Чтение онлайн

Я кашлянула. Скрипнуло приоткрытое окно, ветер вздохнул занавеской, я помялась еще с полминуты и решительно направилась к двери, подписанной «Декан».

Это было неожиданно. Во-первых, я была уверена, что в кабинете декана — декан. Во-вторых, не декан находился в кабинете в такой позе и в таком виде, будто был у себя дома. Развалился в кресле, расстегнув форменный жилет совсем, а рубашку на две трети. Несколько амулетов на цепочках разной длины лежали на груди мужчины и чуть приподнимались от неспешного дыхания, мантия свисала с подлокотника на пол. Единственное в кабинете окно было прикрыто тяжелыми темно-лиловыми шторами, свечи горели, и в кабинете от них было душновато, пахло странно и на виски давило. Как и неприятный тяжелый взгляд исподлобья.

— А… Де… Ку… Э… Доброе утро, куратор.

— Вы вспомнили, как пользоваться речью? Удивительно. — Мужчина закинул ногу на ногу и даже не попытался привести одежду в порядок. — Что вам от меня надо?

— От вас — ничего. Я не к вам пришла, а к декану Мортравену. Он здесь?

— Как видите, — и так дернул кистью, будто предлагал проверить, не прячется ли декан в шкафу, таком же массивном, как тот, что стоит у меня в комнате. Наверняка такой тип не только свои шкафы скелетами набил, но и в чужие по парочке насовал.

Я старалась быть вежливой и говорить нейтрально, но выходило не очень. Сложно вести себя прилично, когда собеседник настолько к тебе не расположен, слова цедит, будто одолжение делает, а я должна радоваться уже тому, что на меня вообще реагируют.

— Могу я узнать, когда он будет? — сделала я очередное усилие.

— Во второй половине дня, ближе к вечеру. Может быть. Что вам нужно от него?

— Не ваше де…

Я всё же успела замолчать до того, как яма, в которую меня мысленно закапывал куратор, стала настолько глубокой, что без лестницы не выбраться. А неприятный преподаватель даже не скрывал разочарования, что не случилось повода наказать меня за грубость, впрочем…

— За хамство преподавателям здесь наказывают.

— Я ничего не сказала.

— Но собирались, — губы Витравена растянулись в улыбке, в темных зрачках зажглось по огоньку, как у оборотня, а сам он отклеился от спинки кресла и чуть подался вперед. Рубашка разошлась еще сильнее, гроздь амулетов, каждый на своей цепочке, качнулась и брякнула о край стола.

Язычки свечей вздрогнули, запах будто стал сильнее, а в кабинете сделалось ощутимо жарче. Или это мне на воздух пора?

— Спасибо за предостережение, куратор, я зайду позже, — с трудом поборов желание облизать пересохшие губы, сказала я и поторопилась выйти.

Хотелось как можно скорее отгородиться от взгляда, улыбочки, кулонов, поскребывающих по краю стола, и остальных зрелищ хотя бы дверью. Двумя. И коридором с лестницей. И вообще не видеть как можно дольше. Но тут уже ничего не сделать. В расписании имелось несколько дисциплин, которые вел куратор — заметила на информационной доске, когда шла к лестнице. Там как раз кто-то сверялся, увеличил часть общей таблицы, проведя пальцем по интересующей строке.

Но только моя рука легла на ручку двери…

— Айдин.

Я дернулась и застыла, будто меня к полу приморозили. Случалось. Стихийники — те еще шутники, особенно в общежитии, где шанс попасться во время шалости на глаза преподавателю в разы меньше, чем в учебном корпусе.

— Айдин, — повторил Витравен, и я обернулась, но дверную ручку из рук не выпустила. — Без шансов.

Он все еще улыбался, чуть-чуть.

— Что вы имеете в виду, куратор?

— Ваше прошение о переводе. Какую причину вы указали? Отсутствие достаточных оснований? Исключительное право на то и исключительное, Айдин, а тьма не игрушки.

— Я не… не темная.

— Неужели? Уверены? Я не могу показать вам ваше личное дело, но поверьте на слово, основания для перевода были. За вами наблюдали весь год. За всеми медиумами наблюдают. Вы прокололись на экзамене.

— Я блестяще сдала экзамены, лерд Витравен.

— Точно. Особенно экзамен по контактам с бестелесными сущностями. Один нюанс, Айдин. Вы не просто вступили в контакт с уже обитающим на нашем плане бесом, вы призвали из небытия тень. Разницу улавливаете? Нет? — Он будто издевался. — У вас в расписании есть занятия программы первого курса, по которым вам нужно будет сдать зачеты, так что скоро поймете, если по какой-то причине прохлопали этот момент во время одной из лекций по «Цветам магии».

Я понимала разницу между обычным бесом и тенью, потому что всегда исправно посещала занятия и была внимательна и усердна, но решила, что мои возражения лишь позабавят и вызовут новые насмешки.

— Благодарю за информацию, куратор, я зайду позже, когда здесь будет декан Мортравен, — сказала и потянула дверь на себя.

На сей раз он дал мне ступить на порог прежде, чем окликнуть, и снова то же чувство: ноги будто прилипли к полу.

— Айдин. Уберите волосы. Сейчас. — Насладился моим недоумением и добавил: — Возьмите ваши волосы и поднимите, как если бы собирались сделать пучок.

Наверное, не будь я так изумлена странной просьбой, больше похожей на приказ, просто вышла бы за дверь, но руки уже делали, что велено.

— Выше, Айдин, как носят благородные лерды. Вы же не простолюдинка, — продолжал командовать куратор.

Собранные волосы едва помещались в одной руке. Я не зря гордилась своим ярким солнечным богатством, которое отчего-то так неприятно Витравену.

— По-прежнему ужасно.

— Я не понимаю, — в замешательстве сказала я и опустила руку. Рыжие пряди, которые я перед выходом тщательно расчесала, приподняла у висков и закрепила заколками, рассыпались по плечам.

— Подумал, вдруг вы будете меньше меня раздражать, если прижмете этот рыжий беспредел шпильками. Но вам не везет. Кстати, брюки идут вам больше.

— Что? Почему? — А я уж думала, что лимит изумления на сегодня исчерпан.

— Так вы хотя бы приблизительно похожи на женщину, а не на цыпленка с тощими щиколотками, — ответил мужчина.

У меня, кажется, даже колени покраснели, не говоря уже о лице, а уши ощущались, как два раскаленных угля.

Что происходит? Преподавателя должна интересовать успеваемость, а не… щиколотки. Какое ему вообще дело до моих ног в брюках или без, волос и происхождения? Разве правило о равных правах всех адептов в академии, независимо от статуса за ее стенами, упразднили? Или это был способ дать мне понять, что обо мне всё-всё известно?

А что касается перевода, я не отступлюсь, пока не поговорю с ректором Асмардом. Подписать прошение у Мортравена можно и после занятия. Да, так даже лучше будет. Не придется снова идти в кабинет, рискуя столкнуться с куратором один на один.

Время было еще даже не обеденное, но я чувствовала себя так, словно целый день прошел. Толку особого нет, зато впечатлений выше головы. А еще занятия, которые закончатся только к полуночи: три лекции и практика.