Чтение онлайн

Возле стены столпилась ватага ребят, посередине маячил Верзила Жак. Он был на голову выше сверстников и довольно нескладен, но мозолистые ободранные кулачищи быстро отучили шутников обсуждать этот вопрос, во всяком случае, в его присутствии.

Линда с разбегу влетела в самую гущу, распихав крайних и опрокинув ведёрко с краской. Верзила Жак подпрыгнул от неожиданности и чуть не выронил кисть.

– - Вот так удача!
– - осклабился он, оглядываясь на дружков.
– - Мы думали, что поймали только козлика, а тут ещё и козочка прискакала. Решила проведать дружка? Соскучилась? Смотрите, вся запыхалась!

Приятели Верзилы захохотали.

Линда увидела, что Маркуса прижали к стене и крепко держат за руки, а половина силуэта уже жирно очерчена краской.

– - Молитесь, малявки, -- прошипел Верзила, и его мясистый конопатый нос смешно пошевелился. Линда улыбнулась.
– - Чё лыбишься? Щас я тебя...

– - Не смей, -- твёрдо произнесла Линда.

Она сама удивилась, как спокойно прозвучал её голос. Случись это с ней неделю назад, она бы визжала от страха. Но сейчас не было никаких эмоций, словно всё это происходит не с ней, а с кем-то другим и понарошку, на театральной сцене или в романе. Она представила, что сидит укрытая теплым пледом в уютном кресле, поджав колени к подбородку, в руках у неё книга, а рядом на столике чашка горячего сладкого чая. Что там дальше? Пора перевернуть страницу.

– - Чё ты сказала?
– - лицо у Верзилы Жака вытянулось, а глаза округлились от удивления.
– - А ну, повтори!

– - Оглох от слабоумия? Только пальцем его тронь, оторву руки по самые плечи и в ноздри затолкаю, -- чеканя слова, произнесла Линда. Она наклонила голову и подбоченилась.

Теперь лица вытянулись у подручных Верзилы Жака, и даже Маркус приоткрыл рот и вытаращил глаза.

– - С какого хрена ты такая смелая?
– - прищурился Верзила Жак. На всякий случай он стрельнул глазами по сторонам, не видно ли какого старшего брата или заботливого родителя этой противной девчонки. Тупичок был безлюден. Время близилось к четырём пополудни, в это время Нэвидолл обычно замирал, объятый сонным зноем.

– - Она волшебница, -- пискнул не к месту Маркус.

– - Что? Ха-ха-ха!
– - загоготал Верзила.

– - Гы-гы-гы!
– - вторили ему дружки.

– - Фея крёстная?

Верзила согнулся пополам, слёзы брызнули у него из глаз.

– - У неё кулон волшебный есть, -- не унимался Маркус.
– - Она тебя по стенке размажет, в лягушку превратит.

– - Прекрати болтать, -- процедила сквозь зубы Линда, но Маркус вошёл во вкус и не мог остановиться:

– - Она меня сюда забросила! Пуф, и я через весь Нэвидолл в один миг перелетел. Беги подобру-поздорову, а то в комара...

– - Это я сейчас тебя в мошку превращу, -- оскалился Верзила Жак, -- будешь у меня над крышами летать, пока крылышки не отсохнут. Прихлопну, мокрого места не останется.

Он кивнул паре мальчишек:

– - Тащите верёвку.

Верзила Жак шагнул к Линде и выставил руку:

– - А ты -- гони кулон.

Заскорузлая немытая рука потянулась к горлу девочки. И тут время будто застыло. Линда разглядела грязь под ногтями, грубые мозоли на ладони, подсохшие царапины, въевшуюся в складки угольную пыль, бородавку с двумя тёмными волосками между большим и указательным пальцами.

Девочка стояла, не шевелясь, но внутри у неё вскипела ненависть. Красная волна понеслась по жилам, разгоняя горячую кровь, сердце учащённо забилось, в висках застучало. К горлу подкатил тугой ком, тело напряглось и стало словно каменное.

