Чтение онлайн

В воскресенье они устроили себе культурную программу, в ходе которой Николай познакомил Галю с достопримечательностями Москвы, в том числе, с Красной Площадью и Историческим Музеем. И еще они сходили в театр. Николай предлагал приобрести билеты в Большой Театр, но Галя отказалась, сказав, что к такому уровню она пока не готова, и предложила пойти в театр драматический. И это был отличный выбор, так как главные роли в спектакле исполняли «народные и заслуженные». Галя была вне себя от восторга, вспоминая в течение нескольких дней, о прекрасной игре актеров и отличном сюжете.

В среду утром, когда исполнилось ровно две недели с того памятного совещания, Николая пригласил к себе начальник отдела майор Верховцев и передал ему папку, в которой лежала целая стопка отпечатанных бумаг. Он пояснил, что это разработанный в министерстве «План строительства авианосного флота», который ему доставили вчера вечером для согласования, и он допоздна занимался с ним, а теперь этот план должен рассмотреть Николай, и сделать свое заключение. И сделать это нужно сегодня, чтобы к 15-00 вернуть его в министерство.

Николая, начав рассматривать план, поразился проведенной в министерстве огромной работе, так как все было учтено, были расписаны исполнители, ответственные лица и сроки исполнения (очень сжатые). Он обратил внимание, что наиболее важные вопросы поручаются нескольким исполнителям. Например, разработка самолета палубной авиации поручается трем конструкторским бюро с одинаковым техническим заданием. Все это свидетельствовало о том, что руководители, как министерства, так и страны, прекрасно знают, как организовать работу для получения максимального результата в короткие сроки, так как каждый главный конструктор будет стараться так, чтобы его изделие оказалось самым лучшим.

В течение нескольких часов он внимательно изучил весь план; никаких замечаний и неточностей не выявил, и в своем заключении написал единственное дополнительное предложение: «При проектировании максимально использовать автоматизацию основных и вспомогательных систем для повышения надежности кораблей и сокращения членов экипажа».

Майор сказал ему, что он также написал одно предложение об организации громкоговорящей связи во всех помещениях проектируемых авианосцев, и Николай это предложение поддержал. Заключение было отредактировано, отпечатано и в установленное время майор отправил его с нарочным в министерство.

Так прошла еще одна неделя, и, снова в среду, уже перед самым концом рабочего дня Николая вызвал к себе майор и объявил, что для него, Исаева, цветочки закончились и пошли ягодки. И он пояснил, что уже завтра Николаю следует выехать в Рязань, где сформирована эскадрилья специального назначения, которой поручено осваивать точную посадку самолетов с целью подготовки пилотов палубной авиации. Что эскадрилью собрали из настоящих асов, участников прошедшей войны, и они уже тренируются целую неделю, но требуемый результат получить не могут.

— Неужели уже разработаны и изготовлены специальные самолеты для использования на авианосцах? — удивился Николай.

— Нет! — ответил майор, — они летают на обычных военных самолетах, истребителях, каких конкретно, я не знаю, наверное, на лучших, но дело здесь не самолете, а в принципе. Я тоже изучил все документы по авианосному флоту и теперь прекрасно понимаю, что самое сложное для палубной авиации — это посадка на крайне ограниченную площадь. Что касается взлета, то, как я разобрался, здесь все гораздо проще, так как применяются специальные ускорители, задающие начальную скорость самолета перед его разгоном.

— Да, все так товарищ майор! — согласился Николай.

— Так вот, Исаев, продолжил майор, — летчикам этой эскадрильи про то, для чего их готовят, ничего не сообщали, ради преждевременной утечки информации. И самое главное, они не понимают поставленной перед ними задачи. Подумай, Исаев, как им это объяснить, без упоминания авианосного флота. Я уверен, что ты придумаешь.

— Да, я попробую, постараюсь! — ответил Николай.

— Вот тебе Предписание, подписанное начальником генерального штаба! — и майор протянул Николаю листок бумаги, — в нем указано, что ты направляешься для помощи в освоении точной посадки самолетов, и командир специальной эскадрильи обязан выполнять твои рекомендации. Так что, Исаев, теперь вся ответственность будет на тебе. Да, не зря тебя Верховный прочил в адмиралы.

— Так это же была шутка, товарищ майор, — не удержался Николай от комментария.

— Ладно, шутка, — согласился майор, — с долей шутки, да… Командировочное удостоверение и проездные документы получишь завтра с утра в отделе кадров и сразу двигай на вокзал. Если есть вопросы, давай!

Вопросов у Николая не было, и он вернулся на свое рабочее место, где достал свои записи и стал их внимательно просматривать.

Все было так, как сказал майор. Действительно, у него была зафиксирована информация о применении специальных катапульт для придания начальной скорости самолету при взлете с использованием сжатого воздуха или пара и даже электрических приводов. О посадке же никакой информации не было, а это свидетельствовало о том, что здесь имеется какая-то тонкость, секрет о которой хранят как зеницу ока.

— «Ведь как-то же удается американским и японским летчиком сажать свои самолеты на палубу корабля», — подумал он, — «а это значит, что и нам это по плечу, но только нужно разобраться, в чем же здесь секрет. И, наверное, прав майор в том, что тип самолета особого значения не имеет. Дело в системе и навыке. Это как у водителей автомашин — если есть навык вождения, то опытный водитель, сев за руль незнакомой машины, будет ей управлять без проблем. Ему нужно только разобраться с незнакомыми органами управления. Значит — сначала система, а за ней и навык будет! Разберемся и с посадкой, тем более, с морской. Всё-таки я — «Водный Страж», и водные стихии помогут!»

Ближайшим по времени был поезд «Москва-Рязань», основными пассажирами которого, как понял Николай, был разночинный народ, который предпочитал покупать билеты в общие вагоны. На вопрос Николая ему сказали, что есть и плацкартный вагон, в который он купил билет и занял свое место, когда состав подали для посадки. Ранее ему приходилось ездить только в скорых поездах дальнего следования, а этот поезд отличался от них. Во-первых, вагоны были более изношенными, не было вагона-ресторана, да и чай не подавали, так как все время в пути занимало чуть более пяти часов, хотя расстояние не превышало двухсот километров. Просто этот поезд останавливался на всех промежуточных станциях и полустанках, или, как говорили пассажиры: «у каждого столба».

По вагону прошел проводник, объявляя, чтобы провожающие вышли из вагона, так как через пять минут поезд отправляется, но Николай в своем купе оставался в одиночестве, и он даже обрадовался этому, так как не любил вступать в обычные дорожные разговоры. Однако в самую последнюю минуту в вагон ворвалась веселая компания, которая, скорее всего, была «под градусом». Они разбрелись по своим местам, в том числе и в купе, в котором находился Николай, а потом, когда проводник проверил билеты, все столпились именно в этом купе. Сначала они дружно проклинали железнодорожное начальство и какую-то тетю Мотю, из-за которой задержались, и пришлось покупать билеты в плацкартный вагон, а потом стали со смехом вспоминать эпизоды вчерашней свадьбы, с которой они возвращались.