Чтение онлайн

— Не тужите, Исаев, и вы, товарищи! — начал он веселым голосом, — то, что я сказал до этого, было предназначено для вражеских ушей, пусть они думают, что мы собираемся строить флот вчерашнего дня, пусть порадуются. Конечно, через какое-то время они все выяснят, все узнают, но мы за это время построим самый современный авианосной флот на основании последних достижений науки и техники. Я не сомневаюсь, что наш народ с его энтузиазмом, который он проявил во время войны, справится с этой задачей в кратчайшее время, и мы с гордостью пронесем наш красный флаг с серпом и молотом по всем морям и океанам.

А Николай только теперь сообразил, что он, погруженный в свои мысли, совсем забыл, что их подслушивали, а Верховный не забыл, и прекрасно исполнил нужную в данном случае роль.

— Да, товарищи! — продолжил он, — самый современный флот, никаких паровых машин и гидросамолетов, а современная палубная авиация. А теперь о вас, товарищ Исаев, как вы знаете, в каждой шутке есть доля… шутки, и ваше адмиральское звание будем считать шуткой, предназначенной для вражеских ушей, но кто знает… На данный момент я назначаю вас экспертом по проектированию и строительству нового флота, а там посмотрим. Вы, как и прежде, будете оставаться в составе аналитического дела, а задания вам будут передаваться по мере необходимости через вашего начальника, товарища Верховцева. И еще я попрошу начальника генерального штаба, чтобы вам досрочно присвоили внеочередное воинское звание, с которым вам будет легче выполнять ваши новые обязанности. Да! И эту папку с документами я передаю вам для работы. Он написал на верхней стороне папки «Совершенно секретно», расписался и протянул ее Николаю: — Принимайте, Исаев!

— Есть, товарищ Сталин! — ответил Николай веселым голосом, принимая папку, — принять документы и приступить к исполнению новых обязанностей.

— Вы прекрасно справились, товарищи, с поставленной задачей! — сказал Верховный, смотря на Верховцева и Николая, — благодарю вас за службу! Вы свободны, до свидания, а с товарищем министром мы обсудим некоторые детали относительно плана создания нового авианосного флота.

— Служим Советскому Союзу! — произнес майор, и они с Николаем вышли из кабинета.

Мистер Свон, сотрудник отдела специальных операций ЦРУ так разогнался по коридору, что, не в силах остановиться, врезался в дверь начальника отдела, больно стукнувшись об нее головой, да так, что искры из глаз посыпались. Он отпрянул в сторону и ухватился за лоб, чувствуя набухающую шишку, и не знал, что дальше ему делать, прекрасно понимая, что вызвал таким появлением очередной гнев своего начальника.

Наконец дверь открылась, и в ней появился начальник отдела. — А, это вы, мистер Свон, — произнес он, — рад вас видеть, здравствуйте! Я вижу, что вы с каждым разом совершенствуетесь и дошли до того, что я должен открывать вам собственную дверь. Что ж, спасибо за доверие! — с ехидцей добавил он. — Ох, вы что, ушиблись?

— Да, ушибся мистер Гордон, — ответил сотрудник, — извините, я так разогнался, у меня такие новости, не мог остановиться и врезался в дверь. Извините, это случайно получилось.

— Заходите, Свон, заходите! — пригласил его начальник отдела и, вытащив из кармана монету, подал ее сотруднику, — вот, приложите монету к месту ушиба, и так держите, а теперь садитесь и рассказывайте!

— Все сработало, мистер Гордон! — начал излагать пострадавший сотрудник, — сработало в самом лучшем виде, я имею в виду наше «Изделие». Сработало даже лучше, чем мы предполагали, нажали на кнопочку и, пожалуйста, просто красота!

— Подождите, Свон, не горячитесь! — остановил его начальник. — Я же вижу, что вас переполняют эмоции, но попробуйте их погасить, выпейте водички и спокойно рассказывайте по порядку, как вы это умеете делать.

