Чтение онлайн

Люцерна ненавидела города. Она любила своё Логово в лесной чаще, ей нравилось быть одной в окружении дикой природы, зверей и непроходимых болот. И если бы не старое неоконченное дело, она ни за что не покинула бы свой тихий уголок.

Зелёный всполох магического огня разбудил её вечером, и она всю ночь не сомкнула глаз. Чёрный слепой ворон прокричал: "Пора!" -- и захлопал крыльями. Глиняный горшок упал на пол и раскололся на две равные части. Вода в медной чаше окрасилась в кровавый багрянец.

Повинуясь знамениям, ведьма собралась в дорогу и к восходу солнца добралась до опушки. Её ветхое рубище черным пятном расплывалось по зелёному сумраку утреннего подлеска. Деревья пытались её остановить, преграждали путь. Но ведьма перепрыгивала через коряги, уворачивалась от колючих ветвей и раздвигала клюкой острую листву и побеги.

Зверьё и птицы всполошились, раскричались на всю округу: "Злая колдунья! Спасайтесь! Идёт злая колдунья!" Ведьма в бешенстве сжала сухие кулаки до хруста в узловатых пальцах. "Глупые безмозглые твари, -- проскрипела она, -- не вам галдеть о добре и зле? Я научу вас вежливости!" Одним взмахом она отняла голоса у деревьев, потом у цветов, лишила дара речи животных и птиц. Мёртвая тишина растеклась вокруг и поплыла вслед за ней, как клякса чернил в луже.

Колдунья искала дорогу. Капюшон латанного-перелатанного плаща она натянула до самого носа, из-под плаща торчали побитые молью полосатые шерстяные чулки, вместо ботинок она подвязала бечёвкой куски старой коры, а под рубищем спрятала острый каменный нож.

– - Это наверняка его рук дело, -- бормотала ведьма себе под нос, -- я вырежу его сердце и у меня наконец-то будет нужное вещество.

Дорога появилась внезапно, словно невидимый великан провёл пальцем через чащу. Ведьма добралась до края леса и остановилась в раздумьи:

– - Пожалуй, меня не пустят в город, если буду выглядеть неподобающе.

Она огляделась по сторонам, убедилась, что никто не подглядывает, сорвала белую люцерну и подошла к небольшому озерцу, что серебрилось в стороне от дороги. Ведьма раскрошила над водой полевой цветок, взмахнула дырявым рукавом и вгляделась в отражение. Прозрачная ключевая вода тут же подёрнулась рябью и чёрной мутью. В озерной глади показалось осунувшееся лицо, морщинистая кожа, круги под глазами и крючковатый нос. Колдунья ненавидела свой облик, она разбила все зеркала, которые были в Логове.

Ведьма плюнула, сунула в воду остатки люцерны и прошептала жуткое древнее заклинание. Нежные лепестки почернели и пожухли. Жизнь вытекла из цветка, стебель высох и скрючился. Старуха растёрла меж ладоней сухой прах, ветер подхватил его высоко в небо и понёс в неведомые земли. А когда первая крупинка зачарованного порошка коснулась земли, безобразная старуха превратилась в миловидную молодую женщину. Она улыбнулась новому отражению, скинула рубище и отпихнула чёрные лохмотья:

– - Вот, другое дело! Назовусь-ка Люцерной, так будет лучше. Осталось только придумать платье.

Ведьма разулась и пошла по утренней росе. Она срывала полевые цветы, колоски и зелёные листики, превращала их силой чёрной магии в одежду, которую носили обычные люди. Ей попались два мышонка, которых она тоже пустила в дело.

Когда всё было готово, Люцерна, едва прикасаясь пальцами, погладила своё новое тело, стараясь не поцарапать гладкую белую кожу. Потом надела белую кружевную блузу, васильковую юбку, жилет цвета фуксии и кожаные туфельки мышиного цвета. Черные блестящие волосы она убрала под широкополую шляпу с алой лентой. Теперь никто не смог бы отличить её от обычной горожанки. Такой её встретили Линда и Маркус.

* * *

Город почти проснулся. Горожане в просторных халатах, ночных рубашках и колпаках распахнули решётчатые ставни, подставили заспанные лица утреннему солнцу. Соседи улыбались друг другу и с опаской косились на чужаков. На кухнях зазвенела посуда, свистели медные чайники. Дразнящий запах ароматного кофе и пышных свежих булочек выполз на улицу.

Люцерна по совету ребят добралась до Цветочной улицы и свернула в Козий тупичок. Названия она читала на резных табличках.

Ведьма остановилась, упершись руками в бока и присмотрелась к неказистой лавчонке, которая словно по ошибке попала в этот красочный город. Маленький невзрачный домик был зажат с двух сторон другими домами. Двери и окна крохотного сооружения были когда-то выкрашены тёмной охрой, которая от времени приобрела грязно-коричневый цвет. Стены уродовали трещины и проплешины, с которых краска почти облетела, а стекла витрин так закоптились и заросли грязью, что сквозь них совершенно ничего нельзя было разглядеть. На вывеске, которая болталась на двух ржавых гвоздях, было аккуратно выведено:

"Штуки-Дрюки. Валшебный товар и всякие прибамбасы".

Люцерна хмыкнула и решила зайти. Она взялась за медную ручку, но дверь не поддалась, запертая на толстый железный засов. Ведьма приподняла бровь и прошептала заклинание. Железная задвижка взвизгнула и застонала, но всё же сдвинулась с места, с натугой выползла из запорной скобы. Створки двери приоткрылись. Ведьма подобрала подол юбки и проскользнула внутрь.

Холод и паутина встретили колдунью. Люцерна вдохнула полной грудью запах старого дома, ощутив вкус плесени, сырой штукатурки и застарелой пыли. "Это место мне подойдёт" -- подумала она и прошла на середину зала. Вдоль стен стояли мрачные дубовые прилавки и глухие шкафы с массивными замками. На подоконнике в расколотом горшке страдал от одиночества засохший фикус. Тишину нарушал только мерный перестук огромных напольных часов. Циферблат таинственно белел в полумраке, как лицо покойника. Ведьма приложила палец к губам -- тсс-с-с, -- и минутная стрелка застыла на месте.

Наверху послышался кашель и шарканье. На деревянной лестнице показался маленький старичок в линялом бордовом халате. Он поправил на носу круглые очки и извинительно кашлянул:

– - Чем могу быть полезен.

Он подслеповато щурился, стараясь разглядеть непрошенную гостью.

– - Не думаю, что ты мне можешь быть хоть чем-нибудь полезен, -- сказала Люцерна, брезгливо разглядывая старичка, -- скорее наоборот.

– - Пришли взглянуть на товары? У меня есть парочка милых вещиц и один очень древний гримуар. Магазин, правда, был закрыт... Ещё довольно рано, -- Старикашка бросил беспокойный взгляд на дверь.
– - Наверное, забыл запереть дверь. Простите, что я в домашнем...

Люцерна смерила старичка взглядом:

– - Меня твой вид совершенно не смущает. Отвечай, кто-нибудь брал у тебя недавно волшебные книги?

– - А! Вы по поводу этих малолетних бандитов?
– - старичок вдруг разволновался, его слезящиеся глаза преисполнились благодарности, а голова мелко затряслась.

Лавочник поспешил вниз. Люцерна, приподняв бровь, с любопытством наблюдала, как старичок, подобрав халат, скакал со ступеньки на ступеньку, и прикидывала в уме, сломает ли он шею, если запутается в одежде, и в какой момент он свалится. К счастью, тот благополучно спустился и рысцой подбежал к колдунье.