Чтение онлайн

– И метко. Позвольте представиться: Константин Саушкин, Иной, Темный. Как вы уже догадались, вампир. Мне действительно понравилась песня. Летел мимо, услышал... ну и не удержался. Присел на балконе послушать. Извините, если испортил вам вечер.

– Да ничего ты не испортил, Иной, Темный, - холодно уточнил Лайк. Как ты сам понимаешь, НАМ вечер ты замаешься портить. Просто хочется знать - ты здесь действительно случайно или...

– Случайно. Я тут... охочусь. Не конкретно тут, но неподалеку.

Перехватив несколько пытливых взглядов, вампир торопливо уточнил:

– Есть, есть у меня лицензия. Вот.

Лицензия была самая настоящая.

– Хм...
– сказал Лайк, считав лицензию.
– Так ты тот самый московский вундеркинд? Высший вампир в двадцать лет?

– Да.

– Надо же, - качнул головой Лайк.
– Не думал, что встретимся вот так. И ты... еще не напился?

– Нет.

– И сидишь здесь? Голодный и злой, болтаешь с нами, вместо того, чтобы настичь жертву и наконец насытиться хоть ненадолго?

Костя насупился:

– Может я и нежить. Но душа у меня есть. Вам не понять этой песни, хоть вы и Темные. А меня она наизнанку выворачивает все время. Я себе флешку к плееру записал - только она, двадцать четыре раза подряд, больше не влезло. И не надоедает.

В его словах было столько боли и тоски, что никто не решился ответить. Только спустя долгую минуту Лайк осмелился сменить тему:

– Ты... тело уже присмотрел? На сегодня?

– Присмотрел, - буркнул вампир, глядя в пол левее себя.
– В Строгино урод один завелся. Девчонок насилует. Двенадцать жертв за два месяца. Поседеет он у меня сегодня, гнида...

– Ну, что ж, - вздохнул Лайк с загадочной интонацией.
– Доброй охоты, Иной.

Константин повернулся к окну и встал коленом на подоконник. Потом бросил через плечо:

– Возвращаю вам приглашение зайти...

– Да ничего, - миролюбиво отозвался Лайк.
– Уж мы-то переживем... твой неожиданный визит.

Секундой позже из окна выпорхнула крупная летучая мышь и растворилась в ночном небе Москвы.

– Н-да, - философски заметил Швед.
– Сложная штука - жизнь. Даже применительно к нежити.

– Все мы в определенном смысле нежить, дружище. Люди столько не живут. Да и не жизнь это, спроси у любого старого Иного. Со временем поймешь.

Лайк стряхнул пепел прямо на паркет и скомандовал:

– Всем спать.

К утру, невзирая на поздний финиш и приличные дозы спиртного, вся команда выглядела на удивление бодро. Даже Симонов, обыкновенно маявшийся похмельем до волевого решения ожить методом Иных. Ефим добровольно взял на себя функции пивного менеджера-курьера - при размерах служебной квартиры таковой очень даже не помешал. Желающие некоторое время отмокали в двух циклопических ваннах и двух душах. Легкий завтрак из все той же, более похожей на закуску снеди, сигарета перед звонком Шагрону (оказалось занято) и мысли о сигарете после звонка...

А потом Лайк неожиданно для спутников провалился в сумрак, причем куда-то в самую глубь, где даже Ираклию было непросто его отследить. В сумраке шеф киевлян пробыл совсем недолго, почти сразу вернулся и сказал, обращаясь к стене:

– Входите уж...

В стене немедленно прорезался портал. Светлый. Из слепящего сияния в комнату вошли двое - наблюдатель Алексей Солодовник и мужчина неопределенного возраста, в котором немедленно опознался Светлый маг экстра-класса.

– А, - голос Лайка враз стал ехидным, но не слишком, без перебора, Пресветлый Гесер! Велкам, велкам!

– Не юродствуй, Тавискарон, - буркнул тот, кого назвали Гесером.

– Разве я юродствую?
– делано удивился Лайк.
– Тебе ведь всегда было приятно, когда тебя именовали не просто каким-то там Гесером, а Пресветлым Гесером.

Гесер взглянул на Лайка нехорошо.

– По крайней мере, я не скрываю своего имени.

– Да что имя, - фыркнул Лайк.
– Можно подумать, оно у тебя одно на весь срок. К тому же, если мне не изменяет склероз, местный молодняк обращается к тебе не иначе как Борис Игнатьич.

На этот раз Гесер просто промолчал.

– Ну, ладно, - Лайк закурил и пустил в потолок несколько дымных колечек.
– Чем обязаны визитом столь высоких гостей?

– Почему вы решили ехать поездом?
– неожиданно спросил Гесер.
– Да еще дневным?

– Хм?
– Лайк склонил голову набок и прищурился.
– Ты что, недавно из Одессы? Вопросом на вопрос отвечаешь.

– Тавискарон, - терпеливо и чуть-чуть снисходительно сказал Гесер. Не трать мое время попусту. Да и свое тоже, ты ведь сейчас не бездельничаешь, как обычно, а выполняешь задание под тройным патронажем. Так что прекращай болтовню и отвечай на вопрос.

– А захотелось, - нагло объяснил Лайк.
– В самолете лежать невозможно.

– В дневных поездах тоже.

– Мы выберем такой, в котором можно. Ну, и кроме того, от Московского вокзала на Невский ближе, чем из Пулково.

– Значит, не хочешь отвечать. Что ж... твое дело. Но учти. Завтра уже завтра - вот этот парень пришлет мне первый отчет. И если выяснится, что вы по своему обыкновению маетесь дурью и прохлаждаетесь в кабаках вместо того, чтобы быстренько приструнить свое распустившееся отродье, с тобой буду разговаривать уже не я, а представитель Инквизиции. А они разговаривают несколько в иных тонах, тебе ведь известно.

– Ой, только не надо меня пугать, Пресветлый Гесер, - сварливо отмахнулся Лайк, будто мелкий жулик от участкового.
– Тебе это не идет. А что до работы... так справимся. Особенно если нас не станут отвлекать высокие особы с официальными визитами и если под ногами не будет путаться всякая соплячня.

При этих словах Лайк характерно прищурился в сторону паренька-наблюдателя и у того, определенно, по коже продрал мороз.

– Ну-ну, - Гесер несколько раз мелко кивнул.
– Работайте. И, уж пожалуйста, заодно пригляди, чтобы твоя соплячня не наломала дров и вообще... вела себя прилично.

– За моей соплячней присмотр не нужен, - равнодушно отозвался Лайк. Она у меня сплошь дрессированная. Да и не беру я сопляков на подобные... прогулки. Разве, вот его, - Лайк лениво двинул головой, указывая на Ефима.
– Но этот - из лучших.

Гесер усмехнулся - скептически, криво. Но возражать не стал. Снова открыл портал и величаво удалился - понятно, в сопровождении наблюдателя. Арик попытался прощупать общую картину перераспределения энергии, но быстро запутался и сдался. Пресветлый Гесер, шеф Ночного Дозора Москвы, заклятый враг, наверняка был сильнее Лайка, если такое вообще было возможно.