Чтение онлайн

– Российские что? Паспорта?
– не понял Лайк.

– Рубли.

– А... Найдем, не парься. Спасибо, Темный. Жди звонка.

Шагрон только кивнул. Даже не ответил обычным "пожалуйста". Ибо зачем? Собеседники ведь тоже Темные, им вежливые расшаркивания ни к чему.

Бродили украинские легионеры до темноты. То есть, они не только бесцельно бродили: заходили на кофе и чего покрепче в кафешки, которых в центре Москвы было не счесть, поужинали в уютном ресторанчике "Эстерхази" на Маросейке, навестили знакомую ведьмочку Лайка на Малом Власьевском переулке, пошлялись по испортившемуся Арбату и таки нашли его действительно испортившимся, послушали поющих-пляшущих напротив "Союза" латиносов в пончо и соломенных шляпах. Пели и плясали латиносы замечательно, а играли так и вообще виртуозно. Лайк не удержался и подпел им "Qori pankarita" на отличном испанском, за что сорвал заслуженные аплодисменты остальных зрителей. В общем, к моменту вызова Шагрона украинцы пребывали в прекрасном расположении духа и продолжение праздника по месту ночлега каждый считал само собой разумеющимся.

Погрузившись во все те же BMW и Mitsubishi понеслись по ночной Москве. Пробки на дорогах к этому моменту уже успели рассосаться, поэтому лидирующий Шагрон гнал так, что дух захватывало, а водитель второй машины Дениска - Шагрону в мастерстве ничуть не уступал, а потому не отставал.

– В Строгино, что ли, едем?
– поинтересовался Лайк, когда пролетали мимо Щукинской.

– Не. Перед мостом наша "Ассоль". Как раз на берегу.

– Не помню что-то, - Лайк наморщил лоб.
– Справа или слева?

– Справа, - ответил Шагрон, сворачивая.

– Там ведь корты какие-то были раньше...

– А теперь - "Ассоль". Я ж говорю, новый комплекс, недавно отгрохали. Там еще даже не все квартиры отделать успели - некоторые так бетонными стенами и светят.

– Ишь ты!
– покачал головой Лайк.
– Шустро тут у вас в Москве оборачиваются.

– Могут, когда хотят, - вздохнул Шагрон.
– Да уж.

Машины они оставили на гостевой стоянке, у въезда в подземный гараж. Рядом высился подсвеченный купол автоматической мойки. Прошли по мощеной плитками дорожке к остекленному входу, у которого дежурила перед мониторами охрана. Шагрон с охранниками перемолвился парой слов и всех беспрепятственно пропустили в холл. В холле каждый угол был занят кадкой с растениями, имелись необъятные диваны, а площадка перед лифтами живо напоминала размерами баскетбольную площадку. Лифт тоже был под стать остальному - зеркала, пластик, хром, кондиционер. Арику Турлянскому подумалось, что здесь уместнее смотрелись бы моложавые подтянутые люди в дорогих костюмах и модных галстуках, нежели разношерстно и довольно просто одетая команда Лайка. Впрочем, Арик заметил как настороженно-презрительный взгляд охранника разом разбился о холодный, аристократический, высокомерный прищур Лайка. Охранник мгновенно ощутил ПОРОДУ. Голубую кровь. И мгновенно признал за гостями право одеваться так, как они пожелают.

На десятом этаже лифт плавно остановился и услужливо раздвинул створки. Лестничная площадка тоже напоминала размерами баскетбольную площадку. Шагрон немедля направился к самой роскошной двери и целую минуту отпирал ее.

– Может, проще через сумрак?
– не утерпел Ефим, но наткнувшись на остаточный прищур Лайка тут же осекся.

– Светлые пусть через сумрак ходят, - не оборачиваясь обронил Шагрон.
– А мы - Иные честные. Прошу!

Он распахнул двойные бронированные двери и изобразил жест гостеприимного хозяина.

Квартирка была отделана под имеющего неплохой вкус новораша. Все дорогое, но без показной позолоты. Стильно, функционально и с размахом.

– Неплохо, - с ленцой оценил Лайк, озираясь.
– Кто это из ваших расстарался?

– Служебная, - вздохнул Шагрон.
– Для вип-персон. Людей, разумеется, не Иных. Своих мы обычно в гостинице при офисе принимаем, но сейчас...

