Чтение онлайн

В этот раз я принялась за приступ боли в позвоночнике по-другому. Мне стало понятно, что напряжение явно о чем- то свидетельствует: я в очередной раз пытаюсь избежать какой-то эмоции. Что я боюсь почувствовать? Я попыталась вникнуть в непосредственную ситуацию. Наконец-то я отправлялась в медицинскую библиотеку после столь долгих отлагательств. Но почему мне понадобилось столько времени, чтобы решиться посетить библиотеку? Что так тревожило меня в сложившейся ситуации? Я попыталась представить себе, как вхожу в библиотечный зал, окидываю взглядом полки, где должны находиться психиатрические журналы. Скорее всего, мне не удалось бы сразу их увидеть. Возможно, пришлось бы обратиться за помощью к библиотекарю, или она заметила бы, как я брожу по залу с растерянным видом, и спросила бы, что мне нужно. Эта мысль привела меня в ужас. Страх — вот что я старалась не чувствовать. И когда сейчас я, наконец, выпустила его на свободу, он отозвался внезапной острой болью, локализованной где-то внутри меня. Библиотекарь с первого взгляда определила бы, что я не врач, что здесь мне не место, что на самом деле я самозванка! Чувство страха длилось не больше нескольких мгновений, и когда страх прошел, вместе с ним исчезло напряжение в мышцах спины. Я подъехала к библиотеке в полном душевном равновесии, с любопытством ожидая этого нового приключения, желая увидеть, что произойдет теперь, когда я знаю свою проблему. Самое интересное здесь, что когда вы позволяете себе почувствовать страх, вы приобретаете полную свободу действий в соответствии с вашим желанием, и кроме того, способны испытать новое чувство риска. На некоторое время вам удается возвыситься над собственными слабостями, быть спонтанным и живым, что разительно отличается от состояния жесткого контроля, который мы используем для подавления подлинных чувств.

Итак, я припарковала машину и направилась к входной двери, наблюдая за собой, чтобы выследить чувства, которые могли появиться в любой момент. Как только я переступила порог библиотечного зала, меня тисками сдавил острый приступ страха. Но он продлился какое-то мгновение, и я медленно двинулась вперед, с уверенно поднятой головой, будто прекрасно зная, куда мне нужно идти, по пути незаметно, но жадно сканируя глазами стеллажи по обе стороны от меня. Вскоре я наткнулась на полки с периодическими изданиями, расставленными в алфавитном порядке, и легко нашла все, что хотела.

Какими могли быть мои действия, если бы я предпочла прятать от себя страх, жестко подавляя свои чувства? Мой типичный образ действий — суетиться и ошалело метаться в поисках нужных полок, немедленно привлекая этим всеобщее внимание. Или вот еще (скрытый страх мог стать невольной причиной боязливого поведения): робко подойти к библиотекарю и жалобно просить о помощи с таким встревоженным видом, который не оставил бы никаких сомнений относительно моих мотивов.

В действительности все происходило так: я быстро набрала десять журналов, потом, решив, что так будет выглядеть слишком подозрительно, отобрала из них пять наиболее важных и медленно, само воплощение спокойствия и достоинства, приблизилась к столу библиотекаря для записи в формуляре. И вдруг опять эта острая судорога страха. Переждав секунду-другую, пока эмоция прошла, я положила журналы на стол. Раньше я, скорее всего, ждала бы со страхом, что у меня попросят карточку читателя или другой необходимый документ, а потом пустилась бы в сбивчивые объяснения своего положения. Теперь, благодаря тому, что приступ страха уже прошел, я смогла сказать как бы невзначай, не дожидаясь вопросов: «Это для доктора Л.»

Она взглянула на меня с некоторым удивлением и спросила: «Доктор Л. работает в нашей больнице?»

На секунду надо мной зависла когтистая лапа страха, угрожая задушить меня. («Она что, сейчас вышвырнет меня вон?») Но мгновение спустя чувство прошло, и я смогла ответить, слегка подняв в удивлении брови: «Разумеется». Только и всего. Она сделала необходимые отметки в формуляре, и на этом мое испытание успешно завершилось. Я вышла оттуда таким же неприметным образом, как и вошла: никто не стал указывать на меня пальцем и кричать: «Ату ее!»

Продолжение этой истории вы найдете в главе под названием «Зависимость».

Обратите внимание, что слово «опасная» в заголовке взято в кавычки. Я имею в виду, что не существует по-настоящему опасных эмоций, но некоторые из них переживаются нами именно так. До сих пор речь в книге шла о скрытых чувствах, но эта глава посвящена чувствам, которые мы сознательно загоняем внутрь. Психологи называют скрытые чувства «подавляемыми». Эмоция же, находящаяся близко к поверхности, которую вы намеренно стараетесь не чувствовать, называется «сдерживаемой». В этой главе говорится о сдерживаемых чувствах.

Какие чувства мы привыкли считать опасными? Те, которые известны нам как «плохие»: ненависть, гнев, страх, тревога, ревность. Но даже «хорошее» чувство, к примеру, любовь, иногда можно переживать как опасное. Женщина, отвергнутая мужчиной, абсолютно уверена в своем чувстве ненависти к нему, и ей может быть стыдно за малейший последующий проблеск любви. Она будет старательно загонять это чувство внутрь, считая его опасным, в убеждении, что оно не принесет ей ничего, кроме страданий.

