют там.

— А сколько планет входит в Галактическое Содружество?

— Семьдесят четыре обитаемых планеты и больше двухсот промышленных, — ответил Фолли. — Не считая шахтёрских поселений в поясах астероидов. В своё время с Земли отправили более семисот экспедиций к разным планетным системам. Мы только-только начинаем устанавливать с ними отношения.

Мы подошли к дверям с красным крестом и надписью «Госпиталь». Фолли нажал кнопку на стене. Двери открылись. Нас встретила симпатичная темноволосая девушка в облегающем белом комбинезоне. На её скуластом лице сияла такая открытая улыбка, что я невольно ухмыльнулся в ответ. Лина с подозрением посмотрела на меня.

— Проходите, — сказала девушка. — Доктор Трейси вас ждёт.

Мы прошли в кабинет доктора. Миниатюрная блондинка встала и-за стола и окинула нас прежним суровым взглядом.

— Очень хорошо, что вы прилетели, — деловитым тоном сказала она. — Есть некоторые сложности с пациентами.

При этих словах у меня внутри похолодело.

— Ничего серьёзного, — продолжила Трейси. — Илии и Стипу сделали операцию. Опухоль головного мозга. Очевидно, это наследственное. Мне нужно, чтобы вы доставили для обследования всех их родственников.

— С ними всё будет в порядке, доктор Трейси? — спросил я.

— Безусловно, — отрезала Трейси. — Но необходимо дальнейшее наблюдение. Что касается вашего отца, юноша — он практически здоров.

— Значит, мы можем его забрать?

— Пока нет. Есть непонятная динамика в анализах крови. При поступлении в госпиталь в крови всех пациентов были обнаружены следы неизвестного токсина. В повторных анализах этих следов нет. Предполагаю, что дело в составе пищи на планете. Чтобы проверить это, мне нужно взять пробы крови у вас. Кстати, как поживает доктор Ханс?