Чтение онлайн

И, взяв меня за руку на этот раз куда нежнее, он заговорщицки подмигнул.

— Ной, — я осторожно освободила ладонь и сунула её в карман куртки. — Сейчас не подходящий момент для разговоров. Может, завтра? И финал этот ещё…

Он сунул ладони в карманы своих шароваров, вторя моим движениям и, чуть склонившись, заглянул в глаза:

— А мне вот почему-то кажется, что сейчас самый подходящий момент для разговора. Расскажешь заодно, что тебя мучит.

Я вздохнула и позволила Ною увести меня в ближайший кафетерий, который располагался на первом этаже главного корпуса академии. Спорить не было сил: ни физически, ни морально. Вообще, если честно, мысли упорно не собирались в кучку, они, словно акварели, расплывались на поверхности воды.

— Желаешь начать? — спросил он, ставя передо мной небольшую фарфоровую чашку, до краёв наполненную чёрным чаем.

Вместо ответа, я отрицательно мотнула головой.

— Тогда слово за мной, — улыбнулся он, заправил прядку волос за ухо и дурашливо отхлебнул из своей чашки. — Во-первых, я хотел сказать, что мы здорово провели время. Две недели конкурса были самыми весёлыми за весь учебный год. Конечно, больше всего меня радует то, что всё кончилось хорошо, и ты теперь… и твоя проблема успешно решилась. Но, в общем, помнишь, в катакомбах я говорил, что никогда и никого не любил сильнее, чем тебя? Это действительно было правдой, и раз уж разговор зашёл, я хотел бы довести его до конца. Лисанэтта, — Ной взял меня за руку, — не хочешь ли ты ответить на мои чувства?

Я прикрыла глаза в попытках собраться с мыслями. Тот эпизод начисто вылетел из головы, словно был всего лишь игрой, не заслуживающей внимания. И меньше всего мне хотелось сейчас возвращаться к нему.

— Ной, — голос изменил мне, и надломился в конце. — Помнишь, я говорила, что ты мне друг? Это действительно так, и ты мне очень дорог. Но ответить на твои чувства я могу только так.

— Может, тебе нужно чуть больше времени, чтобы присмотреться ко мне?

Горькая улыбка коснулась моих губ.

— Прости, не думаю, что это поможет. Знаешь… трудно думать о ком-то, когда…

И замолчала. Неловко было говорить кому-то о своих чувствах, пусть даже это был Ной, который, казалось, давно уже читал мои мысли.

— О-о-о, — протянул он, откидываясь на спинку стула. Его задорный взгляд вдруг изменился, стал внимательным, изучающим. — Видать я и в самом деле невовремя. Неужели дело в каком-то парне?

И в самом деле, телепат. Я с трудом подняла глаза.

— Нэт, — Ной наклонился над столом и крепче сжал мои пальцы. — Только не говори, что тебя кто-то…

Повисла неловкая пауза.

— Да говори уже как есть.

— Отшил?

— Что, если так?

Лицо его озарилось улыбкой, и я чуть не врезала ему по белым зубам. Нашёл чему радоваться!

— Ни в жизнь не поверю, что ты так легко сдашься! — воскликнул он с неожиданным облегчением. — С каких пор одно поражение стало для тебя причиной отступить? Нет, не такую Лису я люблю, это точно.

Не выдержав, таки пнула его под столом. Целилась между ног, но попала всего лишь в бедро. Впрочем, улыбка стала чуть меньше, а значит, своей цели я добилась.

— Ты понятия не имеешь, о чём речь, — прошипела я, склонившись ему навстречу. — Даже если и есть этот теоретический парень, там всё очень сложно. Его отец мне угрожает, сам он не отвечает на звонки, да и я его…

Чуть не ляпнула, что чуть не убила этого некто, но вовремя прикусила язык. Ной и без того понимает с полуслова, о чём речь, а намекать на Сириуса не было ни малейшего желания. Почему-то мне всё ещё было стыдно за свой искренний к нему интерес. Даже осознать, что влечение к Толлю было настоящим, а не под давлением Зверя, оказалось настоящим испытанием, а признаться в этом кому-то ещё — совсем мазохизм.

