Чтение онлайн

— Тогда я буду ждать, — он взял мою руку, поднёс к губам, и я почувствовала тепло его поцелуя на кончиках пальцев. — Я умею ждать. Главное, что теперь я знаю — ты будешь моей. Навсегда.

— Навсегда, — эхом отозвалась я.

Позади нас отец кашлянул, напоминая о приличиях. Мать что-то зашептала ему, явно укоряя за нетактичность. А мы стояли, глядя друг на друга, и знали: всё, что было — было не зря. Все испытания, вся боль, все скитания — всё привело нас к этому моменту.

— Поедем домой, — сказал Линь Янь, помогая мне взобраться в экипаж.

— Домой, — согласилась я.

И экипаж тронулся — в поместье Вэй, где нас ожидала подготовка к свадебной церемонии. Я знала, что Линь Яню придётся на некоторое время вернуться в Даяо, пока все приготовления не будут завершены, но эта мысль не страшила. Скоро мы станем неразлучными супругами, и этот брак будет куда лучше того, что я прожила в прошлой жизни.

День выдался на удивление тихим. После того, как Линь Янь уехал в Даяо улаживать последние дела перед свадьбой, братья отправились на службу, матушка с утра хлопотала по хозяйству. Я сидела в беседке в саду, перебирая целебные травы, которые А-Си недавно собрала в горах, сбежав из поместья без предупреждения, и наслаждалась покоем.

Тао-Тао принесла лунные пряники и замерла, вглядываясь вдаль.

— Госпожа, там кто-то едет, — настороженно произнесла она.

Я подняла голову. По дороге к поместью двигался всадник. Один. Без свиты, без флагов. Но даже на таком расстоянии я узнала эту прямую, гордую посадку, этот знакомый до боли силуэт.

— Это генерал Юй, — сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Приготовь чай, Тао-эр. И предупреди матушку, что у нас гость.

— Но госпожа...

— Всё хорошо, — я коснулась её руки, успокаивая. — Всё хорошо.

Юй Чжао спешился у ворот, и я вышла ему навстречу. Он был в простом сером халате, без украшений, без знаков отличия. Обычный человек, а не грозный генерал Севера. Но в его глазах, когда он увидел меня, мелькнуло что-то такое, от чего у меня кольнуло сердце.

— Молодая госпожа Вэй, — он склонился в поклоне, и в этом жесте было столько смирения, что я едва сдержала вздох.

— Генерал Юй, проходите. Негоже говорить у ворот.

Мы прошли в сад, к той самой беседке, где я только что сидела с травами. Тао-Тао принесла чай и, бросив настороженный взгляд на гостя, удалилась, оставив нас одних.

Юй Чжао молчал долго. Смотрел на чашку, на плавающие в ней листья, на свои руки, сжатые на коленях. Я не торопила. Понимала, как тяжело ему дался этот визит. Если он хотел поговорить, то мне следовало дать ему шанс.

— Я слышал, скоро состоится ваша свадьба, — наконец произнёс он, и голос его был глухим, чужим. — Приехал поздравить.

— Спасибо, генерал.

— Юй Чжао, — он поднял на меня глаза, и я увидела в них отчаянную просьбу. — Зови меня Юй Чжао. Или Чжао-эр. Как раньше. Пожалуйста.

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Как раньше... В другой жизни. Но тогда всё было совсем иначе... и всё-таки я решила исполнить его просьбу в память о хороших днях, что мы когда-то провели вместе.

— Чжао-эр, — тихо сказала я, и его плечи чуть заметно расслабились.

Он сделал глоток чая, помолчал, собираясь с мыслями.

— Я должен рассказать тебе, что делал всё это время. Пока ты... пока вы с генералом Линем боролись с тьмой, я тоже пытался. — Он усмехнулся горько. — Наверное, хотел искупить свою вину. Или просто доказать самому себе, что способен на большее.

— Я слушаю.

— Я помнил прошлое, Сяомин. Помнил Лиджуан, помнил, как она разрушила нашу жизнь. И я решил, что не позволю этому случиться снова. — Его пальцы сжались на чашке. — Я искал её. Объехал полстраны, потратил кучу времени, денег, сил. Но опоздал, ведь она уже отдала всю свою силу сестре.

— Наложнице Цзян.

— Да. Я опоздал. Опоздал, как всегда. — Он поднял на меня глаза, и в них стояла такая боль, что у меня перехватило дыхание. — Я знал, что она связана с третьим принцем Даяо. Знал, что они что-то замышляют. Но не мог понять, что именно. Слишком хорошо они прятались, слишком осторожно действовали.

Я молчала, чувствуя, как в душе поднимается волна сочувствия. Он тоже пытался. Он тоже боролся. Просто его путь был иным.

— Я перешёл границу Даяо, — продолжал Юй Чжао, и в голосе его зазвенела сталь. — Сделал вид, что хочу сотрудничать с третьим принцем. Думал, если войду в доверие, смогу узнать больше, предотвратить беду. Но он был хитер. Он общался со мной, оставляя для меня послания в тавернах, держал на коротком поводке, но не подпускал слишком близко. Слежка за ним не дала почти никаких результатов. Всё, чего я добился — узнал о его связях с императрицей Цзинь. Да и то случайно, подслушав разговор.

— Этого хватило, Чжао-эр, — тихо сказала я. — Это помогло нам. Если бы не твои сведения, мы бы не знали, с кем имеем дело. Императрица могла бы нанести удар в спину, когда мы меньше всего ждали.

Он посмотрел на меня с надеждой, словно ребёнок, который ждёт похвалы. И я улыбнулась ему — той самой улыбкой, которой улыбалась в другой жизни, когда он возвращался из походов, уставший, но такой родной.

— Ты сделал больше, чем думаешь. Каждая крупица информации была важна. И то, что ты рассказал нам о третьем принце, о его планах, о встрече с императрицей... это спасло многие жизни.

Юй Чжао сглотнул, отвёл взгляд. Я видела, как дрогнули его плечи, как побелели костяшки пальцев, сжимающих чашку.

— А ведь я мог сделать больше, — прошептал он. — Если бы не был таким слепым... если бы понял раньше... если бы...

— Не надо, — я накрыла его руку своей. Он вздрогнул, но не отстранился. — Что было — то прошло. Мы изменили эту жизнь. Вместе. Каждый сделал то, что мог. Третий принц больше не представляет угрозы. Его казнили по законам Цзинь. Теперь это станет уроком тем, кто замыслит недоброе.

Юй Чжао поднял голову, и я увидела в его глазах слёзы. Генерал Севера, гроза вражеских армий, человек, чьё имя заставляло трепетать целые государства, сидел передо мной и плакал. Плакал о том, что потерял. О том, чего не вернуть.

— Я так виноват перед тобой, Сяомин, — голос его сорвался. — Перед нашим ребёнком. Я...

— Тсс, — я сжала его руку крепче. — В этой жизни всё иначе. Ты не совершил тех ошибок. И я простила тебя. Давно простила.

Он закрыл лицо ладонями, и его плечи затряслись в беззвучных рыданиях. Я сидела рядом, не отнимая руки, и молчала. Иногда молчание — лучшее лекарство.