— Да, извините мистер Гордон, это действительно эмоции, и сейчас я вам все расскажу. Он отхлебнул из стакана, который ему подал начальник и спокойно продолжил: — Наше «Изделие», мистер Гордон, передали дядюшке Джо ровно две недели назад, но, к нашему великому сожалению, он держит эту книгу в своей комнате отдыха, и читает ее, как мы поняли, перед сном. А поняли мы это исходя из того, что он постоянно комментирует прочитанное своими возгласами, а некоторые вещи даже повторяет вслух. Так вот, мы отчаялись, что так будет продолжаться и в дальнейшем, и никакой информации мы получить не сможем.

— Ничего за две недели? — спросил начальник.

— Абсолютно ничего, но сегодня состоялось совещание, которое он назначил две недели назад по вопросу строительства авианосного флота. На этом совещании присутствовали сотрудники, которым он поручил сделать заключение и они его сделали, и, нужно сказать, сделали его очень хорошо. Там все правильно, просто на удивление. И еще на совещании присутствовал министр вооружения, перед которым дядя Джо похвастался своим подарком, я имею в виду историческую книгу, то есть, наше «Изделие» и в течение всего совещания эта книга находилась в его кабинете.

— Так, так, очень интересно! — прокомментировал Гордон, — продолжайте, пожалуйста!

— Так вот, мистер Гордон, когда дядюшке Джо все доложили, он долго молчал, и мы поняли, что он принимает решение, и нажали кнопочку, которая подключает излучатель, воздействующий на психику человека, находящегося рядом с ним, и этот излучатель сработал. Представляете, мистер Гордон, сработал, а я, если честно сказать, не очень-то в это верил.

— Да не тяните же, Свон! — воскликнул начальник отдела, — как он сработал, этот ваш излучатель?

— Он подавил психику дяди Джо! — ответил Свон, — и он решил строить авианосной флот с кораблями на паровых двигателях и гидросамолетами, ха-ха-ха!

— Да что вы говорите, Свон!? Вы не ошиблись? Это точно?

— Да точнее быть не может, мистер Гордон, но это еще не все. Он этого Иссаефф, мальчишку, которому нет и двадцати пяти лет, мужа той женщины, через которую мы передали наше «Изделие», назначил командующим новым флотом, и присвоил ему звание адмирала! Ха-ха-ха! Только я опасаюсь, что он опомнится, не будет же он постоянно держать эту историческую книгу рядом с собой, и отменит свое решение.

— Не отменит, Свон! Вы просто его не знаете, он никогда не отменяет озвученных им решений, а опомниться — конечно, он опомнится, но будет поздно. Спасибо, Свон, за службу, я обязательно подам записку о вашем поощрении, вы свободны, а мне нужно срочно доложить президенту о полученной информации. Нужно успокоить его, а то он начал переговоры с сенатом о выделении крупной суммы денег из бюджета на модернизацию нашего флота. Пока, Свон!

* * *

Прошло почти две недели с того памятного совещания, на котором Николай чуть не стал адмиралом, но к нему никто не обращался, и никаких поручений, связанных со строительством авианосного флота, ему не давали. Он продолжал заниматься обычной работой в своем отделе, фильтруя поступающие документы, в основном, газеты и журналы, пытаясь найти в них интересную информацию. Иногда такое происходило, и он составлял подробный отчет, и передавал его начальнику отдела.

Правда, произошло еще одно событие, на которое Николай особого внимания не обратил. Ему присвоили внеочередное звание инженер-капитан-лейтенант, и теперь он постепенно привыкал к новеньким погонам с четырьмя звездочками, которые ввели вместо знаков различия. Хотя Галя заявила, что ему морская форма с погонами очень даже к лицу и предложила сходить в фотографию, чтобы сделать семейное фото, которое отправить потом родителям, но Николай пообещал сделать это как-нибудь позже.

Их семейная жизнь с женой Галей полностью обустроилась, да и дела с ее учебой также пошли хорошо, в том числе, и с латынью, с который ей помог Николай.