— И что с того? — не унимался Ной, который понизил голос мне в тон. — Разве это повод сложить руки и ничего не предпринимать?

Несколько долгих секунд я смотрела в глаза другу, как вдруг что-то щёлкнуло внутри:

— Точно. Да-да, ты прав. Мы ведь не первый день знакомы, нашла чего пугаться… — И, резко вскочив из-за стола, уже на бегу прокричала: — Спасибо, Ной! Увидимся вечером!

Учитель Толля говорил: на самом деле он не совсем такой. На него влияют стихии, которые, проходя сквозь резервуар, оставляют отпечаток собственной воли. Только подчинив себе все стихии, Сириус станет самим собой, но даже сейчас, где-то внутри, под маской вспыльчивости, живёт тот наивный и романтичный подросток, которого с детства тянуло в море. И верил в любовь. Стоило вспомнить, как он преображался, когда пальцы его касались клавишей пианино, или идеальные манеры, которыми Рус блистал во время конкурсного бала. А внезапные вспышки гнева — они бывали и раньше, но всегда заканчивались неожиданной нежностью с его стороны.

Ах, как сейчас не хватало Зверя! Выбежав на аллею гостевых домиков, я озадаченно огляделась и, прижав к лицу белый шарф, втянула его запах. Увы, найти нужный дом, имея только тонкие остатки аромата Толля, было невозможно. Оставалось только стучаться в каждый из них и надеяться, что Сириус действительно где-то здесь.

Я уже занесла руку над дверным звонком первого в ряду дома, как услышала голос чуть в стороне. Сделала два шага вдоль стены и заглянула за угол: на крыльце маленького кирпичного жилища стоял Рус и, размахивая над головой чем-то вроде газеты неразборчиво кричал на собственного отца. Тот шёл в мою сторону. Спрятавшись за углом, я прислушалась.

— Ну и чего? Отрекись от меня снова! Я ж тебе не сын, нашёл ради чего напрягаться!

— Ты ещё пожалеешь о своём решении! — кричал в ответ отец. — Подумал бы лучше о матери! Она места себе не находит!

— Прячешься за юбкой? Очень благородно!

Осторожно выглянув, я успела увидеть, как Толль-старший потряс кулаком в ответ сыну и быстро пошёл по тропинке в сторону выхода с территории академии. Затаившись ещё на некоторое время, дождалась, когда отец скрылся из виду и, словно в шпионском фильме, перебежками добралась до заветной двери.

Внутри что-то шумело, дверь оказалась незапертой. Глубоко вдохнув, я приоткрыла её и скользнула внутрь.

Здесь творилось примерно то же самое, что и на озере: по всему дому метались огненные шары, они то сталкивались друг с другом, то растворялись в зачарованных стенах. Я бы удивлённо присвистнула: такие чары в любом доме не помешали бы, — но вместо этого с визгом села на корточки. Прямо в том месте, где только что располагалась моя голова, теперь рассыпался искрами огненный шар.

Воцарилась тишина. Медленно подняв голову и ожидая в любой момент получить огненным шаром промеж глаз, я обнаружила над собой Толля. Его ноздри широко раздувались, а глаза гневно блестели в свете горящих ламп.

— Ты что здесь делаешь? — прорычал он сквозь зубы. — Тебя кто сюда приглашал?

Знакомое чувство, словно передо мной пёс. Большой, лохматый и злой. Пёс, которому ещё нужно показать, кто здесь хозяин. Я поднялась на ноги, неотрывно глядя ему в глаза, и постаралась, чтобы голос не дрожал:

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Говори и выметайся отсюда.

— Не смей обращаться ко мне в таком тоне.

— А в каком можно? — он кривовато улыбнулся, и постепенно речь его становилась всё громче. — Это ты припёрлась в мой дом без спроса, зашла, даже не постучав! Или я не ясно выразился в прошлый раз? Так я повторю! Пошла! Вон! Отсюда!