Чтение онлайн

Лучше бы и дальше игнорировали, чем так смотреть.

— Ты уже? — горланила жертва эльфийской медицины. — Жаль, а я только собирался поесть в приятной компании. Ну ничего. Я здесь еще надолго, ты тоже задержишься года на три, успеем вместе пообедать. По рукам?

Я пообещала обедать с ним при всяком удобном случае, а также завтракать и ужинать, а сама поторопилась отнести поднос с посудой. Время, которое тянулось резиной в столовой, вдруг рвануло в галоп, и я вновь рисковала опоздать на первый урок.

За учебниками и тетрадями пришлось бежать в общежитие бегом и так же бегом в учебный корпус.

Первое сегодняшнее занятие было на минус втором этаже, как и вчера, но спускалась я туда по лестнице за зеркалом, а не шагала сквозь стекло. Сначала подошла, на пробу потыкала в стекло пальцем, поймала в отражении пренебрежительный взгляд проходившего мимо старшекурсника и сделала вид, что просто поправляю волосы.

На урок не опоздала, хотя лестница вниз преподнесла сюрприз. Шедшие впереди меня адепты все как один перешагнули две последние темные ступеньки. Я посчитала это местным факультетским суеверием, не стала за ними повторять, но когда мои ноги коснулись черного мрамора, я мгновенно оказалась там же, откуда начала спуск — на первой ступеньке лестницы, рядом с поддерживающими зеркало опорами. Хорошо, что Триш не увязалась, сейчас бы рыдала. От смеха. Выражение лица у меня, должно быть, было презабавное.

В аудиторию я вбежала вместе с первым гонгом и снова застыла в нерешительности. Что на факультете темной магии не так с первыми партами? Очень подозрительно. Нужно будет узнать об этом у Триш или у Эвила. А заодно спросить, насколько раньше нужно прийти, чтобы сесть хотя бы на второй ряд.

Судя по количеству адептов в небольшой аудитории, здесь была только моя группа, она же отделение призыва и изгнания. Негусто. Двенадцать человек (кажется, действительно только человек) и я — тринадцатая.

Женщина, вошедшая в аудиторию со звуком второго гонга, была поразительной. И первое, что меня в ней поразило — высота каблуков на сапожках. Совершенно не представляю, как на подобном можно просто стоять, не говоря уж о том, чтобы уверенно и стремительно передвигаться.

Миниатюрная брюнетка замерла рядом с кафедрой, окинула взглядом присутствующих, щелкнула языком и, чуть склонив голову набок, представилась:

— Профессор Лиана Бз. Магистр Бз. Лерда Бз. Можно комбинировать, как душеньке угодно, и даже без Бз. О-о…

Пальчик с острым ярко-красным ногтем тут же взлетел вверх и покачался из стороны в сторону, останавливая зарождающуюся в адептских рядах волну спонтанного кашля, маскирующего смех.

— Мою фамилию потом обсудите, зайки. Сейчас ваша задача — ее запомнить. Курс называется «Темные проклятия», в конце каждого семестра у вас случится или не случится зачет и экзамен в конце года. Видеться мы будем всего дважды в неделю, но очень качественно. Зачем призывающим и изгоняющим проклятия? Всё просто, солнышки. Очень часто то, что выглядит как одержимость бестелесной сущностью, есть не что иное, как темное проклятие. Можно открыть учебники на странице сорок и сравнить с тем, что вам весь прошлый год пытался вдолбить и продолжит вдалбливать в этом магистр Витравен. Это и будет темой сегодняшнего занятия. Не магистр, адептка Сильф, а признаки темных проклятий и как их отличить от одержимости.

На сей раз смешки, даже не замаскированные кашлем, никак не пресеклись. Я, надеюсь, незаметно покосилась на девушку, уличенную в излишне бурной реакции на фамилию куратора. Именно так я себе и представляла женщин темных магов: черные волосы, черные глаза, алое пятно рта, кожа как самый дорогой белый фарфор с южного побережья, длинная шея, осанка королевы и красивые кисти с тонкими пальцами. Девушка сидела через стол от меня по диагонали на третьем, последнем ряду.

