Чтение онлайн

Весь двор перед домом был заполнен людьми. Слуги в парадных одеждах, воины в сияющих доспехах, музыканты с цитрами и флейтами. И повозки — десятки повозок, гружёных сундуками, коробами, свёртками, перевязанными алой парчой.

Помолвочные дары.

Это были помолвочные дары.

А в центре этого великолепия, на белом коне, в одеждах из золотого шёлка, с высокой причёской, увенчанной нефритовой шпилькой, восседал ОН.

Линь Янь.

Мой генерал. Мой жених. Моя любовь.

— Госпожа! — Тао-Тао схватила меня за руку. — Госпожа, это же...

— Я знаю, — выдохнула я, чувствуя, как слёзы застилают глаза.

А потом я побежала.

Босиком, в одной тонкой сорочке, с распущенными волосами — нарушая все мыслимые и немыслимые приличия. Я бежала по коридорам, через зал, через веранду, вниз по ступеням во двор, и ветер свистел в ушах, и сердце колотилось где-то в горле, и мир вокруг исчез, растворился, остался только ОН.

Линь Янь спешился, едва я появилась на крыльце. Он тоже бежал ко мне, забыв о достоинстве, о статусе, о том, что на нас смотрит полдвора.

Мы столкнулись посередине, и я влетела в его объятия, как птица влетает в распахнутое окно, — отчаянно, радостно, дрожа всем телом.

— Янь-Янь! — рыдала я, вжимаясь в него, вдыхая родной запах, чувствуя тепло его тела. — Ты вернулся! Ты вернулся!

— Вернулся, — голос его дрожал, срывался. — Обещал ведь. Сказал, что вернусь — и вернулся.

Он сжимал меня так крепко, словно боялся, что я исчезну, растворюсь, испарюсь, как утренний туман. Целовал мои волосы, мои мокрые от слёз щёки, мои губы — жадно, отчаянно, не обращая внимания на то, что мы стоим посреди двора под десятками взглядов.

— Ты даже не оделась, дурочка, — прошептал он мне в ухо, но в голосе его звучала такая нежность, что у меня подкосились колени.

— Ты приехал, — только и могла ответить я. — Ты приехал.

— Приехал просить твоей руки. Как положено. — Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза. — С дарами, с музыкой, с соблюдением всех обычаев. Я хочу, чтобы весь мир знал: Вэй Сяомин станет моей женой.

Сняв с себя плащ, Линь Янь поспешил укутать меня в него. Он улыбался, продолжая прижимать меня к своей груди, смотрел с такой нежностью, что все невзгоды, оставшиеся за спиной, теперь казались всего лишь обычным кошмаром.

Из-за его спины выступил Ли Сан с важным видом, который портила только счастливая улыбка до ушей. Он развернул свиток и начал зачитывать:

— От имени принца Даяо, регента королевства, генерала Линь Яня, преподносятся помолвочные дары достопочтенному семейству Вэй! Десять сундуков шёлка лучших расцветок! Двадцать коробов чая с высокогорных плантаций! Тридцать лянов золота в слитках! Нефритовые украшения работы лучших мастеров! И...

Он продолжал перечислять, а я смотрела на Линь Яня и не могла насмотреться. Такой красивый, такой родной, такой мой.

— Ты сумасшедший, — прошептала я. — Это же целое состояние.

— Для тебя — ничего не жалко, — ответил он, касаясь губами моего лба. — Ты стоишь большего.

Сзади раздалось деликатное покашливание. Мы обернулись — на крыльце стоял отец. Строгий, величественный, в парадных одеждах, с выражением лица, не предвещающим ничего хорошего.

Линь Янь мгновенно отпустил меня, выпрямился и склонился в глубоком поклоне.

— Господин Вэй. Я пришёл просить руки вашей дочери.

Отец смотрел на него долго, очень долго. Потом перевёл взгляд на меня — босую, растрёпанную, счастливую до безумия — и вздохнул.

— Проходите в дом, генерал. Не по-людски во дворе такие вопросы решать.

Линь Янь выдохнул с облегчением, бросил на меня быстрый счастливый взгляд и зашагал к крыльцу. А я осталась стоять посреди двора, чувствуя, как сердце поёт от счастья.

— Госпожа, — Тао-Тао подбежала ко мне с халатом и тапками. — Госпожа, вы простудитесь! И одеться надо! Вас же сейчас за стол посадят, невесту!

— Ах да, — спохватилась я, позволяя укутать себя. — Точно.

Но с крыльца я ещё долго смотрела вслед своему генералу, входящему в дом моего отца, и думала о том, что жизнь — удивительная штука. Ещё год назад я стояла на коленях в снегу, готовая к смерти. А сегодня... сегодня я жду своей свадьбы.

— Сяомин! — крикнул из дома Тан-эр. — Собирайся быстрее, тут без тебя никак!

— Бегу! — отозвалась я и, укутавшись в плащ, пахнувший любимым мужчиной, понеслась в дом.

Утро началось с необъяснимой тревоги, появившейся где-то глубоко внутри. Едва первые лучи солнца коснулись черепичной крыши поместья Вэй, как во дворе засуетились слуги, а матушка ворвалась в мою комнату с таким видом, словно решалась судьба всей империи.

— Вставай, соня! — скомандовала она, распахивая шторы. — Гонец от императора прибыл. Велит явиться во дворец к полудню.

Я села на кровати, чувствуя, как внутри всё сжимается. Так скоро?.. Успеем ли мы собраться? Успеем ли придумать, что говорить, если разговор пойдёт не в ту сторону?

— Матушка, — начала я осторожно, — а если император снова заговорит о моей свадьбе с принцем? Если он передумает? Что тогда? И какого принца он пророчил мне в мужья? Своего младшего брата? Или племянника?

Мать обернулась, и в её глазах я увидела ту самую сталь, что делала её истинной дочерью воинского рода.

— Да какая разница какого? Если он начнёт этот разговор снова, тогда мы напомним ему, что указ уже подписан. Что слово императора — закон даже для него самого. Что твой жених — регент Даяо, и менять своё решение в этой ситуации не только неприлично, но и недальновидно.

— А если...

— Вэй Сяомин, — мать упёрла руки в бока, и я поняла — спорить бесполезно. — Хватит накручивать себя. Иди умывайся, одевайся, и чтобы скоро ты была готова. Твой отец уже распорядился подать экипаж.

Я вздохнула, но спорить не стала. Мать права — гадать бесполезно. Надо просто ехать и быть готовой ко всему.

Тао-Тао и А-Си кружили вокруг меня, как две взволнованные пчёлки. Тао-Тао выбирала украшения, А-Си поправляла складки платья. Я смотрела на своё отражение в зеркале и не узнавала себя. Лазурный шёлк с серебряной вышивкой, высокая причёска с нефритовой шпилькой, подаренной Линь Янём, лёгкий румянец на щеках... Настоящая принцесса. Раньше я не любила так наряжаться, но сейчас должна была соответствовать полученному от Его Величества титулу. В конце концов, я принцесса.