Ликабет
Шрифт:
– Нет. Я не стал бы продавать людям такую дрянь. Ты прав это травы. Очень древний рецепт сбора трав. Еще со времен первых фараонов. Тогда вина в Египте не было. Его привозили из Эллады, Кипра и других земель и только для храмов. Когда в Египет пришли эллины, они научили египтян выращивать лозу, и виноград там растет редкий, я тебе скажу. Теперь жрецы неплохо на этом зарабатывают. Некоторые из трав, этого рецепта уже больше не растут нигде, кроме как на грядках в Бахосарне. Так что ты пил большую редкость в этом мире. Не беспокойся, ничего вредного в них нет, наоборот ты завтра проснешься без головной боли, и если тебе будет нужна женщина на ночь, то ты ее точно не разочаруешь.
– Женщина на ночь - переспросил Валерий - какая - то из рабынь Эллия?
– Зачем рабыня Эллия - удивился Сотер - Томы город небольшой, но и здесь есть лупанарий, а рабыни Эллия пусть занимаются своими делами. Не думаю, что Сексту понравится, если чужаки будут задирать хитон рабыням в его доме, даже такие уважаемые как мы.
Буховцев кивнул, он начинал понимать, о чем говорит Диоген. Понимать образ мыслей этих людей, который отличался от того, как его представляли в его мире.
– Пожалуй, что не надо. Я бы хотел пообщаться с женщинами в этом мире не за пьяным столом.
– У тебя будет возможность - подтвердил Сотер.
Из дома послышались звуки нечто похожего на флейту и пьяные голоса грянули песню толи на греческом, толи на латыни, из сада было не понять.
Идти в дом не хотелось, да и Овидию и Эллию было не до них. Диоген стоял, смотрел на него с несколько отрешенным видом. Очень знакомое выражение лица, так Лютаев проверял его пацер. Видимо Сотер делал тоже самое. Что он там увидел, можно было только гадать.
– Дионен, ты говорил, нам нужно как можно скорее убираться отсюда, скажи, зачем мы заехали к Эллию?
Лицо мага вмиг стало осмысленным.
– Это та остановка Марк, которую нам нужно было сделать обязательно - немного помолчав, он добавил - это очень большая тайна, но сейчас я хорошо тебя рассмотрел, и думаю, что по дороге мне придется раскрыть тебе много тайн. Поэтому скажу, что Эллий является доверенным лицом Августа, здесь, на Понте. Он за всем наблюдает и доносит в Рим. Многие, кто считает себя здесь реальной властью, могут лишиться должности в один миг, по слову Эллия. Не думай, что он сама хитрость и вершит дела по своему усмотрению и в своих интересах. Нет Эллий - прямой и честный человек, не без хитринки конечно, но без вранья и ненужных фантазий. За это Август его и держит. Он, конечно же, сообщит, что я везу тебя в Рим. Это сэкономит нам время и подаст сигнал нашим людям в Городе. Когда ты приедешь в Рим, будет меньше вопросов и проверок.
В общем - то было всё ясно. Прообраз службы полковника Полетаева.
– Ты здесь занимаешься тем же, и вы знаете друг о друге?
– Это обязательно. Я передаю ему сведения. Тайные сведения, которые он никогда не узнает через своих людей, и снабжаю его деньгам, поскольку веду здесь личные денежные дела Августа. Эллий ведь не только пишет письма Августу. У него есть люди и средства, и он может принимать решения самостоятельно. Так что мы помогаем друг другу.
– А я уж подумал, что вы друзья.
– Ну и друзья конечно. Когда он прибыл на Понт, он здесь мало кого знал, и я ему помог.
– Ну, тебе наверное, это было не сложно. Ты ведь давно на Понте.
Диоген рассмеялся.
– Да уж давненько. Я бывал здесь, когда эллинов в этих краях не было вовсе. Я видел первых милетцев и афинян, которые строили здесь свои города. Видел первых поселенцев, их детей и детей их детей. Я знаю родословную почти всех эллинов, что живут в этих краях, а также многих варваров. Но я думаю, тебя интересует, как давно я живу сам.
Валерий только усмехнулся и покачал головой. Вообще то ему уже надоела эта игра в догадалки, и Сотер его понял.
– Знаешь, Марк, у невройцев была одна особенность. Нечто вроде тайного знания. Они всегда видели суть вещей. Одни лучше, другие хуже, но видели все.
– От рождения?
– Да. Была такая особенность у этой расы. Я в жизни встречал людей с кровью невройцев. Немного, но встречал. Но никогда не видел человека, в котором бы этой благородной крови было столько, сколько в тебе.
– Что так много?
– Да. Так много, что в это трудно поверить. Мой учитель говорил мне, что даже тайное знание они видят по-своему. Постигая в нем то, что великие посвященные могут не узнать, прожив свои долгие жизни. Я потом жил долго, и узнал столько, что не верил, будто обычный человек может постичь все это разом. До тех пор пока не увидел тебя, и понял, как нам всем повезло, что на месте Корвуса оказался ты. Поэтому если о чем-то хочешь спросить меня, спрашивай прямо. Я тебя буду спрашивать также. Глупо нам говорить намеками, когда в предвидении мы равны.
Буховцев кивнул.
– Может и равны. Не знаю. Но я думаю, мы равны кое в чем другом. Ты знаешь прошлое, а я будущее.
В лунном свете было видно, как Сотер улыбнулся.
– Никогда не смотрел на это таким образом. Но знаешь, есть большая разница. Свое прошлое я прожил сам, а ты свое будущее узнал из рукописей, или как ты там говорил, информационных файлов. Хотя в целом ты прав. Это нам тоже может пригодиться.
– Мы можем что-то поменять?
– Мы уже меняем.
– А мы не навредим развитию мира изменениями?
Диоген поднял руки вверх, указывая на звезды, и печально улыбнулся.
– Посмотри вокруг, Марк. Ты же говорил мне, что знаешь, как устроен наш мир.
Валерий вспомнил о беседах, которые они вели. Как он пытался поразить воображение мага знаниями двадцать первого века. О том, что Земля круглая, вращается вокруг Солнца и о многом прочем. Но Сотер не поразился. Сидел и с ухмылкой теребил бороду. Все это ему было известно. Известно и много другого, чего Буховцев не знал.
– Ты и не представляешь, какие силы влияют на наш мир. Солнце, которое встает с утра и скрывается вечером, но на самом деле присутствует постоянно. Планеты вокруг нас и даже далекие звезды. Есть силы проще и ближе. Это Земля, на которой мы живем и мир Посейдона, который ее окружает. От всего этого исходит сила, и все это в один миг может изменить нашу судьбу. Ты говорил, что тебе показывали потаенный мир силы, который нами движет, но видимо не показывали его в движении. Человек в нем как паук в паутине и скорее уж как муха. Он живет, и в каждый миг, даже когда он делает единственный вздох, на него влияют различные силы, которые тоже меняются. И они ведут тебя, а не ты их. Мы как горстка муравьев летящих сквозь бездну на булыжнике, который тоже может быть им враждебен. Чему мы можем навредить, если от нас мало чего зависит. Что должно случится то и будет, с нами или без нас. Пусть дадут нам боги силы хотя бы взять свое.