Верзила Жак не заметил этой странной метаморфозы. Во всяком случае, не придал значения. Его внимание было приковано к кожаному шнурку на шее Линды. Блестящий и тонкий, словно живая змейка. Ему захотелось прикоснуться и посмотреть, что там прицеплено. Он приблизился к Линде и подцепил ногтем шнурок. Девочка закричала, а мир утонул в тишине. Она кричала широко раскрыв рот, на висках вздулись жилки, щёки покраснели от напряжения, но звук находился за пределами человеческого слуха. Дружки Жака переглянулись. Они не слышали крика Линды и не понимали, что происходит.

Верзила Жак отпрянул. Сила, которая исходила от девчонки, пронзила его насквозь, разрывая сосуды и капилляры. Кровь потекла из носа и ушей здоровяка, капельки появились в уголках глаз. Левой рукой Жак размазывал кровь по лицу, а правой всё ещё сжимал плетёный шнур.

Глаза Линды сверкнули огнём, неистовым оранжевым пламенем. Она подняла правую руку и сжала кулак. Повинуясь её воле, из земли, из щелей меж камней мостовой, из дырок в заборе полезли черви, многоножки, жуки, змеи, и прочие ползучие гады. Копошащаяся орда облепила Верзилу с ног до головы, оплела руки, залепила глаза, полезла в рот и ноздри. Здоровяк тонко взвизгнул, поперхнулся и отчаянно замахал руками. Он попытался освободиться, сбросить с себя живое покрывало, увернуться от ядовитых жал и зубов, но только сильнее утонул в пёстрой массе.

Волна брезгливого ужаса накатила на ребят. Подручные Жака бросили Маркуса, попятились, стараясь оказаться подальше от размахивающего руками дружка, а потом и вовсе побежали прочь, оглядываясь через спину. У стены остались только Линда, Маркус и рыдающий Верзила Жак.

– - Пойдём отсюда, -- Линда потянула друга за руку и вздрогнула, словно озябла.

Маркус сжал ледяную ладонь Линды. Они побрели по переулку, мальчик оглянулся и увидел, что змеи и черви исчезли, расползлись по своим подколодным делам, попрятались по щелям, вернулись в норы.

Ни одна из тварей не укусила Верзилу Жака и не причинила ему никакого вреда. Он остался цел и невредим, только стоял у стены на коленях, безвольно раскачиваясь, и горько выл, размазывая по лицу слёзы, кровь и дорожную пыль, а на его штанах растекалось тёмное пятно страха.

* * *

Линда и Маркус прошли половину пути до дома в мутном забытьи. Девочку колотил озноб. Ей было так холодно, будто наступила лютая зима и Нэвидолл накрыло снегом.

– - Что с тобой? Тебя всю трясёт.

– - Ничего, чуть-чуть замёрзла.

– - Так ведь жарища кругом, посмотри!

Маркус показал на дорогу, над которой тут и там сверкали призрачные лужицы раскалённого воздуха, в которых отражалось небо. Листья на деревьях пожухли от марева и прятались друг за другом от жгучих лучей высокого солнца. Камни мостовой обжигали ноги сквозь подошву ботинок.

– - Мне холодно!
– - крикнула Линда и сжала кулаки.

– - Тогда пойдём в аптеку, -- забеспокоился Маркус, -- вдруг ты заболела. Хочешь, сбегаю к тётушке Астории?

– - Не надо никого звать, -- прошептала Линда.

Она шла, еле передвигая ноги, смотрела вниз и думала о том, как бы не упасть и не остаться тут навсегда посреди пыльной дороги. Ей было очень плохо. Она прислушивалась к заботливому щебетанию друга, который то справлялся о её самочувствии, то строил грандиозные планы, связанные с её новыми способностями. Но смысл слов ускользал от неё. Это даже не раздражало, ей было всё равно. Мертвое, беззвучное, ледяное спокойствие.

Маркус помог подняться по ступенькам, проводил до комнаты. Линда упала на кровать и словно провалилась в глубокий колодец. Тёмное и холодное Ничто приняло в свои мягкие руки, покачало на волнах забвения и осторожно положило обратно. А когда девочка открыла глаза, первое, что она увидела было озабоченное лицо друга.