– Я знаю, - спокойно перебил Лайк.
– Нас посетит кое-кто из Светлых.

– Точно, - с облегчением подтвердил Шагрон.
– Шефа в Москве нет, Гесерова свора лютует, как-то все неспокойно, елы-палы. Вот и пришлось.

– Ладно, переживем, спасибо, - подытожил Лайк.

– Если что, жратва в холодильниках, выпивка в барах... План квартиры вон, на простеночке. Так что не заблудитесь.

– Не заблудимся.

– Отдыхайте. Ключи вот кладу, на полочку. Завтра звоните, отвезем вас куда нужно. Пошли Дениска!

– Всего хорошего, коллеги!
– попрощался и Дениска.

Гости уже успели разбрестись по квартире, в просторной прихожей остался только Лайк с сигаретой наперевес да Арик Турлянский.

Двери с приглушенным лязгом отгородили их от внешнего мира.

– Ну, что, Арик? Ищи ближайший бар!
– скомандовал Лайк, озираясь в поисках пепельницы. Таковая нашлась в образе узкой серебристой урны с сеточкой сверху и щелью сбоку.

Турлянский охотно подошел к плану.

– Ух ты!!!
– послушался откуда-то издалека восторженный голос Симонова.
– Лайк!!! Тут рояль!!!

С противоположной стороны раздался утробный, практически неслышный гул включенной вентиляции, который почти сразу затих. Потом в самой огромной комнате, больше похожей на помесь студии с залом кафе (только всего с одним столом), вспыхнул приглушенный свет. Ближайший бар Арик обнаружил именно в этой комнате и теперь критически осматривал ассортимент, щурясь и слегка искривляя губы. Тут же в углу стоял белый концертный рояль фирмы "Bechstein", рядом на специальной подставке примостился модерновый клавишный японец с ритм-автоматом, эдакая доска с клавишами и встроенным оркестром. В углу угадывался чехол от саксофона, надо думать, тоже не пустой.

Пыхнув сигаретой, Лайк уселся за рояль. Ефим прикатил из-за стойки сервировочный столик. Симонов озаботился тарой и теперь сосредоточенно шарил по настенным шкафам кухни. Ираклий экспериментировал с огромным телевизором, благоразумно отключив звук: Лайк не любил когда ему мешали музицировать. Димка Рублев поставил завариваться чай - в самый большой чайник, который обнаружил в сервизе - и оккупировал кресло, здоровенное и массивное, под стать квартире. Швед пытался справиться с нетипичными запорами на балконной двери.

Минут пять ушло на общее шевеление; потом столик был успешно сервирован, телевизор неслышно зафонил обычной бестолковой рекламой. Лайк курил и наигрывал, иногда сваливаясь в басовые синкопированные проигрыши, а свободной рукой в эти моменты тянулся к стакану, цинично поставленному прямо на рояль. Остальные разместились кто в креслах, кто на принесенных пуфиках, а Швед так вообще на полу, подстелив под бок пушистый коврик.

Потом Лайк вдруг неожиданно оборвал этюд на полуноте и крутнулся на табурете, поворачиваясь к команде лицом.

– Ну, что, Иные? У кого какие мысли будут? Как нам этих питерцев осатанелых уму-разуму учить?

– Для начала их нужно найти, - проворчал Димка, елозя ногтем указательного пальца по узору большой чашки с чаем. Узор напоминал восточный орнамент на каком-нибудь реликтовом ковре.

– Да найти-то их как раз не проблема, - с ленцой сказал Ираклий. Следов они оставляют уйму, по записям видно. В сумраке такая цветомузыка пропечатывается, что ой. Я думаю, нужно определиться тактически. Давить их поодиночке или подловить всех скопом и устроить... Варфоломеевскую ночь.

– Поодиночке - долго, - отрезал Лайк.
– Инквизиция ждать не намерена. Да и Светлые... настроены нехорошо. Я даже больше скажу: Артур нам в сущности доверил отстоять баланс сил в России-Украине-Белоруссии. Не справимся - Светлые получат кучу привилегий, смогут совершить массу воздействий самых высоких уровней, а это сами знаете чем чревато. Москвичи только-только из ямы выбрались после истории с той волшебницей и ее гипотетическим дитятком - и на тебе опять... Так что хотим, не хотим, а действовать будем быстро. И решительно. Передавим их как клопов и все дела.