Чтение онлайн

Это что еще за нечисть?!

Как бороться с бесами и им подобными Мирослава еще не знала. Точнее, кое-что они изучали на дополнительных занятиях для подготовки к Морной сечи, но сейчас все эти знания вылетели из головы с собственным криком. Руку прожгла боль, и девочка втянула воздух сквозь сжатые зубы. Хватка прекратилась так внезапно, что Мирослава, потеряв равновесие, рухнула на правый бок, в левой руке продолжая держать этот злосчастный сосуд. Шар света потух в тот же миг, как по телу прокатилась боль, но в гробницу откуда-то лился свет. Пользуясь этим и не задумывая над природой сего явления, Мирослава вскочила на ноги и, спотыкаясь о камни, побежала на выход.

Прижимая к себе горшочек, взмахнула рукой, и дверь, снова заваленная землей, со взрывом вылетела из петель, освобождая проход. Пробираясь по завалу, девочка в запале попыталась оценить обстановку. А обстановка удивляла! Парни, наконец объединившись, стали настоящей командой. Никите удалось поддерживать воздушную магию, которая создавала вокруг змея щит, и огонь не выходил за его пределы. Женька и Ваня, один на земле, другой на ковре, плели заклятья путов, которые обвивались вокруг змея, постепенно его обездвиживая. А чтобы легче это было делать, волк петлял вокруг трехглавого, отвлекая.

Едва только Мирослава выбежала из кургана и отбежала в сторону, как каменистое сооружение вдруг задрожало и с грохотом стало рушиться. Именно это сбило всю слаженную работу по обезвреживанию змея. Никита, отвлекшись, потерял концентрацию, и щит ослабел. Змей дернулся в сторону, и Ваня, державший путы, сорвался с ковра, полетев вниз. Путы, намотанные на его кулак, не дали ему рухнуть на землю, однако, столкновение с твердой броней змея оказалось столь же неприятным. Он, скривившись, подтянулся, пытаясь зацепиться пальцами за небольшие гребни на спине чудища. И хоть парень давно не был человеком, все же и полноценным мертвецом считать себя не мог. Не обладал той скоростью и силой, которая наполняла воскрешенных упырей, и сейчас как никогда жалел о своей человеческой сущности. Интересно, если упадет, разобьется насмерть или будет лежать на земле со свернутой шеей, но при этом все понимая?

Женька оценил масштаб разворачивающейся трагедии и, не думая, рванул к Горынычу, забегая на него по его же хвосту, который в тот момент опустился к земле. Змей взревел, и пламя вырвалось дальше положенного. Бок волка, за которым змей наблюдал всеми тремя головами, мигом затлел, и Яромиру пришлось рвануть за насыпь, припадая к земле, чтобы затушить начинающийся пожар из собственной шерсти. Совпадение это было, или удача сегодня ему благоволила, но он оказался в том месте, куда кинул перед обращением свой клинок. Подползя ближе, понял, что змей отвлекся на что-то другое, поэтому прыгнул через холодное оружие, что по самую рукоять впивалось острием в землю.

Одежда, слава Перуну, осталась на нем, хотя выглядела так потрепанно, будто он странствовал в ней уже который гол: в пыли, пепле, кусках грязи, кое-где порвалась, а в районе левого бока так и вовсе оказалась подпалена. Адреналин кипел в крови, и, вскочив на ноги, парень побежал к кургану, игнорируя боль от ожога в боку. Яромир не знал, что там произошло, но ноги у него сводило судорогой от страха. Едва только увидел подругу, застыл на месте, открыв в изумлении рот. Мирослава, стоя на дрожащей земле, вытянула к небу руки, а прямо с красного небесного зарева спускалась полоска яркого изумрудного северного сияния. Оно послушно стекалось в ее ладони, обвивало руки, наполняя силой ту, что сумела его призвать. Чувствуя приятный холодок, девочка развела руки в стороны, и сияние растянулось от ее пальцев до самого неба широкой переливающейся полосой.