Но мы не в состоянии проглотить все эмоции. Никто не в силах решать заранее, какие чувства переживать, а какие нет. Вы не бог, вы не создавали самого себя. Вы были рождены со способностью чувствовать все, что свойственно человеку. Избавляться от чего-то из полного спектра естественных чувств — значит вступить в опасную игру. Прекратив чувствовать «плохие» эмоции, вы не сможете чувствовать многие из «хороших». Человек, который боится чувствовать гнев или ненависть, в результате теряет способность любить. Чем жестче вы своей силой воли будете контролировать чувства, тем меньше в вас останется сердечности и спонтанности. Вы потеряете способность к любым глубоким чувствам.

Не всякий может заниматься самотерапией без профессиональной помощи, иногда без участия психотерапевта человек не в состоянии снять слой внешнего чувства и почувствовать скрытую эмоцию. Тем не менее, каждый может научиться переживать свои внешние чувства. Вы достигнете значительных улучшений в своем эмоциональном здоровье, если решитесь переживать все лежащие на поверхности чувства, какие бы они ни были, вместо того чтобы выискивать и отбирать то, что кажется вам самым безопасным.

Почему мы все же избегаем той или иной эмоции?

1. Вы получаете предупреждение о недопустимости тех или иных действий от своего разума. Например, нельзя орать на своего начальника или бить собственного ребенка, вынуждать любимого человека отвергать вас или попадать в глупое положение. Вы еще не научились отделять чувство от действия. Много лет назад ваша мать сказала что-то вроде: «Не злись на свою сестру». Вместо этого ей следовало бы сказать: «Не причиняй вреда своей сестре». Вы имеете право чувствовать все, что угодно, но не всегда можете позволить себе выражать свои чувства прямыми действиями, если хотите приобретать друзей и оказывать влияние на людей. Возможно, вы боитесь, что гнев подтолкнет вас на жестокий поступок или страх сделает из вас труса, поэтому стараетесь избегать этих «опасных» эмоций. На самом деле, чем меньше вы осознаете свое чувство, тем больше его власть над вами, тем скорее оно начнет обращать ваши поступки против вас самих. Лучший способ обрести контроль над своим поведением — почувствовать эту эмоцию настолько интенсивно, насколько возможно. Почувствовав ее, вы приобретете свободу спокойно решать, как вам поступить, как избежать поведения, вызывающего стыд, вину, потерю собственного достоинства.

Одна из моих студенток проходила через период новой, пугающей ответственности, и ей отчаянно хотелось достойно выдержать это испытание. Скоро она начала замечать симптомы хронической раздражительности, которые находили выход в регулярных семейных сценах, за которые она себя ненавидела. Она решила взять небольшую передышку и поговорить об этой проблеме с хорошим слушателем. «Что я боюсь почувствовать? — спросила она себя. — Что нового произошло в моей жизни? Когда начались все эти мои капризы?» Скоро ей удалось найти ответ: чувство беспомощности, страха — вот что она старалась проглотить. Боялась почувствовать себя трусишкой, поскольку думала, что это заставить ее действовать трусливо. На несколько минут она дала себе волю и заплакала слезами напуганного ребенка, несущего на своих плечах бремя взрослого. После этого она смогла стать ответственным взрослым, которым ей так хотелось быть. Раздражительность исчезла. Впоследствии это чувство время от времени возвращалось, но каждый раз она избавлялась от него тем, что позволяла себе на несколько минут почувствовать свою беззащитность в полную силу. Оказалось, что действовать смело легче, когда встретишься со страхом лицом к лицу.

2. Другая причина, по которой мы стараемся не чувствовать «плохих» эмоций, — страх, что они означают, будто мы и есть плохие. Экзистенциальная психология уделяет особое внимание понятию ответственности. Вы ответственны за свои действия, не за мысли. (Согласно иудаизму, Бог создал человека по своему образу и подобию, а именно — со знанием правильного и неправильного и способностью делать выбор. Каждый раз, когда человек выбирает неправильное деяние, ему легче поступить неправильно в следующий раз, и каждый раз, когда он поступает правильно, это придает ему сил для последующего правильного решения.) Экзистенциалисты утверждают, что человек обладает некоторым контролем над собственным моральным развитием. Он не просто результат своих прошлых опытов, он также то, чем постепенно становится. Чем свободнее вы чувствуете все свои эмоции, тем более развита ваша способность поступать так, как вы хотите, быть тем, кем вы хотите быть. Самое важное здесь, что плохой человек — это тот, чьи действия плохи. Поступая хорошо, вы являетесь хорошим человеком, и неважно, насколько «плохие» мысли и чувства у вас бывают.

3. Еще одной причиной нашего беспокойства является иррациональный страх, что другие способны читать наши мысли. «Всегда говори правду своей маме. Мать знает, когда ее дочь начинает выдумывать». Маленьких детей легко ввести в заблуждение таинственным всемогуществом их родителей. Мы далеко не сразу начинаем понимать, что информация, содержащаяся в нашей голове, строго конфиденциальна. Некоторым так никогда и не удается усвоить это: в нас продолжает жить тайное подозрение, что неважно, насколько приятна наша улыбка, собеседник все равно разглядит ненависть в наших глазах. Полная чушь. Мы все являемся отличными актерами, хотя и не всегда отдаем себе в этом отчет: никто не в состоянии прочесть наши мысли. Разве вы никогда не смотрели в лицо лектору заинтересованным взглядом, в то время как ваши мысли витали далеко от аудитории? Со стороны кажется, что вы с жадностью ловите каждое его слово, и ему даже невдомек, что вам скучно до умопомрачения. Вы вполне можете чувствовать гнев, ненависть, страх, ревность и не демонстрировать их при этом.