— Почему мы начинаем с середины первого раздела, а не с начала, профессор? — спросил болезненного вида светловолосый парень.

— Потому что учебники пишут теоретики, моя прелесть, а не практики, и потому что учебники очень редко соответствуют реальному положению вещей. У меня свой взгляд на первоочередные задачи, адепт Денер, так что к учебнику вам придется взять еще несколько книг, и часть из них с курсов других факультетов.

— Но нам не дадут этих учебников в библиотеке! — возмутился кто-то позади меня.

— О, действительно, как я могла забыть, — притворно смутилась Бз. — В таком случае вам придется тщательно конспектировать лекции или завести личные знакомства вне факультета темной магии, чтобы добыть материал для подготовки к лабораторным, которых у нас будет две за семестр. Копии со списком необходимой литературы я оставлю на кафедре, разберете после занятия, а теперь прочтите уже кто-нибудь эти признаки и начнем работу. Давайте-ка вы, адептка… Айдин, верно? — профессор смотрела на меня, я кивнула, подтверждая, что фамилия названа верно, и дернулась подняться. — Вставать не обязательно, птичка, я не настолько тщеславна. Чудесные волосы. Вы как солнечный блик в этом темном царстве.

Я прочла. Чего там только не было: «полоса невезения», чувство необъяснимой тревоги, ночные кошмары, сны наяву, ухудшение здоровья, резко наступившая худоба или тучность, изменение облика (цвет волос и глаз, пигментные пятна на коже, раннее старение) и прочее. Забавно, что половину из перечисленного почти наверняка испытывает каждый прорицатель и медиум.

— Интенсивность одолевающих проклятого симптомов в момент «укоренения» напрямую зависит от силы проклятия, — закончила я.

— Силы того, кто проклятие наложил? — уточнил Денер.

Профессор разрешила задавать вопросы, и адепт, наверняка отличник, тут же принялся спрашивать.

— Нет. Именно от силы самого проклятия. Чем больше проклятие было произнесено, тем оно сильнее, — ответила Бз.

— То есть можно каждый день бубнить «типун тебе на язык», и кто-то ласты склеит от болячек во рту?

— Не совсем. Чем больше живущих когда-либо произносили формулу, вкладывая в слова магию или, за неимением магии, эмоции и часть себя, тем мощнее и разрушительнее проклятие. Да-да, любой проклинающий отдает часть души, и это не фигура речи. Как раз за счет этой энергии сила воздействия и возрастает. Так что кто-нибудь через несколько сотен тысяч лет действительно может, как вы сказали, адепт Денер, склеить ласты от болячек во рту. Но это всё обычные проклятия, подчиняющиеся общим правилам и классификациям. Существует группа проклятий вне класса, и сильны они тем, что отбирают душу и жизнь проклинающего целиком, независимо от того, когда, кем и сколько раз были произнесены. Избавиться от такого «подарка» либо почти невозможно, поскольку цена избавления несоизмеримо высока, либо невозможно в принципе. Но об этом на другом занятии. Открывайте тетради. Записываем…

...

После двух часов «Темных проклятий» в расписании значилась «Некромагия», и я твердо вознамерилась воспользоваться этим в личных целях — попросить декана подписать прошение. Однако мне следовало чаще смотреть на указатели, а не планы строить. Ребята из группы продолжали меня игнорировать и после завершения урока умудрились так быстро похватать списки, что подготовила магистр Бз, и покинуть аудиторию, что, когда вышла я, последней, никого из них уже не было. А я свернула не в ту сторону. Пока сообразила и вернулась, первый гонг к началу следующего занятия уже прозвучал.

К двери в большую лекционную аудиторию мы с деканом Мортравеном подошли одновременно.

— Добрый д… ве… Здравствуйте, профессор.

— Адептка Айдин. Вы на все занятия намерены опаздывать или исключительно на мои? — поинтересовался декан.

— Второго гонга еще не было.

— Сейчас будет.

Рука Мортравена лежала на дверной ручке, но я стояла так, что даже если он откроет дверь для себя — я проскользну первой и не опоздаю. Но когда прозвучит, будет уже неважно, кто первым вошел.