Тем временем Женька, цепляясь за гребни змея, наконец добрался до места, где висел Ваня. Подцепив его за капюшон ферязя, подтянул выше. Делать это оказалось нелегко, поскольку змей двигался, а три его головы не давали быть незамеченными. К ним повернулась та, что была средней, и, взревев, оповестила двух других о том, что на их спине сидят безбилетники.

— Черт! — выругался Тихомиров, но его прервал крик Полоцкого:

— Все ко мне! — тот летел к ним на ковре, вовремя сообразив, кому сейчас нужна помощь больше всего. Парни прыгнули на ковер, а змей, решив проводить их ярким праздничным пламенем, вдруг задохнулся дымом.

— Я, кажется, его тоже слышу! — радостно крикнул Никита, обуздав магию воздуха, не дающую распалиться огню в глотке змея. — Он… эм, раздосадован!

— Тогда попроси его нас не убивать! — заорал в ответ Женька.

Северное сияние, появившееся на красноватом небе Нави, полностью подчинялось одной ведьме, которая сейчас плела из него свои путы. Они, представляя собой красивые переплетения из изумрудно-фиолетовых переливов, приковали чудище к месту с такой легкостью, что даже не верилось. Самый кончик небесной нити скользнул по трем мордам, сжав их челюсти и не давая выдыхать огонь.

Никита, услышав сразу в трех головах змея панику о невозможности атаковать, облегченно опустил руки, чтобы ослабить воздушную магию: она больше не требовалась. Он, перескакивая через комки земли и груды камней, которые раньше представляли собой курган, успел подхватить пошатнувшую подругу в тот же миг, когда ковер, коим управлял Яромир, подхватил их обоих и стал подниматься выше, унося их прочь от проклятой земли, на которой сейчас пылало пожарище. Полоцкий склонился над подругой, лежащей на спине с закрытыми глазами и прижимающей к груди тот самый горшочек. Он обеспокоенно спросил:

— Ты в сознании?

— Да, я в норме, — ответила Мирослава, облизав пересохшие и пыльные губы.

— Нашла то, что нужно? — спросил Тихомиров, потрепав подругу по волосам. Он видел, что в руках она держала свою находку, а спросил лишь для того, чтобы разговорить и не дать ей провалиться в небытие. В Нави это представляло опасность.

— Да. Держи! — делала она это все с закрытыми глазами. Женька принял горшочек и, поймав взгляд Яромира, понимающе отвернулся, словно оказался третьим лишним.

Распахнув веки, Мирослава заметила на себе пристальный взгляд друга. Яромир все еще не сводил с нее встревоженных глаз.

— Ого! У тебя радужки светятся желтым!

Он облегченно выдохнул и даже улыбнулся в ответ на ее отчего-то счастливую улыбку.

— А твои горят небесным огнем!

Мирослава привстала, оглядев парней: все они выглядели потрепанными испытанием, но, кажется все остались целы. Ковер несся вперед, и ветер трепал их волосы, в которых осел пепел.

— У меня там все пошло не плану, — быстро заговорила Мирослава, и парни разом обратились в слух.

— Кстати, почему курган разрушился? — спросил Никита, сидя на коленях. Стоявший рядом Ваня заинтересованно слушал.

— Вот этого я не знаю…

— Там что-то произошло? — Яромир не сводил с нее своих желтых, как у волка в темноте, глаз.

— Сначала я не могла найти сосуд, все время барахлила магия, а в самой гробнице меня схватили за руку…

— Что?! — Женька непонимающе нахмурился.

— Будто чья-то рука, я не видела остального тела, было слишком темно. Она поцарапала меня. Вот! — девочка и сама впервые обратила внимание на то, что ее левое запястье, все еще немного кровивившее, обзавелось поперечным порезом и синяками. Кончики пальцев и вовсе… почернели.