Чтение онлайн

— Спасибо большое, товарищ генерал! — сказал следователь, — до свидания! — и положил трубку. — Вот что, товарищи, — продолжил он, — наша беседа, чуть не превратившаяся в допрос, благополучно закончена. Товарищ Исаев является фронтовиком, героем войны, он выполняет особые задания, и внеочередное звание ему присвоено на законных основаниях. Я вас поздравляю, товарищ Исаев, и, извините, что вас задержали!

— Но я же ничего этого не знал! — воскликнул старичок, — я, сопоставив факты, подумал, что он шпион. Вы уж извините меня великодушно, товарищ Исаев!

— А вам нечего извиняться! — опередил Николай следователя. — Вы поступили так, как должен поступить любой советский гражданин, заподозрив шпиона. Не переживайте!

— Вы все свободны, товарищи! — сделал заключение следователь. — Хотя нет, товарищ Исаев, расскажите, пожалуйста, что это за фокус с использованием часов вместо компаса?

— Да это не фокус! — рассмеялся Николай, — это просто использование законов физики, об этом способе рассказано в интересной книге «Занимательная физика» автора Перельмана. Но он имеет ограниченное применение, так как возможен только при солнечной погоде. И он сразу же продемонстрировал этот способ, благо день был солнечный.

Ингберман, с разрешения следователя, вызвался проводить Николая, и они минут пятнадцать беседовали, прохаживаясь по территории вокзала. Больше всего вспоминали фронтовые будни, так как о текущем положении дел друг друга уже выяснили во время «беседы». Николай во время разговора вспомнил о вчерашнем вечере, и рассказал, как они, втроем исполняли песню о девушке Тоне. Ингберман слова этой песни тоже помнил, и предложил потихоньку спеть в память о фронтовой дружбе. И они исполнили пару куплетов, но не удержались, и последние слова «без штанов» гаркнули так, что напугали проходящую мимо старушку, которая укоризненно покачала головой.

Чем-то озабоченный начальник отдела, майор Верховцев, как только Николай зашел к нему в кабинет, сказал, что он уже знает о достигнутом успехе при точной посадке, и ему ничего рассказывать не нужно. Но подробный отчет нужно срочно составить и сразу же ему передать. Затем он вручил Николаю папку, в которой, как он сказал, находятся проекты основных систем летной палубы авианосца, которые нужно срочно рассмотреть и сделать по ним заключения. Когда Николай уже выходил из кабинета, майор проинформировал его, что дела со строительством авианосцев идут полным ходом, что уже приняты основные решения по их корпусам, и они заложены на верфях.

Николай быстро составил отчет, а потом приступил к рассмотрению проектов. Как обычно в таких случаях, названия конструкторских бюро и главных конструкторов отсутствовали, чтобы избежать предубеждения.

Первым в папке лежал проект катапульты, обеспечивающей начальную скорость самолета перед его разгоном по палубе. Разработанная система предусматривала работу от сжатого пара, получаемого в электрическом котле и уплотняемым электрическим насосом до нужного давления. Этот проект Николаю сразу понравился, так он предусматривал дублирование и котлов, и насосов, работающих на общий ресивер. Проект был прост и удобен в эксплуатации, и Николай, не раздумывая, написал, что проект согласован.

А вот система принудительного торможения приземлившегося самолета, разработанная другим конструкторским бюро, Николаю не понравилась. Да, в ней было положительное зерно — она предусматривала тройное дублирование на случай, если самолет приземлится далее оптимальной точки посадки. Эта система была построена на электрических аппаратах, состоящих из датчиков, реле (промежуточных и времени), силовых контакторов, соленоидов, исполнительных механизмов и переключателей. Кроме того, в состав системы входил большой пульт контроля и управления с лампочками, переключателями и тумблерами.

Каждая из трех подсистем предусматривала выдвижение захватного механизма при касании шасси самолета подвижной плоскости, подающий сигнал на выдвижение захвата. И все они были охвачены взаимными блокировками, чтобы при срабатывании одной из подсистем, не сработали другие. В целом, все было красиво и элегантно, но когда Николай развернул огромную схему и рассмотрел паутину проводов и аппаратов, у него зарябило в глазах, и он подумал, что при отказе любого из элементов этой схемы, система не сработает и приземлившийся самолет будет обречен на гибель вместе с пилотом.

— «Идея с тройным дублированием — просто шикарная!» — подумал Николай, — «и, неужели, нельзя ее реализовать более простым, а, следовательно, и более надежным способом? Нужно серьезно подумать!»

Да, он подумал, и уже через сутки выдал результат — чисто механическую систему с тройным дублированием, использующую рычаги и тяги. Подвижная плоскость, являющаяся частью балансира, при нажатии на нее, предусматривала выдвижение захватного механизма, и в этой системе было просто нечему ломаться.

В «Заключении» он указал плюсы и минусы предложенной электрической системы, и о возможности ее использования в качестве одного из вариантов, а также предложил конструкторскому бюро рассмотреть предлагаемый им вариант механической системы. Он не сомневался, что конструкторы рассмотрят все варианты, и, не исключено, что предложат электромеханическую систему, более простую и надежную.

Закончив с заданиями майора, Николай вернулся к текущей работе по анализу информации, содержащейся в иностранных изданиях. Когда он раскрыл папку с этими бумагами, наткнулся на «липовый» отчет «липового адмирала», который он уже давненько подготовил для доклада, предназначенного для вражеских ушей. На совещании у Верховного ему было сказано, что его будут систематически приглашать с этими отчетами, но, хотя прошло достаточно времени, никаких приглашений не поступало. Он полистал отчет и рассмеялся, так как там говорилось о паровых машинах, высоких дымовых трубах, гидросамолетах с деревянными поплавками и прочей ерунде, не имеющий отношения к строящемуся авианосному флоту Страны Советов.

* * *

— Проходите, проходите, Свон! — пригласил начальник отдела специальных операций ЦРУ своего сотрудника. — Присаживайтесь, пришлось вас вызвать, так как вы предали меня забвению, Свон, ничего не докладываете. В чем дело, Свон?

— А нечего докладывать, мистер Гордон, нет никаких новостей.

— Вот как! — удивился начальник, — хотя в народе говорят, что отсутствие новостей — это отличная новость. Но, все-таки какая у вас имеется информация о дядюшке Джо?

— Практически никакой, мистер Гордон!

— Что, потеряна связь? — встревожился Гордон.

— Нет, нет, связь устойчивая, но, практически, ничего нового.

— Что значит «практически»? — не унимался начальник, — объясните подробнее!

— Дело в том, мистер Гордон, что дядюшка Джо изменил образ жизни, ему нездоровится, он совсем не проводит никаких совещаний и постоянно остается в своей комнате, изредка пытается читать нашу книгу, но быстро бросает, стонет, чертыхается, иногда молится.

— Молится?

— Да, молится, и еще, мистер Гордон, ему неоднократно предлагали прислать врачей, но он категорически отказывается, говорит, что от старости и от его недугов никаких средств нет, и что он уже смирился со своей участью. И, чуть не забыл, я думаю, что это результат воздействия нашего излучателя, который подавил его психику, мистер Гордон.